Читать книгу - "Выжить в битве за Ржев. Том 9 - Августин Ангелов"

Зибер выругался. Он посмотрел на Фолькнера, за которым шел через болото по той самой отдельной тропе, которой пользовались местные жители, и приказал:

— Нужно отвлечь русских от Вайса. Возьми людей и заходи к ним в тыл.

Зибер искал глазами Ловца. Но марево тумана не давало видеть полной картины боя. Он принял за Ловца какого-то русского, яростно отстреливающегося вместе с целым отделением автоматчиков. Потому и направил удар в том направлении. Прикрывая прорыв Фолькнера, Зибер выстрелил из карабина с оптическим прицелом, ранив стрелка в бок и убив двух автоматчиков справа и слева от него. Но тот был все еще жив и продолжал стрелять. И он не был Ловцом.

* * *

Полина случайно оказалась у пулемета. Она ползла на помощь раненым бойцам из расчета, но кто-то из прорвавшихся немцев докинул гранату. И раненые стали убитыми. Полина вовремя упала на дно окопа, в самую грязь, но осколки прошли мимо. Приподнявшись, она поползла, цепляясь за мокрую глину, к пулемету. Позади были раненые. В медпункте оставались беспомощные люди, которых нельзя было отдавать на растерзание немцам.

Когда она подняла голову, то увидела, что пулеметный расчет, который должен был прикрывать тыловую позицию на случай прорыва немцев, мертв. Все трое — молодой сержант, второй номер, подносчик патронов — лежали возле трофейного «МГ» на бруствере окопа, убитые осколками гранаты. Кровь капала в грязь из развороченных голов. Перевязывать было уже некого. Но сам пулемет уцелел. Он стоял на сошках, целый, готовый к бою.

Полина посмотрела на оружие. Потом на медпункт — на чудом уцелевшую землянку в двадцати шагах позади, где лежали раненые. Потом — в туман, откуда уже слышались крики немцев, прорвавшихся в тыл с левого фланга. Они шли прямо на нее. И она понимала, что шли они убивать.

Она подползла к пулемету. Руки дрожали. Она никогда не стреляла из такого. Знала только, как он устроен — по рассказам Панасюка, который иногда, в минуты затишья, показывал ей, как обращаться с трофейным оружием. «На случай, если придется», — говорил он. И вот этот случай пришел. А сам Панасюк находился где-то на переднем крае. Его взводу было поручено отсекать огнем немцев, не давая им атаковать со стороны гати. Но только ни один его пулемет почему-то больше не стрелял…

Внезапно сзади Валя вынырнула из тумана, бледная, с перепачканным глиной лицом. Она увидела мертвых пулеметчиков и Полину у пулемета, поняв все без слов. Она подбежала, присела рядом.

— Валя! — крикнула Полина, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Подавай патроны! Запасная лента в железном ящике. Тащи сюда.

Валя кивнула. Она не спрашивала, умеет ли Полина стрелять. Не спрашивала, что будет, если не получится. Просто поползла к ящику с патронами, который лежал в трех метрах от убитого второго номера расчета. Первый немец выскочил из тумана, стреляя из автомата. Очередь ударила в бруствер, обдав Валю землей. Но она дотянулась и потащила тяжелую коробку с лентой к пулемету.

А Полина разобралась. Она легла за «МГ-34». Прижалась к прикладу. Навела ствол в туман. Пальцы нашли спусковой крючок. Она вспомнила слова Панасюка: «Главное — не бойся. Ствол сам поведет. Только держи крепче и жми, бей короткими. Не жарь без конца, а то перегреется. Эта „пила Гитлера“ быстро перегревается».

За первым гитлеровцем из тумана показались другие силуэты. Трое. Они бежали, пригнувшись, прямо к медпункту. Полина не стала ждать, пока с их стороны прилетит еще одна граната или меткая пуля. Она нажала на спуск. Пулемет задрожал в руках, выплюнул очередь. Трассеры ушли в туман. Она не попала. Но немцы упали, залегли, начали стрелять в ответ. Пули засвистели над головой. Валя рядом вжалась в землю.

— Не бойся! — крикнула Полина, хотя сама боялась не меньше. — Готовь ленту! Я их не подпущу!

Она поправила прицел. Снова нажала на спуск. На этот раз очередь прошла ниже. Один из немцев вскрикнул, схватился за ногу, упал в грязь. Двое других отползли назад, в туман и заросли ельника.

— Есть! — выдохнула Валя. — Есть, Поля! Ты попала!

Полина не ответила. Она всматривалась в туман, ища других. Врагов там таилось немало. Она слышала крики команд и выстрелы. Они обходили ее с флангов. Она развернула пулемет влево, дала длинную очередь. Потом вправо. Еще очередь. Ствол начал ощутимо нагреваться. От него пошел пар. А лента кончалась.

— Давай новую ленту! — крикнула она.

Валя подала. Полина перезарядила. Снова выстрелила. Немцы залегли. Но не отступили. Они ждали. Они понимали: пулемет — единственное, что мешает им прорваться к медпункту. И они хотели его уничтожить.

Но тут из землянки медпункта высунулась голова. Это был Игнатьев. Бледный, с перевязанной ногой, но с пистолетом в руке.

— Что происходит, санинструктор⁈ — крикнул он.

— Немцы! — ответила Полина. — Они прорвались! Я держу их пулеметом, но их много!

Игнатьев посмотрел на нее. Потом на раненых, лежавших в землянке. Потом на свой пистолет. И принял решение. Он был офицером госбезопасности. Он умел командовать. И сейчас, несмотря на рану, он оказался старшим по званию среди тех, кто еще мог держать оружие.

— Слушай меня! — крикнул он в землянку. — Все, кто может двигаться, — к выходу! Берите оружие! Винтовки, автоматы, что есть! Мы не отдадим медпункт!

Внутри землянки зашевелились. Раненые, которые еще могли стоять, поднялись с нар. Кто-то опирался на винтовку, как на костыль. Кто-то полз. Их было семеро. Израненных, усталых, но живых. И они не собирались умирать без боя.

Первым выбрался сержант с перевязанной головой. В руках — «СВТ». За ним — молодой боец с автоматом. Потом — еще один, с «трехлинейкой». Остальные сжимали гранаты. Они заняли позиции у входа в землянку. Игнатьев, хромая, выбрался следом. Он лег на землю, выставив пистолет в сторону тумана.

— Стрелять по моей команде! — приказал он. — Без паники! Экономьте патроны! Боевая задача: прикрывать пулемет.

Немцы снова пошли в атаку. На этот раз — в полный рост, с криками. Их было пятеро. Они бежали прямо на Полину, обрадовавшись, что пулемет затих. Видно, подумав, что пулеметчик нейтрализован. Но, Полина снова нажала на спуск.

Очередь скосила первого. Второго. Но третий успел бросить гранату. Она упала в двух метрах от пулеметного гнезда. Полина и Валя вжались в землю. Взрыв оглушил их. Осколки просвистели над головами. Пулемет дернулся от взрывной волны, но