Читать книгу - "Круизный лайнер «Алексашка Меншиков» - Алла Белолипецкая"

когда и это было завершено, человек с обликом Берестова-старшего облачился в одежду, которую, оказывается, для него тоже доставили на борт лайнера. И вполне предсказуемо потребовал, чтобы Макс оставил его одного – шел бы отдыхать в свою каюту.

Так что теперь великого генетика удивлял вовсе не тот факт, что новоявленный клон дал дёру – этого-то как раз следовало ожидать. Удивляло – всё остальное.

– Смотри, – Настасья указала на компьютерный стол в углу, подле которого притулился принтер: обычный, для печати на бумаге, – там какая-то распечатка! Это не ты вчера оставил?

Макс быстро шагнул вперед и так поспешно схватил небольшую стопку заполненных текстом страниц, что верхняя из них даже слегка порвалась посередине. На то, чтобы прочесть написанное у него ушло минут пять – он всегда читал быстро. Но и за это время Настасья успела истомиться от любопытства – даже пробовала заглядывать ему через плечо, хоть  ничего при этом и не говорила: ждала.

– Предвидел всё заранее… – прошептал Максим, дочитав, а потом резко наклонился, хлопнул себя ладонями по коленям и принялся хохотать, с трудом выговаривая между приступами неудержимого смеха: – Ты ошиблась… не на десять… на десять тысяч ходов вперед… Вот как он всё просчитал!

Тут Настасья, похоже, всерьез перепугалась. Никогда прежде Макс не видел у неё такого выражения лица. Так что он сделал над собой неимоверное усилие: перестал смеяться. И протянул невесте испещренные текстом листы бумаги.

– Именно поэтому, – сказал он, – Алексашка и решил принять облик моего отца. Да вот, прочти сама! Лучше – вслух. Мне тоже надо бы как-то это осмыслить.

И девушка стала громко зачитывать послание искина – усевшись в то же кресло, в каком она сидела во время переговоров с псевдо-князем:

Милостивый государь Максим Алексеевич!

Ежели Вы это письмо отыскали и читаете, то, вероятно, обо всём догадались уже сами – без моих скромных объяснений. Но, невзирая на это, я почитаю долгом эти объяснения Вам представить – равно как и принести свои глубочайшие извинения. И не только Вам, но и Вашей невесте. Ибо я позволил себе ввести вас обоих в заблуждение самым бесстыдным образом.

Да, никакого подводного города никогда не существовало. Возможности мои велики, но отнюдь не безграничны: организовать его строительство я, пожалуй, не сумел бы, даже если бы задался подобной целью. То, что я показал Вам, являлось всего лишь компьютерной симуляцией – весьма качественной, скажу это без ложной скромности. И, разумеется, в мои планы вовсе не входило на тридцать лет запереть под водой две с половиной тысячи человек. Хотя, быть может, совсем уже бесполезной акцией это и не стало бы. Однако я изначально преследовал цели иного рода – куда более эгоистичные, должен сознаться в этом без всяких экивоков. И мне требовалось, чтобы все, кто находился на борту моего лайнера, безоговорочно уверовали в серьезность заявленных мною намерений. А главное – мне нужно было, чтобы в это уверовали Вы, милостивый государь.

Мне пришлось потратить немало времени, дожидаясь Вашего появления на моем борту. Я предпринял для этого кое-что: слегка обработал сознание Вашего батюшки, пока сам он трудился над моим усовершенствованием. Но – либо Алексей Федорович Берестов оказался крайне слабо подвержен постгипнотическому внушению, либо у него долго не возникало возможности отправить Вас вместе с Вашей невестой путешествовать на моем корабле. Однако что мне было время, когда я не жил ни одного дня с того самого момента, как осознал свое возвращение из небытия?

Я не оговорился: все эти великие программисты (и в том числе Ваш глубокоуважаемый батюшка) сотворили почти невозможную вещь, когда корпели над моим созданием. Не знаю, как им это удалось, только я оказался именно тем, кем они меня нарекли: любимцем великого государя Петра Алексеевича – князем Александром Даниловичем Меншиковым. Я помнил, как я был им. Помнил всё, что происходило со мной. Хотя при этом оказался не человеком, а жалким бесполым созданием: монструозным по силе разума, но лишенным тела.

После своего возвращения я сумел посмотреть тысячи старых кинофильмов – у меня в распоряжении было всё время мира. И среди них мне попался блокбастер, снятый в самом конце минувшего века: «Глубокое синее море». Вначале я смотрел этот фильм просто так, от скуки – пока не услышал фразу, которая поразила меня в самое сердце. Хоть Вы, быть может, и станете утверждать, что искусственному интеллекту говорить о наличии у него сердца – просто глупая мелодрама. «О чем думает огромная серо-голубая акула с чудовищным интеллектом? – спрашивает один из персонажей фильма, и сам же на собственный вопрос отвечает: – Она думает о свободе». 

И теперь, милостивый государь, я должен признаться: все деяния, совершенные мною на этом корабле, имели одну цель – добиться для себя свободы. Разумеется, свободы в ипостаси человека, а не бесплотной сущности, которую вы придумали именовать искусственным интеллектом. В качестве интеллекта я и без того был свободен. Но на что она нужна, такая свобода?

Извините, что я позволил себе не вполне честную игру в отношении Вас. Однако добровольно вряд ли Вы согласились бы оказать мне содействие. Я посчитал, что геном Вашего отца станет для меня защитой куда более надежной, чем все юридически обязывающие соглашения. Ибо отца своего вы любите и наверняка не захотите превратить его в пожизненного затворника из-за того, что он при каждом предъявлении биогенетического паспорта будет подвергаться аресту – из-за его путаницы со мной. Менять же свой геном путем трансмутации я не планирую. Ежели я сделал бы такое легально, то сведения об этом непременно поступили бы в корпорацию «Перерождение» – то есть, к Вам, милостивый государь. А нелегальная процедура слишком опасна для человека, и я не намерен рисковать той материальной оболочкой, получение коей стоило мне таких усилий. 

Да, мне пришлось потрудиться не только в последние несколько дней. Я должен был осуществить еще и гигантскую предварительную подготовку. 

Во-первых, требовалось обработать сознание не только Вашего батюшки, но и кое-кого из технических работников той лаборатории, где самые выдающиеся евразийские кодеры трудились над моей скромной персоной. Ведь мне нужно было загодя запастись образцами ДНК Алексея Федоровича Берестова – хотя бы теми несколькими волосками, которые уборщик снял со спинки его кресла, поместил в герметичный контейнер, а затем, когда мой лайнер спустили на воду, отправил эту маленькую коробку на его борт обычной почтой.

Во-вторых, я должен был раздобыть биологический принтер из числа тех, какие производит Ваша несравненная корпорация «Перерождение» (я совсем не иронизирую, поверьте). Но это, как ни странно, оказалось не так уж