Читать книгу - "Фантастика 2026-54 - Рейн Карвик"

Глава двадцать четвертая

«Родню не выбирают, друга же даруют небеса…»

(китайская поговорка)

На самом деле мир вокруг нас вовсе не так прост. Иногда твой брат может стать злейшим врагом, а случайный попутчик в купе — настоящим другом. Сложно понять, что важнее. Но это нужно понять!

…На те же пять минут повисла неуверенная тишина. Потом из-за не пробиваемой никаким тараном литой чугунной двери послышались едва различимые всхлипы. Секундой позже раздался скрежет отодвигаемых засовов, и шестеро зареванных тюремщиков сквозь слезы указали нам направление на выход:

— Бегите-е… Мир битв ждет вас… вы свободны, как орлы… хнык-хнык!

Ну а чего? Мы и побежали. Хотя не то чтобы так уж далеко. Царь обезьян только и успел вывести меня в тюремный двор, как полусотня стражников с алебардами удивленно обернулась в нашу сторону.

— Ли-сицинь, ты извинишь меня, если я немножечко тебя покину? — широко улыбнулся мне веселый царь обезьян, вновь водружая золотой круг себе на непокорный лоб. — Меня же просто разорвет на месте, если я не смогу хоть пять минут подраться! А тебе вон туда, там калитка и выход через площадь к задним покоям императорского дворца…

Я пожал ему руку и бросился бежать в указанном направлении.

— Хи-хи-хи! — громко донеслось сзади, перекрывая лязг металла и грозные боевые кличи стражников.

Вариантов не было: если я не найду императора Юй-ди (правильно запомнил?) и не остановлю это форменное безобразие, то получится, что все было зря.

Весь путь в Индию, бои с оборотнями, бесами, ведьмами и лисами, бегство из Диюя, получение священных свитков в храме Громовых Раскатов, бои на протяжении всего обратного пути и надежда вернуться, чтобы еще раз увидеть бездонные глаза моей девушки-тигрицы…

— Я не хочу, чтоб все это было зря! Слышите? Я вам не игрушка, у меня автомат есть! Я не тихий монах, я злой литературный критик! Короче, бойтесь меня, бойтесь…

Ноги сами несли меня незнакомыми, но каким-то чудом известными им переходами, закоулками, поворотами. Я уже потерял направление, давно забыл, куда мне указывал двигаться Сунь Укун, и в голове билась лишь одна мысль: я тоже один! Я впервые один!

Нас было четверо, а считая белого коня — пятеро. Да и как не считать Юлуна? Принц драконов давно стал полноценным членом нашей команды. И именно он ушел первым. Лошади всегда отважны и умеют жертвовать собой.

За ним шагнул старина Чжу Бацзе, потом героический Ша Сэн, последним пожертвовал собой добрейшей души Сунь Укун, теперь вся ответственность лежала только на мне. Если я не найду этого долбаного императора, то все коту под хвост…

Когда предо мной возникли двое сонных стражников, я только ускорил шаг. Обоих раскидало в стороны прежде, чем они вообще схватились за оружие. Не знаю, куда меня занесло, но я тупо рвался вперед по комнатам, залам и коридорам, пока не влетел в ванную…

Ну, не в саму бадью, конечно, но остановился ровно в двух шагах, и на меня уставилась красивая женщина с мокрой головой, по плечи укутанная в хлопья розовой пены. Типа, вот и упс…

Никто не произнес ни звука. Ни я, ни она. Молчаливый обмен взглядами, как в немом кино. Когда пауза по (вертись он в гробу за частое упоминание!) Станиславскому окончательно изжила себя, я вежливо отвел взгляд:

— Добрый день! Извините за случайное вторжение, я спешил и явно попал не туда!

— А куда вы хотели попасть? — ответила она таким чарующим голосом, что я сразу понял, куда на самом деле хочу, но туда явно было нельзя…

— Позвольте представиться: мое имя Ли-сицинь, я вроде как по делу. Мне бы к Нефритовому императору. Если вы в курсе, где он обитает, то не могли бы…

— То есть ты тот самый Ли-сицинь, о котором перешептываются все Небеса? — Изумленная женщина всплеснула руками, свободно перейдя на «ты» и несколько рискованно, почти до сосков, приподнимаясь из пены. — Это ведь ты прошел с тройкой самых отбитых демонов весь Китай и получил в Индии священные сутры буддизма?!

— Ну… признаю… в общем, вроде как да…

— Так это ты унизил царя демонов У Мована! Ты ставил на место бесов, оборотней и ведьм! Ты разгромил весь Диюй! Ты убедил капризного Татагату отдать свитки! Да вся Поднебесная следила за тем, что вы творите вашей крутой бандой…

— Э-э, простите, а с кем имею честь беседовать?

— Мое имя Си-ванму. — Женщина вдруг встала, выпрямившись во весь рост. — Я единственная и любимая супруга Нефритового императора, странно, что ты не узнал меня в лицо!

Вот именно лицо было бы последним, что я запомнил…

Ну, просто потому, что она оказалась реально восхитительна, как обнаженные русские балерины на картинах Зинаиды Серебряковой. Да, в институте нам давали всестороннее образование, чтоб вы знали, так-то!

Но сейчас я опустил глаза в пол…

— Прости, монах, я и забыла, что для тебя невыносимо смотреть на женское тело.

— Эт… кх-м, это вы меня простите, но я не монах.

— Что?!

— Честное-благородное, вот даже забодался всем объяснять…

Визг, которым ответила матушка-императрица, был столь убийственным, что мне чудом не разорвало ушные перепонки. Вот правда, не вру ни разу, я пришел в себя уже лежа на полу, у противоположной стенки, весь в мыльной пене, с насквозь промокшими штанами и белой шапкой набекрень.

Ох, батюшка мой лиричный Батюшков, как же вы все меня этим достали! Вот ведь можно подумать, что я все это специально устраиваю, да? Так нет! Ведь говорю всем чистую правду, не вру, на себя не наговариваю, не оправдываюсь ни в чем, но каждый раз выходит нечто вроде «Федорина горя»…

В ванную комнату тут же ворвалась дворцовая стража! Как и положено, с мечами, алебардами и боевыми кличами:

— Воины, спасайте супругу нашего императора!

Но, как вы понимаете, одной рукой они закрывали себе глаза, а другой шарили в поисках преступника, то есть меня.

А я тихохонько сидел себе в углу, наслаждаясь веселым зрелищем, пока десятеро упакованных в железо парней скользили по намыленному полу, мешая друг другу, стукались лбами, падали, матерились, взывали к милости богов, даже плакали, при этом изо всех сил делая героический вид!

Двое таки рухнули в ту же бадью, из которой чудом успела выпрыгнуть прекрасная госпожа Си-ванму. Следом вбежали пять служанок, двое из которых успели увести императрицу, кутая ее в халат. А вот остальным повезло меньше: их