Читать книгу - "Лавка Сновидца - Юрий Окунев"

составляющую. Но созданные дизайнером и мастером-снов стенки не дадут ему провалиться туда, куда не нужно. Иными словами, мастера снов создают игровое поле, площадку, где в определённых сценариях может порезвиться уснувший человек.

Но всегда внутри сна присутствует только тот, кто спит. Остальные люди, животные — это либо часть структуры, как ужасы в лечебных кошмарах, либо проекции самого человека.

— Ты часть структуры сна, понял, — выдыхая сказал я. — Фух, так намного проще.

Задавая вопросы другим участникам сна, мы получаем ответы от самого себя, но не от других. Невозможно проникнуть в чужой сон, пообщаться с кем-то, кто спит. Врачи-дримологи, которые занимаются вопросами здорового сна и, при необходимости, физической подсадкой сна в голову, если стандартный ловец снов не работает, были бы счастливы изучить, как происходит их работа изнутри.

— Хорошая версия. Но я бы не был столь уверен. Ведь это необычный сон. И ты это понимаешь.

— Думаешь? Сколько сейчас времени? — спросил я.

— Ты по своему спрашиваешь, или по моему? — в ответ спросил папа, не отвлекаясь от замешивания каких-то специй в чай. — И да, спроси второй раз — я же должен ответить иначе.

Классика: если хочешь убедиться, что во сне — посмотри на часы. Оба раза будет разное время.

— Сколько времени?

— Ты так и не уточнил: по твоему или моему?

Он поставил чашки на стол, в каждой из них была горсть листьев чая, сушёных фруктов, трубочки корицы и листа мяты.

— А есть разница? — спросил я, присаживаясь. От заварки пахло изумительно.

— Разумеется. Здесь время идёт медленнее, чем в физической реальности. — Отец не садился, вернулся к чайнику, ожидая когда он закипит. Обычный электрический чайник. — Сколько у вас прошло? Неделя?

— Две.

— Значит две. — Он кивнул. — А у меня четыре с половиной дня. Я только начал расслабляться.

— Не пойму, зачем ты сделал такой странный сон? Да ещё и чуть не помер от него?

— Чуть? — удивился отец. — Ты хочешь сказать, что я жив?

— Ну да, — протянул я. — Конечно, ты сейчас больше похож на овощ, но физически жив. Подожди, — затряс я головой. — Ты хочешь сказать, что ты что-то специально сделал? Убил себя?

Закипел чайник, папа подхватил его и залили кипятком наши чашки. Аромат, что поднялся из них был просто божественен.

— Погоди, дай настояться, — сказал он и присел наконец за стол. — Так, сынок, я понимаю, у тебя много вопросов.

— Да уж.

— … и мне действительно нужно многое рассказать. Надеюсь ты меня поймёшь.

— Я бы спросил для начала, почему ты решил изменить маме?

Папа не успел донести чашку до рта, да так и замер, выпучив глаза. Пар от кипятка поднимался вверх, от чего у него заслезились глаза.

— Я никогда бы не сделал такого с Тиной. С твоей мамой.

— Значит точно сон, — я выдохнул и сник. — Ты говоришь то, что я хочу услышать. А ведь я видел её фотографию.

— Чью фотографию ты видел? — Отец поставил чашку на стол и внимательно смотрел на меня.

— Та рыжая девушка, чью фотографию ты поставил рядом с нами в кабинете, — я глотнул чаю, вместо того, чтобы плеснуть им в лицо мужчины напротив.

Но желание вернулось, когда тот заржал:

— О, Морфей и все сновидящие! Ты хоть маме этого не говорил, я надеюсь?

Моё лицо перекосило:

— Она плакала! Она знала обо всём! Я рассказал, что ты хранишь фотографию этой девчонки у себя в кабинете!

Мой отец потемнел лицом и резко встал и словно стал ростом до потолка. Он навис надо мной и я подумал, что сейчас вернётся демон и всё начнётся с начала. Блин, а ведь я не хотел спать именно для того, чтобы не вляпаться. Я закрыл глаза, готовясь принять всю боль, что меня ожидала сегодня.

Но вот прошла секунда, другая, третья. Я открыл глаза. Отец держался за сердце и тяжело дышал.

— Прости, Дементий. Прости меня. — Он резко постарел и сейчас походил на того человека, который лежал на кровати в больнице. — Я хотел рассказать, но ваша мама запретила. Я её поддержал.

— О чём рассказать?

— Эта девочка, что на фото. — Он отдышался и выпил глоток чая. — Она не любовница или интрижка на стороне. Всё проще и сложнее одновременно.

— Шантаж?

Он хмыкнул.

— Нет. Это ваша сестра.

— В смысле? Судя по фото —она ровесница Ирин, может чуть старше, — я перестал понимать, что происходит.

— Я же говорю, что всё несколько сложней, — покивал головой отец. — Это ваша сестра, которая так и не родилась. Не родилась в физическом мире. А вот в мире снов — да. Вижу, что ты не понимаешь. Такое редко, но бывает в семьях мастеров снов. Иногда дети не знают, куда им приходить, путаются. Вот так случилось много лет назад с Машей.

— Маша… у меня могла быть сестра Маша? Учитывая специфику имён в семье, Маша кажется вообще странной. Получается, она была бы самой старшей?

— Да. Но не получилось, — отец грустно смотрел в стол.

Я перестал его считать сном. Мне просто хотелось с ним говорить — я понял что очень соскучился.

— Но если это было так давно, и это не интрижка, то почему мама перестала тебя воспринимать всерьёз последние годы?

— Есть две вещи. Первая связана с Норной. Она…

— Я знаю, она мне рассказала: ты её учил, всё вышло из-под контроля, мама каким-то образом вырубила в ней дар.

— О, смотрю ты начал интересоваться семейными делами, — он улыбнулся и допил чай. — Хорошо, тогда дополню: проблема