Читать книгу - "В погоне за Луной. Том 2 - Син Лин"

Чун Чжао опустил глаза, губы его побелели, он так и не произнес ни слова.

Да, он стал учеником Туманного острова ради мести. Но несколько лет спустя, сделавшись бессмертным, он всем сердцем желал ступить в Небесный дворец, чтобы впредь защищать человечество. Однако убийство Цзывэйсина – великий грех, искупить который он не мог.

– Смешно! Все видели печать дракона на его эликсире! А ты продолжаешь утверждать, что это не он?! – фыркнул Наньвань. – Почему ты так его защищаешь? Может быть, все ученики Туманного острова давно знали об этом и приложили руку к убийству Цзывэйсина?!

– Клевета!

– Это я ворвался в императорский город и сразился с драконом, – раздался тихий голос.

Это был голос Чун Чжао.

– Шиди! – ужаснулась Эр Юнь.

Она попыталась остановить юношу, но он, покачав головой, встал и подошел к Цзиньяо.

– Чун Чжао хотел отплатить за личную обиду. Я действовал в одиночку, никто из учеников Туманного острова не знал об этом. Чун Чжао готов к любому наказанию, которое назначит бессмертный владыка Цзиньяо. Чун Чжао лишь просит не вымещать гнев на учениках Туманного острова.

– Как смеешь ты произносить эти слова?! Владыка, Туманный остров тоже причастен! – запальчиво сказал Си Юнь.

Поступок Чун Чжао – оскорбление для всего Туманного острова. Может, сейчас эта школа и находится в упадке, но никто не знает, что ждет ее в будущем. Легче сосредоточиться на Чун Чжао, а о Туманном острове просто забыть. Потеряв свои земли, они уже никогда не смогут вернуть былую славу.

Верховный владыка молча нахмурился. Чун Чжао только что спас Фулин. Если Цзиньяо продолжит защищать Туманный остров, бессмертные решат, что он обнажил правое плечо[40], и он лишится их уважения.

– Сколько лет ты жил на Туманном острове? – вдруг спросил Юйфэн, взглянув на Чун Чжао.

– Отвечаю бессмертному Юйфэну, шиди прожил на Туманном острове менее четырех лет, – быстро ответила Эр Юнь.

– Четыре года…

Юйфэн внимательно посмотрел на Чун Чжао, а затем обратился с поклоном к Цзиньяо.

– Владыка, мальчик сразился с Цзывэйсином из-за личной вражды. Это никак не связано с Туманным островом.

Над заповедным лесом снова повисла тишина. Молодые ученики совсем растерялись, главы школ многозначительно переглядывались – слова Юйфэна удивили их. Си Юнь нахмурился. Что-то явно пошло не так. Юйфэн продолжил:

– Поскольку это было сделано из-за личной обиды, целью убийства не было разрушение мира смертных. Дао бессмертных – путь доброты и милости. Вина этого мальчика не заслуживает смертной казни, – спокойно продолжил Юйфэн.

– Поскольку бессмертный Юйфэн молит о пощаде… Чун Чжао, бэнь-цзо не станет тебя каз…

– Владыка! Чун Чжао уже был бессмертным! Даже если он действовал из-за личных обид, это не дает ему права на помилование! – сказал Наньвань, перебив Цзиньяо.

– Наньвань, как ты смеешь?! – гневно крикнул Си Юнь, дождавшись, однако, когда его ученик закончит. Затем он посмотрел на Цзиньяо, поклонился и сказал: – Владыка, сяо-ту[41] груб, прошу простить его за это. И все же в словах моего ученика есть смысл. Даже если этот мальчик испытывал личную неприязнь, железное правило Трех Царств гласит, что бессмертные и демоны не имеют права вмешиваться в дела смертных. Чун Чжао совершил ужасную ошибку. Он должен понести суровое наказание, иначе быть беде. Если кто-то в будущем – бессмертные или демоны – совершат преступление в мире людей, они будут с легкостью использовать в качестве оправдания личную неприязнь. Разве это не разрушит основу Трех Царств?

Услышав эти слова, главы школ согласно закивали. Цзиньяо нахмурился и перевел взгляд на Си Юня.

– Какое же наказание должен понести Чун Чжао за свое преступление?

Си Юнь выпрямился и сказал:

– Этот мальчик пренебрег законами Трех Царств. Он не заслужил победы в военном пиршестве, не говоря уже о том, чтобы ступить в Небесный дворец.

– Пусть сила его превосходна, сердцем он должен быть всецело предан дао, – со вздохом кивнул Цзиньяо. – Чун Чжао, Небесный дворец – основа бессмертных. Я забираю у тебя титул победителя военного пиршества. Тебе есть что сказать?

– Чун Чжао нечего сказать, – ответил он, опустив голову.

– Ты должен вернуться со своим учителем обратно на остров…

– Смертной казни ты избежал, но так просто тебе не уйти. Прошу наказать его тридцатью шестью ударами громового кнута – это будет предупреждением для бессмертных и послужит для всех хорошим уроком, – сказал Си Юнь.

– Глава Си Юнь! – воскликнул Цзиньяо, изменившись в лице.

Сосуд с эликсиром Чун Чжао был поврежден. Тридцати шести ударов будет достаточно, чтобы сломать его бессмертные кости, и тогда он точно больше никогда не сможет совершенствоваться. Си Юнь хотел окончательно разделаться с Чун Чжао, чтобы он больше никогда ни в чем не мог участвовать.

Понимая, что Цзиньяо не согласился, Си Юнь резко посмотрел на Чун Чжао.

– Бессмертные милосердны, а владыка уважает таланты. То, что он не желает исполнить мою просьбу, – естественно. И я не буду настаивать. Чун Чжао, если ты готов признать свою вину перед главами школ, я освобожу тебя от ударов кнутом, поскольку именно ты спас бессмертных в Ичэне. Согласен?

Выражение лица Цзиньяо слегка смягчилось. Он собрался заговорить, но раздался голос Чун Чжао:

– Нет.

Бессмертные начали удивленно перешептываться, а глаза Си Юня самодовольно вспыхнули – он давно заметил, что этот ученик с Туманного острова был принципиален и решителен. У него были личные счеты с человеческим императором, он не станет признавать свою вину.

– Шиди… – прошептала Эр Юнь.

Глядя на Цзиньяо, Чун Чжао продолжил:

– Я готов вынести тридцать шесть ударов громовым кнутом, и мне неважно, выживу я или нет. Прошу владыку, накажите меня!

Увидев непреклонность в глазах Чун Чжао, Цзиньяо обернулся и торжественно сказал:

– Завтра в полдень Чун Чжао понесет наказание и будет высечен тридцатью шестью ударами громового кнута! После чего бэнь-цзо обсудит с главами школ, кто станет победителем военного пиршества. Заприте Чун Чжао во дворце Феникса!

– Есть!

В следующий миг с ослепительной вспышкой духовного света Цзиньяо исчез. Вперед вышел бессмертный генерал и забрал Чун Чжао. Остальные разошлись по своим павильонам. Эр Юнь, сгорая от беспокойства, также удалилась.

Вспыхнул лазурный свет. Кто-то опустился на берег заповедного лунного озера, увидел спящую над водной гладью девушку и раздраженно фыркнул. Вокруг Бай Шо вилась пурпурная духовная сила и, обращаясь в звезды, исчезала в ее теле.

«Сила Пурпурной луны?»

А Бай Шо в это время стояла на мосту, соединяющем небо и землю. Бог в пурпурных одеждах медленно повернул голову. Девушка боялась лишний раз моргнуть. Когда их взгляды встретились, в небе вспыхнул