Читать книгу - "Химия кошек - Павел Ткачев"

– Энто вы хорошо заехали к нам. Вон у нас места-то какие! Ртуть, айда рыбкой угощу.

Видя, что Машка уже буквально обвила свой хвост вокруг морды Сульфура, у которого был взгляд кота, увидевшего копченую курочку, я решила, что пора возвращаться в свою комнату.

– Премного благодарны, но у нас был тяжелый день, и мы устали с дороги, – чопорно ответила я, сделав шаг назад.

– Да я вроде не… – неуверенно запротестовал Сульфур, но под моим взглядом стушевался.

– Приятно было познакомиться. – Я стала боком теснить Сульфура к дому.

– А как нам приятна-а, – многозначительно протянула Машка.

– А приходите в коровник! – предложил Барсик. – У нас там вечеринка. Каждую ночь.

– Ну все-все, давайте дадим гостям отдохнуть, – решительно вступил Пантелеймон, и я смогла наконец увести Сульфура со двора.

Дурдом какой-то!

Глава четвертая, в которой появляются призраки

Мы вернулись в комнату. Сульфур весело прыгал с места на место, а я замерла на кресле. К нему я хоть как-то попривыкла. Яны и Паши не было. Должно быть, они отправились обратно в зеленый ад, чтобы вызволить нашу машину. Яна не взяла с собой в поездку ни ноутбука, ни планшета, а потому время пропадало зря. Я с недовольством бросила взгляд в окно.

– Ртуть! – Сульфур прыгал вокруг меня. – Давай поиграем!

– Ну уж нет, – проворчала я. – Меня это путешествие вымотало. Я еще полгода не пошевелюсь.

– Почему ты такая вредная?

– Что-о-о?!

– Это новое место, – дерзко бросил Сульфур. – Тут все такое интересное, а ты лежишь насупившись.

– Я могла бы заниматься полезными делами! Изучать и дальше про всадников Апокалипсиса! – рявкнула я. – А Яна с Пашей притащили нас в какое-то Бастет забытое место. Зачем мы здесь?

– Мы тут за тем, что называется «отпуск» и «отдых», – ответил Сульфур. – Повеселиться после сложных времен. Люди так делают. И тебе бы следовало.

– Мы веселились недавно. У нас была вечеринка!

– Это было год назад, Ртуть!

– И что?

– Ну-у-у, – мягко протянул Сульфур. – Вот ты меня называешь беспечным и… идиотом, да. А ты… ты… слишком напряженная моментами.

Я проигнорировала его.

Тоже мне! Устроил тут котоанализ.

Незаметно подкрался вечер, а с ним и время ужина. Дом наполнился бесподобными запахами. Яна и Паша, очевидно, осознавая свою вину перед нами за пережитый ужас в зеленом аду, решили угостить нас от души. Мне досталась огромная половинка краснющего помидора, Сульфуру же предложили нечто похожее не то на творог, не то на сыр.

Нас зачем-то потащили в общую комнату. В этом доме имелся огромный зал. Он был обставлен старинной мебелью: резные стеклянные шкафы, огромные кресла, в которых даже Паша казался крошечным, гигантские мягкие когтеточки и пианино. Как выяснилось, наши люди были не единственными гостями. Самые разные гости спустились в общую комнату, чтобы познакомиться и поболтать. Тут и там бегали животные – несколько маленьких псов, включая Пантелеймона, три попугая, морская свинка и даже корги. Кошек нигде не было видно, и меня это устраивало. Девушка в платье играла на пианино. Яна рассказывала милой семейной паре про нас с Сульфуром. Паша, подозрительно веселый, познакомился со стариком, и они почему-то общались на неизвестном мне языке.

Разумеется, мы с Сульфуром стали объектами всеобщего внимания. Конечно, после того как корги выполнила все команды людей. Одна даже мне показалась забавной. Под возглас «умри» корги падала и театрально вываливала язык. Это было и вправду смешно, но никому не говорите, что я так сказала. Мне было приятно внимание, но я предпочла держаться поближе к Яне. Не хотелось бы, чтобы кто-то тянул ко мне свои ручонки. Сульфур же купался в лучах славы, его передавали от одного гостя к другому. Он получил внимание от каждого. Сульфур любил, когда его гладят и чешут. За это его всегда называли ласковым котиком. Меня подобное отношение мало волновало – любви Яны и Паши было достаточно.

Кстати, Паша вместе с новым знакомым стариком стали еще веселее и даже затянули песню на все том же неизвестном языке. Все с улыбкой смотрели на них, только Сульфур почему-то казался озадаченным. А Пантелеймон выглядел особенно довольным. Он постоянно сновал между ногами гостей и запрыгивал на мягкую когтеточку – возможно, радовался удавшемуся вечеру и всеобщему энтузиазму.

Когда песня закончилась, Яна стала теснить Пашу в сторону нашей комнаты, намекая, что хватит уже веселиться. Паша подхватил Сульфура и посадил себе на голову, словно шапку.

– А говорил, что плохо говоришь на немецком, – с улыбкой шептала Яна.

– Я вообще не знал, что он на нем говорит, – сказал мне Сульфур и вздохнул грустно, что было ему не свойственно.

Потихоньку все разошлись по своим комнатам, наступала ночь. Дом погрузился в таинственную тишину. По комнате вытянулись длинные тени от бледной луны, которая настырно заглядывала в окна. Воздух наполнился ровным дыханием людей, шорохами и скрипами в стенах.

Я решила заглянуть в приоткрытое окно, в него тек прохладный воздух ночи, прогоняющий дневную духоту. Темные силуэты деревенской природы жили своими звуками: копошением, ворчанием, писком и возней.

Вдруг снизу до меня донеслась едва слышная, даже по меркам кошки, игра на пианино. Кому это приспичило продолжить веселье? В темноте комнаты светились синий и зеленый глаза Сульфура.

– Ты слышишь это? – прошептал он.

Я посмотрела на своих людей – они спали как ни в чем не бывало.

– Я – да. А они, кажется, нет, – заключила я.

– Пойдем посмотрим. – Сульфур уже был у двери и проверял ее лапой.

– Что там смотреть? – проворчала я, спускаясь на кровать к Паше. – Поиграют и успокоятся.

– Кто-то идет, – навострил уши Сульфур. Он потянул воздух носом. – Понти, что ли?

Через мгновение у двери раздался тихий собачий скулеж:

– Извините за беспокойство. Вы, вероятно, не спите?

– Нет, конечно! – беспечно ответил Сульфур. – Сейчас же разгар ночи – кошачье время.

– Я нижайше прошу вас проследовать за мной – нужно кое-что вам показать, – тихо произнес песик.

– Сульфур, не вздумай! Так начинаются неприятности, – зашипела я этому балбесу. – Это не может подождать до завтра, уважаемый Пантелеймон? – вежливо сказала я уже в сторону хозяина дома.

– Прошу меня извинить еще раз, но я бы хотел показать сейчас.

Сульфур тем временем уже повис на ручке двери и пытался ее открыть – это у него, как всегда, получилось. Наши люди даже не шелохнулись. Паша, если честно, довольно громко храпел.

– Если речь о коллекции мячиков и игрушек-пищалок, я перегрызу ему горло, – пробурчала я Сульфуру, но все же не очень громко. Не стоит быть настолько грубой. Мы высунулись в дверную щель, и я заметила,