Читать книгу - "Осторожно, магия открывается! Том 1 - Инди Видум"

просить Светку рассказать о лжи, и я так бы и винил Юльку. Впрочем, для нас двоих признание ничего не изменило, разве что я чувствовал себя сволочью не потому, что из-за меня пострадала девушка, а потому что не поверил той, на кого наговорили. Но я теперь знаю точно: те, кто с темным даром, врут как дышат. Гражданка Попеску — не исключение. Не зря что Рыжих, что Харченко говорили о ее противоправной деятельности. А противоправная деятельность в области магии — это что? Правильно: сглазы, проклятья, привороты. И всё это получит Светка в полном объеме. И наверняка захочет сразу же испытать. И это — еще одна проблема.

— А есть артефакты для определения посторонних включений в еде? — спросил я Каргина.

— Возможно, — неохотно ответил он, отвлекшись от воспоминаний об Изабелле Юрьевне. — Но я о них ничего не знаю. Кстати, Тимофей сказал, что воду дали. И горячую, и холодную.

Информация была не к месту, но призрак явно хотел побыть сейчас со своими мыслями, поэтому я пошел проверять, что там с водой.

Принял душ, потом навернул тарелку борща и решил, что жизнь налаживается. Глядишь, вампиры больше никого по мою душу не пришлют пока, а потом я усилюсь — и им ко мне уже будет страшно лезть. Но для начала заведу себе водопроводную трубу в качестве оружия. С ней всегда можно сказать, что купил на замену. Вполне себе легальное оружие.

Глава 21

«Студент, совмещающий учебу с магической практикой, обязан предупреждать преподавателей о возможных пропусках. Прогуливать занятия, прикрываясь магическими нуждами, недопустимо».

(Из методички по взаимодействию магов с учебной частью)

Тимоха утром пришел сам, поскольку Стародубцев притащился на склад раньше и его вытурил. Не иначе как собрался проворачивать какие-то темные схемы без свидетелей. Знакомство с местными заведующими складами навело меня на мысль, что утруски и боя на деле намного меньше, чем показывается. Часть уходит по серым схемам. Впору сообщать в компетентные органы, но мне же при этом тоже платили, прямо скажем, не по законным договорам.

Завтракали мы с ним борщом — сварил я его огромную кастрюлю, и разогреть — дело пары минут. Зато свое горячее и вкусное. Правда, пришел Тимоха не ради борща, а ради того, чтобы побыстрее узнать про вчерашнее.

В моем пересказе получилось не так красочно, как в каргинском, доказательством послужили кроссовки и вытащенные из топки несгоревшие металлические части одежды. Поделился я с ним и размышлениями Каргина о том, кто мог навести на нас вампира. Конечно, он мог навестись на меня сам: случайно встретил и решил пообедать. Но это было бы слишком хорошо, чтобы быть правдой. То есть это тоже не очень хорошо, но куда лучше всех остальных вариантов.

— Борщ — тема, — заявил Тимоха, положив себе добавку, — но с вампирами надо что-то делать.

— Что ты с ними собираешься делать? — скептически спросил Каргин. — Я вон полез к вампирам. Результат ты видишь. А у меня был защитный артефакт.

— Защитный, — оживился друг. — Где брали?

Я же посмотрел на учителя с искренним возмущением. Не мог он сказать о защитном артефакте раньше? А еще сообщить, где их берут. Про оружие я спросил, а про защиту не догадался.

— Артефактор был, тоже делал личные артефакты, как те, что можно получить в лакунах. Только слабые. Он начинающий. Был начинающим. Харченко сказал, что всех убили.

— Может, всё-таки съездить проверить? — предложил Тимоха. — Мало ли что сказал Харченко.

— Это через весь город придется ехать. Пока туда-сюда будете ездить, возвращаться придется по темноте. Лучше в выходной, — предложил предусмотрительный Каргин.

— До выходного я должен заполучить знак разрезания.

— Возможно, вам завтра что-то дадут из защиты, — сказал Каргин.

— Мы до завтра можем не дожить, — возразил Тимоха. — Мы перед вампирами — как котята слепые. У Романа хотя бы знак есть полезный, а у меня голяк. Решено. Пойду сегодня, только вооружусь чем-нибудь и мешок возьму под добычу. Тушенки наделаем. Тазик куплю — и в бой.

— Можно водопроводную трубу взять, — предложил я. — Виталий Петрович все увез?

— Все. Он спрашивал, я сказал, что нам не нужно. Но кто знал?

— В частном доме нужно всё, — наставительно заявил Каргин. — Любой железный прут пригодится. Но сейчас бессмысленно. В «Хозтоварах» купите.

— А тазик в «Посуде», — предложил я. — Какая-никакая защита. — На ноги бы еще наколенники.

Размышляя об этом, мы двигались к месту вчерашней схватки. О ней ничего не напоминало. Снег в этот раз не стаял и прикрыл все следы. Но даже если бы не прикрыл, я не уверен, что кто-то что-то бы обнаружил: вампир так быстро распадался, что кучка пепла, оставшаяся после него, мало чем отличалась от того, что я вытаскивал из топки. Разве что сами вампиры смогут определить, что конкретно эта кучка — один из них.

Неплохо было бы еще завернуть в лакуну, которую прихватил себе Просвирнин, и набрать сырья на регенерирующее зелье — всё, что я приготовил, оставил у Светки, а иметь такое при себе, как оказалось, было очень и очень полезно. Но Тимоха сказал, что Просвирнин с утра лакуну уже закрыл, поэтому ловить там нечего, а заодно предложил отправиться туда завтра совсем рано, да еще и Сидякову с собой взять, чтобы ей тоже дополнительный рецепт заиметь.

Просмотрев место схватки и не заметив ничего, что могло бы указать на случившееся вчера, мы потопали к автобусной остановке. Надо будет вечером глянуть, что там с мотоциклом. Может, на нем будем ездить — всё в толпе не давиться. Хотя в толпе есть один несомненный плюс — нападений можно не опасаться. На этом плюсы заканчиваются. Если не считать бесплатный массаж всего тела, разумеется.

На конечной народу было уже намного меньше, и выходили мы спокойно. Я опустил первую часть несгоревших предметов в урну, и мы пошли дальше через лесок, урн в котором не было, но тропка была натоптана поколениями. Еще одну часть я выбросил в урне перед главным корпусом, поскольку лекция первая была в переходе между главным и лабораторным корпусом. По дороге в аудиторию я завернул в мужской туалет, где оставил главную улику — кроссовки, в надежде, что чистые и почти новые кроссовки быстро найдут себе хозяина.

У аудитории я столкнулся с Малышенко.

— Костиков, тебя же арестовали за убийство, — безапелляционно бросила она.

— Не арестовали, а задержали, не за убийство, а за подозрение в нем, — отрезал я.

— Его облыжно оговорили, чтобы скрыть собственное преступление, — заявил