Читать книгу - "Поезд в страшную сказку - Татьяна Владимировна Луковская"

она уже не сможет. Вдруг рельсы резко оборвались, дрезина ухнула вниз, а сама Варя, раскинув руки, словно крылья птица, полетела над белой равниной, черным лесом, вершинами седых гор. Вот такая она, абсолютная свобода, маши руками-крыльями и лети, куда тебе хочется. А бывает она, абсолютная свобода? Нет, так не бывает. Руки сложились, тело камнем полетело к земле.

— Ах! — оборвалось сновидение, заставляя вернуться в реальность.

Варя, очнувшись, уселась на жестком ложе, разлепляя глаза.

Потехин дремал на противоположной лавке, из-за разделявшего пространство избушки стола виднелась его макушка, а с другой стороны — голые ноги. Сапоги вместе с Вариными валенками стояли у жестяной печи, на веревке над печью болтались портянки. Огонь в железном чреве давно прогорел, но холодно не было, даже душно. Варя расстегнула дуеттку, пошарила в саквояже и обулась в ботинки. Из маленького окошечка под самым потолком лился тусклый дневной свет.

Голова казалась тяжелой, все тело болело. Сколько они проспали, который час? А эта избенка, чье это логово? Рыбаков? Охотников? Старателей? Сразу и не поймешь. Обстановка спартанская: сколоченный из ящиков стол, две лавки по стенам, жестяная походная печь с узкой трубой под самый потолок, и пара пустых полок над входом. В одном из углов предыдущий постоялец небрежно свалил кучу дров. Из этих запасов Левонтий и брал вчера поленья на растопку. От земляного пола шел запах погреба, но в целом уютно, не гостиница Елизаветы Макарьевны, однако лучше, чем лапник у зимнего костра.

Варя еще посидела, прогоняя остатки сна, но природа требовала свое, да и неплохо бы водички раздобыть на похлебку. Нужно пробираться к выходу. Осторожно, чтобы не шуметь, она пошарила в рюкзаке и достала котелок.

— Я думал, вы теперь сутки будете спать, — не открывая глаз, проговорил Левонтий.

— Извините, я просто хотела завтрак приготовить, — кинулась оправдываться Варя, торопливо отодвигая от себя чужой рюкзак.

— Скорее ужин.

Левонтий разлепил веки, сел, зевая и почесывая взлохмаченные пряди. Щетина на щеках успела превратиться в приличную бороду, на левой скуле виднелась полоса сажи, а глаза теперь не казались темными омутами, просто карие, разве что хитринки залегли в уголках. Варе он отчего-то напомнил бродячего пса Фимку, что рыскал меж торговых лабазов на Конном рынке, такой же поджарый, лохматый и себе на уме.

— Еще раз перекреститься? — ехидно спросил Потехин, успев перехватить ее беглый любопытный взгляд.

— Я могу за снегом сходить? — махнула котелком Варя, поспешив отвернуться, чтобы он не видел, как вспыхнул на щеках румянец.

— Сходите. Потом я по личной надобности отлучусь.

Варя поспешила к сбитой из березовых поленьев лестнице, ведущей наверх.

Ах, что она вчера вытворяла, скажите на милость: билась в истериках, позволяла нести себя, обнимала постороннего мужчину за шею, укладывала голову ему на грудь — опозорилась по полной, дальше уж некуда. Боже, какой стыд!

Взобравшись по лесенке, Варя дернула на себя скобу, выполнявшую роль ручки, и невольно попятилась: на нее посыпался снег, много снега. Вход завалило почти полностью, осталась только узкая полоска сверху.

— Бойтесь своих молитв, они могут быть услышаны, — встал за спиной Потехин.

— Мы сможем отсюда выйти?

— Сможем, помнится, летом там, где-то под домом, весло валялось, сейчас откопаемся.

Потехин накинул шинель, снял с веревки портянки, обмотал ноги, засунул в сапоги и, отстранив Варю, полез в лаз, подминая снег. Выбрался наружу, пропадая из виду. Пару минут копошился где-то рядом и наконец вернулся с небольшим веслом, которым как лопатой принялся расширять проход.

— Потерпите? Я скоро.

— Потерплю, — снова покраснела Варя.

Левонтий с упорством крота прорыл узкий проход влево, потом расчистил площадку перед входом, занес весло в землянку.

— Готово, — одарил Варю самодовольной улыбкой. — Обживайтесь, я на разведку, скоро вернусь.

Варе совсем не хотелось оставаться одной, но спорить она не стала — надо, значит, надо.

— А можно мне печь растопить, я хотела похлебку сварить? — лишь кинула она ему вслед.

— Этого, к сожалению, пока не стоит делать, дым будет видно, — обернулся он. — Через пару часов снова стемнеет, тогда и печь растопим. И далеко без меня не ходите, вернусь, будет желание, за водой сходим.

Да, угроза не исчезла вместе с ночной мглой, она по-прежнему рядом. Не стоит расслабляться.

Левонтий ушел, Варя с веслом сбегала за угол, и прорыла себе еще чуть дальше отдельную дамскую комнату. Отлично. Теперь можно и оглядеться. День выдался пасмурным и безветренным. Снега заметно прибавилось, он тяжелыми шапками лежал на деревьях, пригибая ветки. Этот берег был почти пологим, место, где к вербам притулилась землянка — самое высокое, дальше склон плавно уходил к опушенной ресницами сухих камышей белой дороге. Нет, это не дорога, это могучая река — попавший в зимний плен водный поток двигался где-то там, на глубине, под мощной броней льда и снега, а за ним поднималась ввысь каменная стена. Горы, они совсем рядом, рукой подать, на той стороне, к ним можно перейти и коснуться ладонями. Известняковые плиты, перекрывая одна другую, складывались в высокий серый монолит с бурым отливом. Наверху и в расщелинах прятались под снежным покрывалом сосны да ели. Глядя, на какую высоту залезли эти вечнозеленые великаны, начинала кружиться голова.

Варя вытянула руку, словно уже трогала шершавую поверхности камня, и в кончики пальцев ударила игривая теплая волна. Лазурит?

— Здесь есть лазурит, — удивленно приподняла она брови.

— Все спокойно, никого нет, — вынырнул из-за спины Потехин. — Любуетесь?

— В этих скалах есть прослойка лазурита, — пробормотала Варя, растирая пальцы.

— Это исключено, — нахмурился Потехин. — Я ставил здесь шурфы. Пусто.

— Разве тот камень, что я у вас выиграла, не отсюда? — повернулась она к нему.

— Нет. Мне его подарил один… так скажем, приятель, но где добыл, не сказал. Я бы тоже не сказал.

— Здесь определенно есть лазурит, — упорствовала Варя. — Он такой добрый теплый.

— Теплый? — усмехнулся Потехин. — Вы путаете с нефритом.

— Не верите и не надо, — обиделась она. — Вы говорили, где-то можно набрать воды.

— Да, вон там, внизу, есть ручей. Пойдемте, я котелок прихватил.

И он, размахивая котелком, первым начал спускаться к