Читать книгу - "Первый новой ветви - Юджин Никитин"

договорить свою тираду не успел. Так как вновь слышимый для всех голос директора дал команду на начало дуэли.

p.s. Подписаться на автора жизнеописания попавшего в другой мир Алексея Николаевича. https://author.today/u/evgenynikitin/works

Напоминаю, что поставленный «лайк» книге улучшает не только мою карму)

Все предыдущие приключения описаны ранее:

Книга 1 «Последний из младшей ветви»

Книга 2 «Наследие младшей ветви»

Все ваши комментарии и высказанные в комментариях размышления, читаю внимательно. Не факт, что они изменят моё видение описываемых событий. но случается что критика или разумные высказывания действительно влияют на понимание тех ложных убеждений что влияют на жизнь Алексея Николаевича. Такое действительно уже случалось.

Глава 24

17 Ноября 1894 года. Суббота.

г. Буй Костромская губерния.

Обухов старший рванул с места с первой же секунды команды. Воздушный кулак обрушился на щит что еле успел поставить Алексей перед собой, почти мгновенно развеяв его и продолжив свой путь. Но этой заминки ему хватило, чтобы отвернуть в сторону, пропустив кулак мимо себя. Как будто в замедленном кино Алексей почувствовал, как поток воздуха всколыхнул волосы на его левом виске. Но следующее движение Обухова вызвало резкую необходимость прийти в себя от созерцания глупостей. Серп, кулак, снова серп и так далее. Обухов отправлял в сторону Алексея плетения одно за другим, и всё что оставалось ему сейчас — это, не останавливаясь ни на миг плести щиты, не имея ни секунду на передышку. Темп атаки Обухов с первой же минуты дуэли взвинтил до максимальной скорости. И если бы не тренировки с Чанкиным, который последние дни гонял своего ученика, то дуэль бы уже закончилась после первого десятка направленных в него плетений.

Тактика на бой, которой, судя по всему решил придерживаться Обухов стала ясна как Божий день. Измотать и расстрелять на расстоянии, избегая малейшей возможности для Алексея хоть как-то проявить инициативу, и это работало с поразительной эффективностью. Он просто заваливал Алексея воздушными серпами и кулаками, развеивая выставленные Белодревовым щиты почти без напряжения, и заставляя того скакать по арене как молодой сайгак, избегая попаданий. Для Алексея сейчас схватка вылилась лишь в непрерывные попытки уйти из-под сыплющихся на него ударов, не оставляя времени на обдумывания контратак, да и Обухов не горел пока желанием сближать дистанцию между ними, чувствуя себя совершенно комфортно в тех условиях что сейчас были созданы между ними на арене. Всё что успевал отмечать его молодой соперник во время своих увёртываний и прыжков, это положение самого Обухова, ну и его хмурящуюся рожу. Вот только радоваться его недовольному лицу не было ни времени, ни сил.

До сознания Алексея в первую же минуту боя, чётко дошло осознание итогового результата этой дуэли. Нет конечно, он и не думал о возможности сдачи с признанием своего поражения. Это было просто осознание несопоставимости как магического потенциала, в купе с отработанными умениями этим потенциалом пользоваться, так и чувствовавшимся в Обухове старшем большой опыт таких схваток. Он не нервничал, не распылял силы. Он с простой и целенаправленной эффективностью подавлял своего противника, лишая малейшей возможности манёвра. Сила летящих плетений при воспоминании о тренировках с Арсением Сергеевичем, говорила, как минимум о том, что вышедший по замене дуэлянт точно не ниже Мага, может быть Витязь. Уж слишком быстро продавливались и затем развеивались щиты Алексея, появляющиеся на пути атакующих плетений. Да и с такой скоростью атак Белодревов банально не успевал творить качественные щиты, хорошие — да. Но не те, что он мог сотворить в спокойной, академической обстановке.

Кроме хаотичных мыслей, терзающих голову Алексея во время его извиваний на арене, о суровой необходимости более качественных и частых тренировок, он дал себе ещё один зарок — в следующий раз при вызове на дуэль, сразу ставить условие об отсутствии замен. Пусть эти великовозрастные отроки сами отвечают за свои слова, а не наслаждаются со стороны этой вакханалией. Иначе его просто будут вот так размазывать по ристалищу каждый раз, на потеху ангажированной публики.

Бой продолжался уже больше десяти минут, а Алексей так пока и не смог даже изобразить ни одной контратаки, не говоря уже о том, чтобы попытаться переломить ход схватки. Это и злило, и разочаровывало одновременно. Совершено не тот уровень что раньше был у его дуэлей в школе. Подавляющее превосходство умудрённого жизнью противника чётко и ясно показывало ту пропасть в умениях между ними, что могла в другой ситуации стать для него фатальной. Вынужденный непрерывно двигаться Алексей постепенно стал чувствовать, как устаёт, не только физически, но и устаёт думать и соображать. На левом плече и правом бедре уже были прочерчены ярко алые полосы в местах где его задели воздушные серпы Обухова, и постепенно места попаданий пропитывались кровью. Конечно, будь хоть несколько свободных секунд, он мог бы за счёт целебной магии поправить своё состояние. Но, такой возможности оппонент даже и не думал давать. Пусть его атаки и стали хоть немного, но реже. К великому сожалению Алексея, воспользоваться этими микроразрывами между атаками, не получалось.

Очередной скачок уворачиваясь от воздушного кулака, и пропущенный незаметный воздушный серп, рассёк мышцы левой голени, заставляя Алексея провалиться во время движения и рухнуть на колено. Его собственная ошибка и потеря внимания на секунду теперь превратились в огромную беду — он потерял мобильность. В горячке схватки, первые пару секунд он ещё смог пытаться не обращать внимание на рану, вот только дольше этих пару секунд это не продлилось. Очередной воздушный кулак пущенный Обуховым проломил его щит, и не смотря на судорожную попытку Алексея отвернуть в сторону с траектории, сбил его с ног, немного оглушив. И снова Обухову этого хватило, чтобы ещё два воздушных серпа поразили парня.

Если первый, лишь краем зацепил его правый бок, оставляя тонкий поверхностный порез, не страшный ничем кроме потери кровы, то второй пришёлся на многострадальную левую ногу, рассекая бедро до кости. И что самое плохое, совершенно лишая Алексея подвижности. Всё что оставалось ему теперь, это поджав под себя раненую ногу лихорадочно пытаться строить защиту из нескольких далёких от идеальной формы щитов. Обухов же немного изменил свою тактику, прекратив посылать в Алексея воздушные серпы, оставив в арсенале атакующих плетений лишь кулаки. Да и то, судя по уменьшившемуся давлению, снизив их мощность. Просто и незатейливо расстреливая полулежащего парня, не давая сосредоточится ни на чём кроме защиты. Изменилось и направление ударов. Создавалось ощущение что Обухов старательно избегает даже малейшей возможности попасть Алексею в голову, и тем самым не дай Бог, не отправить в нокаут.

Такое вальяжное расстреливание продлилось ещё пару-тройку минут, и наконец-то сторожащийся