Читать книгу - "Фантастика 2026-215 - Александр Изотов"

который ещё не прошёл инициацию, долго нащупывает эту границу. Медитации, созерцания, долгие повторения магических формул… Он пытается двигать той невидимой рукой, пытается удержать в невидимых пальцах магию.

Иногда у него получается заклинание, иногда нет. Чаще — нет.

Наставник же, когда инициирует источник магии и возводит ученика в ранг младшего послушника, словно хватает его за эту невидимую руку. Выкручивает её, сжимает, заламывает духовные пальцы так, чтобы тому было больно, чтобы он прочувствовал каждой своей чакрой, где же у него этот источник.

Нет, великим магом, конечно, послушник после инициации сразу не станет. Но каждый раз, намереваясь сотворить магию, мысленно он будет обращаться в ту точку, которую указал наставник.

Да, открытие источника — это как почувствовать лишнюю руку. Именно такое сравнение я подобрал для себя, и бывшему солдату императорской армии так было легче понять…

* * *

Я лежал на тёплых камнях, обдуваемый сквозняком, и голова спящей Агаты покоилась на моей груди. По сравнению со мной, бросским варваром, наставница Креоны казалась миниатюрной, но я был с ней аккуратен…

Оглаживая её изгибы, задерживаясь на таких манящих округлостях, я думал. Хм-м… Смердящий свет, а это довольно странно — вот так заняться вдруг сексом посреди «кровавого барьера». Я прекрасно видел, как за мутным куполом маячит тень разъярённого Ефима — его лютая злость так ярко окрашивала ауру Тёмного Жреца в красный свет, что даже такой дубоголовый варвар, как я, видел это.

Я ухмыльнулся, провожая его летящую размытую тень взглядом. Ефим, наверное, не ожидал, что дремучий бросс вот так сразу подкатит свои чакры к его пленнице. Ну, мир магии жесток…

Слегка ошалевшие мозги пытались в который раз прокрутить, что же произошло несколько секунд назад, но одно точно было ясно — я далеко не первый и, наверное, даже не десятый послушник, которому Агата инициировала источник подобным образом. Дочь Луны оказалась такой горячей львицей, что назвать её колдуньей холода у меня бы теперь не повернулся язык.

А источник магии огня я теперь чувствовал… Он пульсировал внутри меня, словно кулак, стиснутый до побелевших фаланг. Я ещё не знал, смогу ли вот так сразу развернуть этот незримый кулак, пошевелить астральными пальцами, метнуть огонь или сделать ещё что-то.

Ещё мне казалось, что этот кулак, хоть и сжимал в себе огонь, но всё равно как-то связан с Тьмой… Интуиция подсказывала.

Агата нашла источник довольно странным образом. Чуть не заморозила мне все чакры и магические контуры, пока не почувствовала, где именно моя душа не подвергается заморозке. Она была опытной наставницей, и проверила это несколько раз.

Именно в этот момент я, судя по всему, и болтал с богиней луны.

Колдунья шевельнулась, очухиваясь от магического сна. Она потеряла много сил на предсмертный холод, на создание ловушки внутри этого купола, да и на борьбу со мной…

И вдруг купол над нами исчез.

— Моркатова стужь! Почему я жива⁈ — Агата подняла голову, ошарашенно таращась на меня, — Я отдала все силы, до капли. Потому что яд…

— Кстати, яд, — я прикусил губу, — Его теперь нет. Он тёмный, я сжёг его.

Агата хотела сказать ещё что-то, но над нами разнёсся свистящий от злости шёпот.

— Твою ж мать… — Ефим, парящий под сводами пещеры на вихрящемся облаке, смотрел на меня с ненавистью.

Нет, не на меня, а на нас. На обожаемую и обнажённую Агату, прижимающуюся ко мне… Его лицо исказилось гримасой, подсказывающей, что мозги у Тёмного Жреца уже не работают.

— Я убью тебя, бросс!

Глава 27

— Она должна была быть мое-е-е-ей!!!

Ефим заорал так, что я даже со скалы увидел, как летит слюна с его губ. А вроде высоко парит на своём собственном облаке.

Потом он, сотворив руками замысловатую печать, махнул в нашу сторону — и с его пальцев сорвались, вырастая в размерах, настоящие воздушные вихри. Они быстро вращались, словно прозрачные метательные звёзды, и оглушительный свист заполнил своды пещеры.

Мой мозг сработал быстрее молнии — я подхватил ошарашенную Агату за талию и рванул в сторону. Мы не успевали, и вихри настигли нас как раз в тот момент, когда я отталкивался ногами. Но мой внутренний магический кулак сжался, активируя «огненную сферу», которой я так мастерски овладел, съев Огнецвет. Правда, так и не вспомнил, как на самом деле называется заклинание.

Всё же нас с Агатой приложило крепко…

Огненный щит выдержал, но тут же лопнул, и нас отбросило ударной волной в колонну с обрывками цепей. В полёте я сориентировался, успев извернуться, чтобы обнять Агату, и врезался в препятствие спиной.

Удар был оглушительной силы — меня приложило затылком так, что высыпали звёзды из глаз. Спину пронзила боль, в ней что-то гулко треснуло, и я, едва зацепившись угасающим сознанием за реальность, сполз вниз… Надеюсь, это треснул не мой позвоночник.

— Смердящщщ… ох… щий свет, — вырвалось у меня.

Агата выскользнула из моих рук и вскочила на ноги, изумлённо глядя на меня. Я свесил голову, перед моими глазами мелькнул просвет между её бёдрами. Северянка тоже отличалась худобой, как и Креона.

Она совершенно не стеснялась своей наготы… кхм… невероятно прелестной, кстати… И кажется, Агата совершенно не обращала внимания на разъярённого Ефима за своей спиной.

— Ты сжёг яд? — я почувствовал на себе её растерянный взгляд, — Моркатова стужь! Получается, я сама… с тобой…

Я едва не нырнул в обморок, но её искреннее удивление подстегнуло мой разум. Ухмыльнувшись, я всё же поднял голову и опёрся затылком в злосчастную колонну. Рядом звякнул обрывок цепи.

— А могло быть по-другому? — выдавил я и, тяжело вздохнув, стал подниматься.

При этом я упёрся рукой в колонну, она чуть сдвинулась, а потом со страшным скрежетом раскололась и рухнула. А, так вот что треснуло… А я-то уж испугался, думал, что позвоночник.

Застывшая Агата слегка вздрогнула, когда обрушилась колонна. Что она на меня так взъелась-то?

А потом я метнулся вперёд, отшвырнув Агату себе за спину. Вот я вестник тупости — слишком сильно! Кажется, колдунья ударилась об упавшую колонну.

И снова, сжав кулак, я вызываю «огненное яйцо», чтобы…

Расщелину мне в душу, так вот оно как называется!!!

Вихрь Ефима сносит меня вместе со щитом, я лечу через Агату… через рухнувшую колонну… но всё это время я улыбаюсь…

* * *

«Огненное яйцо»… Всего лишь на мгновение блеснуло в мыслях какое-то знание, связанное с