Читать книгу - "Звони в колокола - Куив Макдоннелл"

– Раз уж речь зашла о папках… можем вернуться к тому факту, что, оказывается, на каждого из нас заведено личное дело?

– Я нашел их в нижнем ящике стола на прошлой неделе, когда искал затерянную вещь, – сказал Бэнкрофт.

– Или уже выпил, – сказала Стелла.

Бэнкрофт полностью проигнорировал насмешку Стеллы, как он поступал почти всегда. Она была единственной, кто мог себе позволить такую роскошь.

– Должно быть, файлы туда положил мой предшественник.

– Барри хранил на нас досье? – спросил Окс, выглядя испуганным.

– Да. А еще у него была отдельная папка с эротическим фанфиком, который он писал про парочку бывших утренних телеведущих. Честно говоря, там пугающе много подробностей.

– Я требую, чтобы мне показали, – сказал Реджи и покраснел. – Я имею в виду мое личное дело.

– Конечно, – сказал Бэнкрофт. – Нас атакуют, но давайте воспользуемся этим временем, чтобы обработать твой запрос о свободе информации. Грейс, почему так долго?

– Как всегда, Винсент, не нужно кричать, – сказала она, возвращаясь в комнату и держа в руках большую коричневую папку. – Вот, пожалуйста.

– Это папка с обидами? – спросила Ханна, потрясенная ее размерами.

Грейс невесело рассмеялась.

– О нет, это просто от А до Д. – Она многозначительно посмотрела на Бэнкрофта. – Как ни трудно в это поверить, в последнее время мы умудрились вызвать раздражениее довольно у многих людей.

– Если ты не раздражаешь людей, – сказал Бэнкрофт, – ты не занимаешься настоящей журналистикой.

Окс тяжело опустился на стул.

– Поздравляю, босс. Ты отличный журналист.

Глава 3

Телефонный звонок посреди ночи никогда не предвещал ничего хорошего, по крайней мере, по опыту инспектора Тома Стерджесса. По дороге в центр города он размышлял о том, что можно было бы считать хорошей новостью в такой ситуации. “Поздравляю, вы стали бабушкой/дедушкой, у матери и ребенка все хорошо”. Это один из вариантов, предположил он. Но вряд ли это его случай, учитывая, что у него нет детей, и, судя по текущему состоянию его личной жизни, в ближайшее время это не изменится. Точно так же это не мог быть секс-звонок, как это называет молодежь. Ему было около тридцати пяти, он холост и в хорошей форме. Он не мог отделаться от мысли, что, вероятно, это не должно быть чем-то из области невозможного, но двойная проблема – его нездоровая одержимость работой и неспособность поддерживать отношения…

Тем не менее, сейчас не до размышлений об этом. Если ему когда-нибудь и предстояло получить хорошие новости в середине ночи, звонок определенно не придет от детектива-инспектора Сэма Кларка. Раньше они с этим человеком никогда не ладили, даже до того, как Стерджесс занялся своей “сферой специализации”, как эвфемистично называл это старший офицер. Он точно знал, что именно Кларк придумал более прямолинейный термин “странная чушь”, который неизбежно прижился среди рядовых сотрудников. У Кларка был талант к прозвищам, как всегда у хулиганов, а этот человек именно таким и был. Стерджесс инстинктивно выступал против такого поведения, поэтому их взаимная вражда была предопределена с самого начала. К сожалению, Кларк, хоть и был задирой, но также мастерски двигался по социальной лестнице, поэтому, несмотря на свой скромный талант, он стал одной из восходящих звезд полиции Большого Манчестера, в то время как Стерджесс, насколько ему было известно, был единственным офицером, которому когда-либо предоставлялся отдельный офис в попытке забыть о его существовании. Полиция с радостью избавилась бы от него, но его “сфера специализации” постоянно неловко всплывала.

Звонок от Кларка стал еще более неожиданным, поскольку Стерджесс впервые за пару месяцев услышал от него что-то. Осенью, используя информацию, полностью добытую Стерджессом, хваленая оперативная группа Кларка по борьбе с наркотиками совершила налет на ферму в Сэдлворте, рассчитывая на легкую победу и возможность сфотографироваться. Стерджесс тщетно пытался их переубедить. Однако, столкнувшись лицом к лицу со странной чушью, которую даже Кларк не мог объяснить, неожиданно Кларк перестал быть “золотым мальчиком”. Двое членов вооруженного отряда быстрого реагирования были убиты, и, хотя последовавшее за этим спешно организованное расследование было тщательно продуманной фальсификацией от начала до конца, часть вони неизбежно легла на Кларка.

Звонок был коротким.

– Ты нужен нам в университетской библиотеке МСУ в здании имени Джона Далтона прямо сейчас. Приказ начальника.

И вот Стерджесс здесь. Он остановился за знакомой машиной. Рядом стояла детектив-сержант Андреа Уилкерсон, держа в одной руке чашку кофе на вынос, а в другой – банку диетической колы. Она кивнула ему.

– Шеф.

– Извини, Андреа.

Она пожала плечами.

– Сон переоценен. По крайней мере, так мне не нужно идти в спортзал. – Она протянула ему банку с напитком, и они пошли вместе.

– Ты просто спасительница, – сказал Стерджесс, открывая колу.

– Так меня и называют. Есть еще информация?

– Ничего. Просто сказал: “Приезжай сейчас же”.

– Кларк, как всегда, полезен.

Если уж на то пошло, Уилкерсон, похоже, даже ниже ценила детектива-инспектора, чем сам Стерджесс, но он до конца так и не понял, почему именно. В последнее время ее перевели работать с Стерджессом на полный день – молчаливое признание кем-то, где-то, что за последние шесть месяцев количество инцидентов, подпадающих под его “сферу специализации”, резко возросло. Он очень сомневался, что в системе полиции Большого Манчестера существует хоть какой-то документ, где определяется, что это значит.

Манчестерский столичный университет, или МСУ, был одним из двух крупнейших университетов города, или “вторым”, в зависимости от того, кого спросить. Учреждения, казалось, постоянно расширялись, сочетая превосходную репутацию с тем фактом, что дети хотели приезжать в Манчестер, потому что ночная жизнь там казалась значительно более веселой, чем, скажем, в Халле. Все это означало, что начальство с щепетильностью относилось ко всему, что касалось обоих заведений. Здание библиотеки выглядело так, как будто попало сюда из семидесятых, все более устаревавшее по сравнению с окружающими его блестящими современными зданиями. Стерджесс смутно припоминал, что читал где-то, что его пытались снести и заменить сверкающим тринадцатиэтажным гигантом, несомненно, переполненным знаниями.

В 3:32 район вокруг кампуса был так тих, как это бывает на Оксфорд-роуд разве что по утрам. Мимо проходили люди, возвращавшиеся из клубов, навстречу потоку энергичных пешеходов, спешащих на работу к раннему началу смены. Впереди Стерджесса и Уилкерсон две женщины-полицейские стояли у полицейской ленты, изо всех сил стараясь отогнать кучку любопытных, среди которых была девушка, прислонившаяся к своему высокому парню