Читать книгу - ""Фантастика 2025-31". Компиляция. Книги 1-27 - Роман Корнеев"

понимаешь, насколько это важно! – Эльдар был умным человеком, а потому понял, насколько ей не понравилось услышанное. – Не только для нашей дочери, но для всей страны!

На страну Астре было плевать.

Не патриотично? Пускай. Она не собиралась жертвовать дочерью, чтобы кто-то там убедился, что безумный этот план не сработает.

– Партии нужны целители. Настоящие. Способные, вот как ты, исправить несовершенство человеческого тела! Подумай сама! Пройдет десять лет, двадцать, пятьдесят! И вас, дивов, станет так много, что вы излечите всех и каждого! А может быть, не просто излечите! Я знаю, что прежде велись работы по изменению тела, по созданию нового существа, в котором бы соединились лучшие черты всех, живущих в союзе! И что, как не это, доказало бы мировое превосходство…

– Иди в задницу, – тихо произнесла Астра.

– Что?

Эльдар моргнул.

– В задницу иди, – повторила она. – Вместе с мировым превосходством. А что до остального, то вы просто-напросто убьете детей. У них и так… слабые корни, а вы и их обломаете. Но вам ведь все равно, да? Лично тебе.

Она сделала шаг.

И Эльдар попятился.

Она, Астра, никогда и ни к кому не шла навстречу, напротив, обычно сама отступала, пряталась, убегала. А теперь ей двигало совершенно незнакомое желание добраться до глотки этого вот человека, который не мог не понимать, что творит.

Она ведь говорила ему.

Рассказывала.

Многое рассказывала, а он…

– Ты… ты не сможешь меня остановить, – сказал Эльдар, очнувшись, вспомнив, что он-то как раз сильнее и в своем праве. Правда, выставил между собой и Астрой портфель. – Как не сможешь остановить прогресс! Мой проект находится на рассмотрении и если будет одобрен…

– Дивы полностью исчезнут. А когда те, кто его одобрил, поймут, что натворили, им понадобится кто-то, на кого можно будет переложить вину.

Астра смотрела в глаза человеку и не понимала, как получилось так, что когда-то она им увлеклась. Он ведь… серый.

И внешне.

И изнутри.

И все-то он прекрасно понимает, насколько опасен его проект, однако надеется… да, пожалуй, надеется… на ведьминские зелья, на дивов, которые не пожелают расставаться с детьми, и, не имея иной возможности быть рядом, примут любые условия.

В этом ли дело?

– Уходи, – Астра закрыла глаза, не желая видеть существо, которое когда-то, не иначе как по глупости, казалось ей самым близким и родным.

Дело ведь даже не в лечении.

Мог бы приехать, Астра не отказала бы, и он точно знал, что не отказала бы. Она никогда никому не отказывала. А в этом треклятом проекте, который открывал ему, Эльдару, новые возможности. Который позволял подняться чуть выше, подобраться чуть ближе к власти, к…

– Уходи, – повторила она тихо и по тому, как приотворилась дверь, поняла, что Эльдар ушел. Но ведь и вправду не отступится.

Проект на рассмотрении?

Есть еще шанс, что…

Так, нужно успокоиться и… дальше как? Куда обратиться? К кому? К Святославу? Он обещал помочь, но… стоит ли верить этим обещаниям? Может, сам по себе он и недурной человек, пусть даже маг разума, однако он служит. И сделает то, что ему будет сказано.

Тогда…

Бабушка ушла… знала ли она? Вряд ли… если бы знала, то точно не позволила бы Эльдару выжить. Проклятья ведь разные бывают, и судя по той книге, которую Астра так и не отдала, хотя собиралась, совершенно честно собиралась, так вот, о проклятьях Серафима Казимировна знала куда больше, чем показывала.

И Розочку она любила.

И никому не позволила бы причинить вреда.

Астра сделала глубокий вдох. И поняла, как ей надлежит поступить.

Она спокойно притворила дверь, запирать не стала, скоро время полуденных процедур, а брать в процедурной нечего. Да и люди у них в отделении приличные лежат.

Астра поднялась на третий этаж.

Анатолий Львович был у себя, обложился бумагами, пряча за горами из серых папок и папочек, с виду совершенно одинаковых, кружку с чаем и рогалик. Дернулся было, но увидев Астру, только махнул, мол, заходи.

И она вошла.

– Можно вашим телефоном воспользоваться? – Астра сдержала дрожь в руках. – Междугородний звонок.

– Что-то случилось?

– Случилось, – она посмотрела на человека, не зная, можно ли ему верить. И пусть никогда-то прежде он, пришедший в больницу обыкновенным врачом, одним из многих, кого отпустила война, не обманывал ее, даже когда речь заходила о вещах неприятных, но…

– Пользуйся, – Анатолий Львович поднялся. – Я выйду. И… у моей матушки дом остался. Деревенька Хвойничи. Не так далеко, но… в войну ее почти, считай, уничтожили. А матушка на хуторе обреталась. Даже не ее дом, а дедов. Там никто не живет, но он еще крепкий. Если надо.

– Пока не знаю.

Астра не любила врать.

И не умела.

– Спасибо.

– Береги себя, деточка, – он забрал и чай, и рогалик, и вышел тихонько. И подумалось, что, пожалуй, она, Астра, и вправду ничего-то в людях не понимает.

Она помнила всего три номера, да и те бабушка когда-то заставила заучить наизусть. И Астра послушно заучила, правда, никогда-то не набирала и теперь вот…

Аппарат был новым и гладким, с тугим диском, проворачивать который приходилось силой. А на место диск возвращался, слегка потрескивая. И этот треск заставлял Астру вздрагивать.

А потом было молчание, сменившееся гудками.

Гудки длинные, и Астра считала их, сказав себе, что досчитает до семи, а потом наберет другой номер. Но трубку взяли на девятом.

– Добрый день, – сказала она, удивляясь, что дрожат лишь пальцы, но не голос. – Это… Астра.

Собственное имя прозвучало странно.

– Могу я услышать Болиголова Валерьяновича?

– Слушаю вас…

Звук этого голоса успокоил.

– Это… важно… очень важно, но доказательств у меня нет, – она опустилась на самый край кресла. – И… наверное, это я во всем виновата…

– Тише, девочка, – сказано это было мягко. – Просто расскажи, что произошло, а мы подумаем, как поступить.

Глава 30

Святослав и сам не знал, зачем он пошел в детский сад.

Где он, и где детский сад?

И главное, смысла-то в этом визите никакого. Он ведь не родственник, так, случайный знакомый и сосед, который весьма скоро съедет, оставив обитателей коммунальной квартиры наедине с обыкновенной их жизнью. Почему-то думать об отъезде было неприятно.

И…

Собственный сад он не помнил, как и многое иное до пробуждения