Читать книгу - "Разрушитель - Мария Токарева"

настал апогей этой несвободы. Но Лорду Нирашу явно оказалось мало: он не напал на Разрушителя Вселенной, а стал сразу же прорываться к антикварной лавке Змея, затерянной среди изменчивых призрачных домов Вермело.

В этот миг на него с праведной яростью обрушился сам Белый Дракон, Великий Хранитель, возрожденный сур, оберегающий осколки миров в Норе Змея Хаоса. Его змееподобное тело было покрыто мягкими перьями, крылья из белых линий застилали полнеба, озаряя тусклый полумрак Измерения Могущества.

– Прочь! Прочь, монстры! – рычал он, оглашая ревом лиловый лес. Но ужасающий Разрушитель, словно сметая назойливый мусор, отшвырнул и Лорда Нираша, и Белого Дракона. Одновременно черные когти тьмы впились в Митрия, который в это время пытался атаковать Нираша и вытащить… Вытащить Раата Шаатира.

У Агнесс вскоре не осталось времени, чтобы смотреть, на чьей стороне преимущество: из порталов прямиком из Бенаама рокочущим потоком хлынули темные эльфы и верные Нирашу Вороны. Армада зла, подобная той, что была в две тысячи одиннадцатом, но несравнимо более мощная. Все они рвались к скрытой силе Змея Хаоса, к эпицентру Измерения Могущества. Земля, висящая где-то на периферии, возможно, была следующей целью или побочной подпиткой. Так или иначе, не оставалось никакого выбора – только сражаться.

Агнесс, Алистер и их объединенный отряд отважно врезались в орду Воронов. Белые и серые крылья смешались с черными в смертельной круговерти. Агнесс парила рядом с Алистером, прикрывая его спину, в то время как его сизые линии-хлысты с холодной яростью рассекали врагов. Джи-Джи и Одио, сияющие, как маяки, выстраивали щиты из белых линий, ограждая своих новых союзников.

И посреди этого хаоса открылся неучтенный портал, крошечный, как чердачный люк, но сияющий на фоне низкого фиолетового неба. И из него появился человек с белыми крыльями, облаченный в светлые байкерские «доспехи». Агнесс быстро узнала его: Белый Ворон, первый Страж Вселенной. Она же его привела, чистого душой мальчика из далекого мира Силлад, лишенного магии.

– Я помогу вам! Эльф! Прекрати! – закричал звонким, почти детским голосом Белый Ворон, пытаясь сплести сеть линий. Но Агнесс отчетливо увидела: мощь его едва ли превышала способности Эленор и других магов Земли. Он… отдал свою силу, каким-то образом вернул ее в те миры, из которых украл ее Митрий. И, возможно, поэтому все эти века его не могли найти. И, возможно, поэтому он все еще светился перламутром, а не предстал в облике жуткого дракона.

– Тринадцатый. – Белый Ворон отважно парил перед чудовищной формой Разрушителя, заставляя слушать себя. – Помнишь ли ты свет? Не тот, что мы должны были нести, а тот, что мы нашли в промежутках между битвами? Помнишь, как мы утешали друг друга? Мы были оружием, но даже оружие может выбрать, против кого будет обращено. Митрий ошибся. Он думал, что можно отнять все, что делает нас живыми, и мы станем от этого только сильнее. Но сила без сердца – это та же тьма.

Разрушитель, это чудовище из чистой тьмы, замерло, и в этой паузе, казалось, затаилась последняя надежда. В вихре теней на мгновение проступило что-то знакомое – орлиный нос, очертания скул. И тут же исчезло, поглощенное клубящимся мраком.

– Ты отдал свою силу, – прошипел Разрушитель. – Ты стал никем. Я же стал всем. Я – конец. И начало новой Вселенной!

– Ты – рана, – возразил Белый Ворон. – Незаживающая. Но даже такую рану можно исцелить.

В этот момент из последнего портала, который защищали Джи-Джи и Одио, шагнула Эленор во главе Ордена Полудня. Она была бледна, но сжимала в руках меч и пистолет.

– Да! Рану можно исцелить! Я не позволю тебе забыть, кем ты был! – крикнула она, и ее голос перекрыл грохот рушащихся реальностей. – Ты обещал мне жизнь! Обычную человеческую жизнь!

Она пошла вперед, не обращая внимания на клубки черных линий, готовых ее разорвать. Шла сквозь бурю, как когда-то шла по московским улицам навстречу ему.

И вновь показалось, что случилось невозможное: хаотическая форма Разрушителя дрогнула. Но из тьмы прорвался хриплый искаженный смех:

– Жизнь? Я – смерть!

Он взметнулся, и волна чистой ненависти отшвырнула Белого Ворона. Тот, кувыркаясь в воздухе, рухнул на ближайшую ржавую крышу руин Вермело.

– Я предлагал путь мира. Но есть и другой, – твердо сказал Белый Ворон, поднимаясь, и посмотрел на Агнесс, на Алистера, на всех собравшихся. – Он понимает только силу. Ту самую, что свела его с ума. Мы должны показать ему, что даже в падении Вселенной мы едины. Мы вместе – сила! И я буду сражаться с вами!

Агнесс кивнула и решительно подняла клинок из белых линий. Рядом с ней Алистер шире расправил серые крылья, и в его алых глазах вспыхнул тот самый огонь, что когда-то сделал его Верховным Вороном – ледяная ярость расчетливого стратега. Джи-Джи и Одио соединили свои сияющие крылья, плетя щит. Афобий и его вороны-отступники сомкнули ряды.

Они атаковали не Разрушителя, а саму тьму вокруг него. Белые, серые и серебряные лучи сплелись в единую сеть. Разрушитель ревел, разрывая световые нити, но на место порванных тут же вплетались новые. Его не пытались убить – его стремились вылечить.

Эленор стояла на Земле в самом эпицентре, казалось, не защищенная ничем, кроме своей любви. От атак темных эльфов ее спасал только купол, сотканный Джи-Джи, но он не оградил бы от гнева Разрушителя.

– Я знаю, что ты там! – закричала Эленор, и слезы текли по ее лицу, испаряясь в магическом жаре. – Я не боюсь тебя! Вернись!

Световая сеть сжималась, поглощая черные клубы. И вновь, всего на миг, в самом центре смерча проступило лицо Сумеречного Эльфа. Его глаза были полны ужаса и невыносимой муки. Он посмотрел на Эленор. Его губы шевельнулись, не издавая звука. Голос его похитила тьма. И голос, и имя, и саму его сущность.

«Не получается!» – призналась себе Агнесс. Либо они говорили что-то не то, либо делали что-то не так, либо их отвлекали назойливые Вороны и темные эльфы, палящие из плазменных винтовок. На земле они уже разворачивали артиллерию, начиная стрелять пучками черных линий.

Измерение Могущества трещало от разрывов магии, и лиловый свет мерк от вспышек заклинаний. В центре этого хаоса, на одной из полуразрушенных башен Вермело, разыгрывалась своя драма. Джи-Джи, едва успевший отбить атаку случайного Ворона, столкнулся с самой мучительной реальностью – бывшим повелителем. Митрием, крылья которого то вспыхивали ослепительной белизной, то чернели, словно пропитанные сажей. Он рванулся к Джи-Джи, черные линии сжались в единый гигантский коготь у шеи противника, но в последний момент рука Митрия дрогнула, и грозное оружие рассыпалось.

– Беги, – прохрипел Митрий, обращаясь к бывшему соратнику, – пока… я не убил…

В следующее мгновение его взгляд снова помутнел, но он с рыком развернулся, швырнув сгусток тьмы