Читать книгу - "Фантастика 2025-149 - Сергей Хардин"

позавидовал такой лингвистической адаптивности.

— Рад быть здесь, — ответил я, кланяясь в ответ.

— Долог ли был твой путь?

— Нет, но весьма опасен, — сказал я. — Мы сейчас работаем над тем, чтобы открыть врата между нашими землями, используя древние виды магии.

Дракия фыркнула, не удержавшись от смешка.

— Вы, люди, всегда такие нетерпеливые. Впрочем, с такой короткой жизнью вы и не можете позволить себе ждать.

— Хотелось бы, чтобы только спешка была причиной этого плана, — ответил я. — Но, увы, это мои проблемы. Может, поговорим где-нибудь наедине?

Дракия кивнула и указала на чёрное здание без опознавательных знаков.

— Идём, идём, — сказала она, понукая меня следовать за ней. Мы направились к зданию, оставив стражников стоять в строю. Они не обратили на нас никакого внимания и даже не проводили взглядами. Пока мы шли, я вслух восхитился их дисциплиной.

— Ваша стража весьма сосредоточена, — заметил я.

— Так и должно быть, — коротко ответила она, заводя меня в тёмное здание. Света внутри, конечно, не было. Обитатели Лисичанска по какой-то неведомой причине не пользовались освещением, но были достаточно любезны, чтобы держать в каждом здании фонари для нас, людей. Наступила тишина, затем послышалось звяканье, и, наконец, шипение зажигаемого фонаря. Свет озарил тёмное, пустое помещение.

Мебели внутри не было, только стеллажи с оружием и древковым оружием. Это оружие не блестело в свете фонаря, оно выглядело ржавым и запущенным, словно руки давно его не касались.

— Твой дипломат подготовила почву для нашей встречи, — сказала Дракия, переходя прямо к делу. — Ты хочешь вернуть нас к нашему Отцу-Дракону. Хемиш отказывается.

Глава 8

— Верно. Ваш отец-правитель связался со мной некоторое время назад через своих посланников. Он предложил открыть торговлю с его регионом, если я смогу вернуть всю вашу компанию домой. Хемиш был единственным, кого упомянули по имени. Очевидно, без него сделки не будет.

Дракия кивнула, и тени от фонаря исказили черты её жёлтой морды.

— Старший Дракон был прав, знаешь ли. Давным-давно, когда мы опрометчиво рвались повидать мир, он велел нам подождать. Подождать, пока у нас не отрастут крылья и мы не сможем лететь по ветру. Но Хемиш нашёл обломки лодки. Он забил нам головы россказнями о приключениях и сокровищах. И где мы в итоге оказались? В сотнях миль от дома, в Великом Городе. — Она фыркнула, качая головой. — Приключение на всю жизнь, от которого нельзя отказаться.

— Поистине трагедия, — ответил я. — И я могу исправить последствия этого злополучного решения. У меня есть корабли. Один из них способен вместить всю вашу компанию и доставить вас к берегам Центральной Алепии. К вашему дому.

Дракия кивнула.

— Это я знаю. Но… Хемиш не станет слушать доводы разума. Его гордость уязвлена не только тем, что мы покинули дом, но и тем, что он привёл нас к катастрофе. Вернуться домой — значит признать поражение, признать, что он был неправ. Он скорее предпочтёт отправиться куда-нибудь ещё, в другие земли, чтобы снискать славу и лишь потом вернуться.

— Но кто за ним пойдёт?

— Только те, кто считает, что другого выхода нет, — ответила Дракия. — А после послания его отца к тебе это означает, что за Хемишем не пойдёт никто.

— Ты не просто так попросила о личной встрече, — сказал я, скрестив руки на груди. — Надеюсь, у тебя есть план, как заставить Хемиша пойти с нами.

На несколько мгновений она замолчала. Я видел на её лице нерешительность и беспокойство. В её глазах был страх, и я задался вопросом, не передумала ли она. Без сомнения, её план был рискованным.

— Отец не примет нас обратно без Хемиша, — наконец сказала Дракия. — Ты можешь не понимать обычаев драконорождённых, но для нас вернуться без лидера будет расценено как предательство. А такое не терпят ни при каких обстоятельствах. Мы последовали за ним и должны вернуться с ним.

— Понятно. Значит, вы не можете просто уйти без него, — сказал я. — А он никогда не согласится вернуться домой…

— Поэтому мы должны взять дело в свои руки, — ответила Дракия. — Я открою тебе великую тайну нашего народа. И ты должен поклясться, что никому её не раскроешь.

— Клянусь, — сказал я, в очередной раз пожалев об отсутствии у меня способности «Личная Гарантия».

— Эту клятву я не могу проверить, — сказала Дракия. — Так что мне придётся тебе доверять. Я вынуждена это сделать, потому что просто хочу вернуться домой. Мы все этого хотим.

— Я не желаю твоему народу зла. Я лишь хочу наладить торговлю со Старшим Драконом, — ответил я. — Твои секреты в безопасности. Клянусь жизнью.

Она кивнула и прошипела:

— Драконорождённые время от времени впадают в спячку. Когда дел мало или если мир становится хлопотным, дракон удаляется в свой дом и спит долгое время. Некоторые впадают в спячку, чтобы избежать рутины, другие — потому что недовольны своей жизнью. Это священное право каждого дракона — погрузиться в Великий Сон и отдохнуть.

Интересно. Я кивнул, но ничего не сказал, позволяя ей продолжать.

— И… когда дракон впадает в спячку, он отказывается от власти лидера, пока не проснётся. Поскольку никто не может ставить под сомнение спячку — это право каждого дракона — передача власти происходит немедленно, как только кто-то обнаруживает своего лидера отдыхающим.

Я медленно кивнул. Я начинал понимать, к чему она клонит.

— Ты хочешь заставить Хемиша впасть в спячку?

Дракия кивнула.

— Мы всеми силами стараемся не убивать своих. Иначе его бы разорвали на куски в ходе кровавой революции много лет назад. Но в старые времена, когда великие двенадцать императоров правили Алепией, возникали конфликты, требовавшие творческих решений. Способ усыпить лидера на пару сотен лет часто позволял тем, кто ниже по статусу, всё исправить. Затем правитель просыпался, ему приписывали все заслуги, и он не мог отказаться от такой похвалы. Спячку нельзя ни ставить под сомнение, ни объяснять.

— Это кажется довольно опасным и сложным, — сказал я. — Ираида говорила мне, что есть другой способ, что, возможно, если вы все согласитесь пойти… — я осёкся, когда Дракия бросила на меня полный муки взгляд.

— Он раскусил мой блеф ещё до твоего возвращения. Поклялся, что никогда добровольно