Читать книгу - "Лавка Сновидца - Юрий Окунев"

оправдывая себя тем, что сделка ещё не совершена. Но как только всё закончится — дойду до банка и первым делом схожу в ресторан. А может и Ладную позову — она разрешила позвонить. В этот же момент вспомнилась ночь с Лекс и внутри заныло одновременно от возбуждения и страха. Чтобы отвлечься, снова достал кусочек шестерёнки, осмотрел.

— В чём твой секрет, малышка? — не обращаясь ни к кому конкретно, спросил я.

— Это просто кусок старой машины. Сломанный, — констатировали справа.

— Хотя, судя по рисунку, хорошая машина была, — добавили слева.

— Как она тогда оказалась в новой машине Пинча? И почему Лекс о ней спрашивала?

Мои вопросы остался без ответа. Второй был более очевидным — она явно как-то связана с Пинчами. Но сейчас меня больше заинтересовало другое: была ли там внутри вторая половина или только эта? Как своего рода оберег, преемственность поколений?

Раздался громкий стук. Я вернулся в приёмную, открыл дверь — Абрафо, прикрываясь чёрным зонтом от мороси, заскочил внутрь.

— Так себе погодка. Чаю сделаешь? Подмёрз.

Он скинул плащ, поставил в угол зонт, и мы прошли на склад. Я сбегал залил воды из-под крана, поставил чайник и стал искать пакетики заварки. Но судя по пустым полкам, всё забрали. Решили ничего не оставлять взбалмошному руководителю.

— Как-то тихо у тебя, — Аб уселся на стул и ждал, пока вскипит вода.

— Все ушли.

— Почему?

Я из-за плеча посмотрел на Абрафо, приподняв бровь.

— Ой-ой, — ответил он, закатив глаза. — Какие все нежные.

— Какие были, — грустно улыбнулся я.

— Сам-то как? Готов к главной сделке в своей жизни?

Я посмотрел на свою руку и подумал о соглашении с отцом Аба. По ней загуляло тепло. Сделка ждала своего выполнения.

— Отчитаюсь о проделанной работе перед твоим отцом, а после — заключу сделку с тобой. Как договаривались. — Друг потёр руки в предвкушении. Сейчас он выглядел как мальчишка, а не молодой мужчина, принявший на себя работу отца, хотя бы частично. — Так что ты там хотел рассказать? Интригу развёл.

Аб стал серьёзным.

— Пойдём, отнесём телефоны в кабинет. На всякий случай.

Такого я совсем не ожидал, поэтому заинтригованный пошёл за ним. Мы зашли в кабинет, положили трубки на стол и пошли в производственный зал, прикрыв за собой дверь.

— Изучая разные документы, в том числе техническую документацию, а заметил странную вещь, — несмотря на то, что мы были рядом с Бурей и за закрытыми дверьми, он старался говорить шёпотом. — У нас на балансе стоит несколько старых машин.

— Ни разу не видел на фабрике ничего старого. Это мне и нравилось. Может где-то в запасниках? — предположил я, вспоминая чистые коридоры, блестящие машины и идеальный порядок на складе, на котором никто не спит.

— Я в связи со своими обязанностями прошёлся по всей фабрике. «Перенимал дела». В том числе заглянул в помещения, которые указаны в ведомостях, как места базирования машин. Там пусто.

— Странно, — удивился я. — Тем более откуда тогда информация о том, что они улучшают работу всей фабрики? Или может это временный эффект, а затем он сходит на нет? И тогда машину отключают.

— И? Куда её девают?

Ответа не было.

— А откуда у вас старые машины? — решил я уточнить, разрушим неловкую тишину.

— Судя по документам — это наследие нескольких поколений. Своя, нескольких других родов. Долги, браки, один карточный выигрыш, — смутившись ответил Аб.

— Англичане —картёжники, — поддел я друга. — Когда получили последнюю машину?

— Лет пятьдесят назад. Скажу больше — все кроме нашей родовой достались семье как раз в то время.

— Ну, вы заходили агрессивно на рынок, конкуренты жгли, как ты сам говорил. Так что вполне всё возможно.

— Но вопрос: «где они сейчас» остаётся в силе?

Мы молча вернулись в кабинет, забрали телефоны и пошли за новой порцией чая, точнее кипятка. Новость была с одной стороны неприятная, а с другой — за пятьдесят лет чего только не могло произойти. Не говоря о классическом человеческом факторе: кто-то из бухгалтеров забыл подать отчёт о списании или продаже — и всё, машина как бы есть, но её как бы.

В таких мыслях я провёл ещё минут десять, пока в дверь не постучали. Подъехал отец Абрафо.

— Здравствуй, Сновидец! — поприветствовал меня Пинч. Он стал выглядеть ещё здоровее. — Надеюсь, все договорённости в силе?

Я лишь кивнул.

— Отлично! — на его холёном, обычно холодном лице мелькнули эмоции. — Сын, сгоняй на улицу, возьми из багажника ящик с инструментами. И тот, что с бутылками — тоже. Надо отпраздновать ваш переход во взрослую жизнь.

Абрафо растерянно улыбнулся и убежал на улицу. Зато Пинч резко стал серьёзным.

— Надеюсь, ты понимаешь, что сделка, как бы ни старался мой сын, всё равно заключается с родом Пинчей. А пока его глава я, то значит со мной, — он посмотрел на меня чуть высокомерным взглядом. — Плюс, я плачу за всё.

Ну, не за всё ты платишь — за долги за электричество, за детали и зарплаты пришлось впрягаться мне самому, как бы тебе не казалось это мелким. Но вслух я этого не сказал.

— Я рад, что вы готовы поддержать своего сына. Он этого заслужил.

— Что я заслужил? — спросил Аб, занося два ящика, поставленные друг на друга.

— Одну из бутылок, что в этом ящике, — Пинч указал на притащенный Абом коллекционный сбор почти пятидесятилетней выдержки. — Но давайте приступим.

— Первым делом наша сделка, мистер Пинч. — Я подошёл к нему и протянул руку. Он сжал ладонь. — Заявляю, что выполнил свою часть сделки: восстановил работоспособность машины к указанному сроку.

По нашим пальцам