Читать книгу - "Конец игры… - Вячеслав Киселев"

километр и не дожидаются трагической развязки. А в Лондон нам после сегодняшнего хода уже нет, если только не в составе армии вторжения. Поэтому, пусть лучше будет синица в руках, чем утка под кроватью, как говорил мой старшина.

Дав своему жеребцу шенкелей, я двинулся вперед, чтобы сократить дистанцию до цели и минуты через полторы спешился. Первую пулю я положил точнехонько в центр груди, сразу сделав заявку на рекордный выстрел. Поскольку стрелял на полкилометра, что для Галила является пределом прицельной дальности, а эффективная дальность ведения огня значительно меньше. Ничего не подозревающего Голдстейна откинуло назад, но ноги в стременах удержали его от падения и корпус почти вернулся после удара в исходное положение. Наверняка, он ещё оставался жив, поэтому я с превеликим удовольствием добавил ещё одну, чуть ниже – контрольную. Теперь, при современном уровне медицины, шансы на его выживание были минимальными.

Конвей сориентировался, на удивление, резво. Видимо, поняв, что будет следующим, он бросил коня в галоп и увлек за собой гвардейцев в атаку. Поймать в оптику несущегося во весь опор всадника дело нелегкое, а потом и линия огня оказалась перекрытой, поскольку атакующие двигались под небольшим углом к нашей позиции, и я опустил автомат. Следовало признать, что генерал свою задачу уже выполнил, теперь останавливать разогнавшуюся и охваченную боевым возбуждением кавалерийскую лаву требовалось другими средствами. И их есть у меня!

Атака пошла по первому варианту, то есть через мост, который тут же превратился в «бутылочное горло», создав пробку из всадников. Часть из них полезла в грязь, пытаясь перебраться на наш берег, часть дожидалась своей очереди на проезд. Словом, получилась идеальная мишень для того, чтобы парни Грохота получили хорошую практику в боевой стрельбе.

Первыми открыли огонь гранатометчики, прочертив своими «колотушками» три дымные трассы. Часть гвардейцев во главе с Конвеем уже вышла на оперативный простор и первую гранату нацелили именно в них, явив миру второй на сегодня рекордный выстрел. Огонь вели в полуфланг по скоростной цели на дистанции в четыре сотни метров, поэтому о правильном взятии упреждения и попадании точно в «яблочко» можно было только мечтать, но произошло именно так. Реактивная граната ТБГ-7В, она же просто «термобар», врезалась точнехонько в грудь Конвея…

Следующие две гранаты устроили на мосту небольшой филиал ада на земле, окончательно заблокировав его кучей тел, и на лихом кавалерийском наскоке можно было смело ставить крест, но это оказалось только началом «концерта по заявкам». Следом Грохот спустил с цепи «пожирателя душ» по имени «Браунинг». Проглотив два патронных короба, пулемет по моей отмашке затих, выпуская прощальную струйку дыма из дульного среза ствола, и поле боя, точнее побоища, огласили крики и стоны раненых, перемежающиеся хрипами и ржанием бьющихся в агонии лошадей. В общем, стандартная картина. Оставшиеся в живых гвардейцы даже и не помышляли о каком-либо сопротивлении, быстро рассеиваясь по сторонам.

– Вот и всё, на сегодня война окончена! – негромко прокомментировал я произошедшее, уже вернувшись к этому времени на исходную позицию.

– Мы готовы к атаке сэр, приказывайте, завершим разгром! – распаляя в себе боевой азарт, чуть ли не прокричал в ответ Уэст, привставая на стременах.

– Довольно граф, – немного повысил я голос, – на сегодня смертей достаточно, вы уже победили. Конвей убит, кавалерия рассеяна, а представители от пехоты, кажется, направляются сюда для переговоров! – показал я на троицу всадников, отделившихся от находящихся в неподвижности английских полков.

Бросив в ножны наполовину обнаженную шпагу, Уэст вернулся в седло, сдёрнул перчатку и провел ладонью по лбу:

– Ваше Величество, позвольте выразить вам своё искреннее восхищение. Сегодня я воочию увидел, как выглядят хладнокровная беспощадность и истинное милосердие. Позвольте спросить сэр, почему вы сказали именно так – «Вы победили», хотя победа добыта исключительно вами!

– Потому граф, что я не сторона в вашем внутреннем конфликте. Мне это не интересно, я прибыл на остров, чтобы настичь своего давнего врага и сегодня я его уничтожил, однако назвать победой состоявшуюся казнь никак нельзя. Организация, которую он представлял, словно многоголовая гидра, которая отрастит новую голову вместо отрубленной, поэтому моя борьба продолжается. Почему не спрашиваете про оружие, которым уничтожили Конвея?

– Зачем, – пожал он плечами, – думаю, вы всё равно не ответите. Благодарю сэр, для меня большая честь принять участие в таком деле рядом с вами. Надеюсь, мне никогда не придется столкнуться с вами в бою и оказаться на месте Конвея!

– Соглашусь, не хотелось бы вас убивать, вы мне симпатичны. Прощайте граф! – кивнул я в ответ на воинское приветствие, отданное Уэстом, и тронул поводья, разворачивая лошадь в сторону продолжающего пребывать в прострации короля.

– Ну что Георг, закончим прерванный разговор! – окликнул я его, остановившись сбоку.

– Это кровь? – тихо произнёс он в ответ, проведя пятернёй по лицу и размазывая по нему кровь Кэмпбелла.

– Да Георг и она на твой совести, меня это не касается, теперь давай к делам. Если хочешь остаться в живых и сохранить жизнь своей семьи, забирай остатки своих полков и возвращайся в Лондон. За королеву и детей не беспокойся, их вернут домой в целости и сохранности. Там, – показал я себе за спину, – семь тысяч МОЕЙ гессенской пехоты, здесь полсотни моих людей с оружием, которого с лихвой хватит для уничтожения всей твоей оставшейся кавалерии, и замок Стирлинг тоже в моей власти. Как говорят шотландцы – «Кто владеет Стирлингом, тот владеет всей Шотландией», поэтому Шотландия тебе более не принадлежит. Дальше шотландцы сами разберутся, кто здесь станет править. Но в любом случае, считай, что эта земля под моей защитой и если хоть один английский солдат пересечёт границу, здесь окажется двести тысяч русских, шведов и пруссаков, и тогда я уже точно сотру Лондон с лица земли. Понятно!

Георг ничего не ответил и лишь судорожно сглотнул.

– Как говорится, молчание – знак согласия, значит продолжим. Итак, с Шотландией разобрались, она станет твоей платой за то, что я сначала спас тебя в Букингем-хаусе, а сейчас сохранил жизнь. Теперь ты должен расплатиться за то, что я предоставил тебе возможность вернуть себе власть над Англией. Эта услуга обойдётся тебе совсем задёшево – за это ты продашь мне Канаду, само собой, вместе с Ньюфаундлендом и прочими островами. Даю шестьсот тысяч фунтов стерлингов – хорошая цена за холодную, безлюдную и неосвоенную землю. Сможешь построить за эти деньги целый десяток линейных кораблей, они тебе вскоре очень сильно понадобятся. К первому мая в моих руках должен оказаться одобренный парламентом и подписанный тобой договор купли-продажи!

Тишина…

– За нарушение установленного срока последует