Читать книгу - ""Фантастика 2026-214". Компиляция. Книги 1-22 - Игорь Валерьевич Осипов"

Боец стоял хмурый, как туча, и только увидев за спиной старлея подошедшего генерала, стал указывать взводному, харизматично выпучивая глаза в сторону опасности.

Тот обернулся и слегка вальяжно встал стойку «почти смирно».

— Что происходит? — тихо спросил Пётр Алексеевич, а сам пробежался взглядом по поляне. Вроде всё как обычно. Тихо светился пепельный светораздел. Тарахтел генератор, упрятанный в яму так, что только крышка на баке торчала, да сизый дым поднимался к небу. Уже зажглись лампы по периметру. Унылый часовой находился на месте, а на пристани было пусто.

Ко всему прочему добавилась только жестяная луна на ветке.

Тем временем здоровенный взводник указал на бедного снайпера.

— Анекдот, товарищ генерал. Этот, знач, в засаде. Оператор запускает квадрокоптер, чтоб оглядеться. Дрон тут же сбивают, и он падает прямо на голову этому… — старлей замялся, не решаясь в присутствии начальника применить более грубое и экспрессивное выражение. — Обалдуй, — наконец, выкрутился он и продолжил: — И никто ничего не видел.

Старлей понизил голос почти до шёпота и протянул:

— Я думаю, это местная потусторонщина.

Пётр Алексеевич ещё раз пробежался глазами по берёзам и зарослям камыша.

— Нет. Если стрелы, то точно не потусторонние. Зачем им это?

— Тогда эльфы.

Генерал немного прошёлся и встал под фонарём, который казался лишним в этом мире. Белый квадрат светодиодной матрицы резал, слепил глаза, заполнял световым шумом наливающееся вечерней густотой небо.

Когда со стороны послышался громкий крик, Пётр Алексеевич даже не сразу отреагировал.

— Стой, кто идёт!

Но почти сразу же клацнул предохранитель, и поляну разорвал треск короткой очереди.

Тут же завыла сирена, поднимая подразделение этого крохотного лесного полигона по тревоге.

Генерал обернулся и машинально потрогал кобуру с маузером на поясе.

— Что случилось⁈ — послышался взволнованный голос старлея.

И вот на хрена, спрашивается, вокруг охотничьего домика столько кустов? Хотя ответ напрашивался сам собой: маркиза любила здесь предаваться разврату. И ничего удивительного, если кусты высажены специально, чтоб прятать безобразия от лишних глаз.

— Нарушитель! Нелюдь! — коротко доложил часовой, указав куда-то в сторону берёз.

Пётр Алексеевич всё же достал на всякий случай маузер и двинулся к месту стрельбы.

К этому времени вооружённые бойцы заняли позиции, а две боевые машины рявкнули заводящимися двигателями и повернули башни с автоматическими пушками.

Затем на бронированном дозорном внедорожнике открылся люк на крыше, и солдат вытащил и поставил на крепёж тяжёлую, по факту станковую, чугунную волшебную палочку, то есть высокомощный шокер для нечисти.

Было ещё не совсем темно, и ручные фонари на пару с фарами машин не сильно помогали разгонять зелёную серость, зажатую между стволов деревьев. И только цветы тенелюбивых трав горели тусклыми маячками.

После выстрела смолкли испуганные птицы и древесные лягушки.

— Прикрой, — произнёс Пётр Алексеевич и осторожными шагами двинулся в сторону, где заметили движение.

Уже на краю поляны он замер и глянул под ноги. Его взор скользнул вдоль длинной и ровной линии из торчащих из листвы грибов — самых обычных сыроежек с разноцветными шляпками, которые очертили собой стоянку, словно по циркулю.

— Какого хрена? — прошептал генерал.

Это походило на ведьмины круги, только очень и очень большие, и в центре оказались домики и техника.

Рядом камуфлированной тенью скользнул старлей, отобравший у кого-то автомат с глушителем.

Когда он замер у ближайшего ствола, Пётр Алексеевич занёс ногу над грибной линией.

Замер.

Ничего не произошло, и потому землянин двинулся дальше.

— На стволе, — прошептал старлей и включил лазерный целеуказатель. Рубиновая точка упёрлась в бело-чёрную кору берёзы, делающую похожей её то ли на дерево-зебру, то ли на громадный жезл гаишника, воткнутый в землю и обросший ветками.

Меж тем на стволе нашлись несколько грубо сделанных ножом рун.

— Свежая, — прошептал Пётр Алексеевич и добавил: — Кто-то ставит метки.

— Вон ещё одна, — прошептал старлей, и рубиновая точка перепрыгнула, словно блоха, на другое дерево.

Генерал замер и пробежался глазами, выискивая системность. И она быстро нашлась: подобные метки были на многих стволах, но все они охватывали поляну по кругу, словно волчатник. И не связано ли это со сбитыми квадрокоптерами и грибницей?

Земляне долго молчали, а лес отходил от шока стрельбы, и шум ветвей понемногу заполнялся трелями и чириканьем осмелевших птиц и протяжными переливами местных певчих лягушек. Застрекотали кузнечики, цикады и сверчки.

— Отбой! — проговорил Пётр Алексеевич десять томительных минут спустя.

Он выдохнул, покачал головой и неспешно пошёл к причалу, убирая на ходу маузер в кобуру. Там на причале встал и стал глядеть на темнеющую воду, в которой что-то плавало, и которая облизывала маленькими волнами причальные сваи и борта лодки, которая гулко билась о причал со звуком пустой дубовой бочки.

— Твою дивизию, — прорычал он, не в силах сдерживаться. — Вот хотел же без всей этой магии. А тут и демоны, и твари, и всякое другое волшебное дерьмо. И похоже, в ответ придётся применять не только технику, но и местные системы нетрадиционной медицины… То есть нетрадиционной системы охраны. Магию, мать её.

* * *

Повозка остановилась, Стаканишт тут же соскочил на землю и потянулся, хрустя костями.

А Шарлотта сидела и старалась не шелохнуться. Когда ехали, возница ругался и топал ногами от вредности. И повозка мчалась всё быстрее и быстрее. За ней поднимались тучи пыли. Казалось, девушка обязательно вывалится на следующей кочке.

И только когда повозка выкатилась на странную чёрную дорогу, трясти перестало. А повозка заревела ещё громче и понеслась так, словно была колесницей, в которую запрягли дракона. И тот летел над самой землёй и тянул.

Ну или обычная телега, которую спустили с крутой горы, что тоже не лучше.

Аж ветер свистел.

Потом повозка опять запетляла, съехав на дорогу, крытую утоптанным камнем, и въехала на пристань посреди перекопанного людьми поля. У каменной пристани на железных полозьях, то есть «рельсах», стояли те самые, нужные кареты-вагоны, а странную повозку уже дочинили, но ремесленники ещё возились с ней.

Над стеной цитадели пришлых на высоких столбах горели жёлтые, как Сол, фонари. Казалось, это его вымышленные братья собрались в хоровод, но замерли и так и не решились танцевать, держа друг друга за руки-провода.

— Добрый Стаканишт, — почти на вдохе проговорила Шарлотта. — Подожди!

Халумари сейчас не был полосатым. Его бело-синяя рубаха лишь чуть-чуть торчала треугольником в декольте зелёной одёжки.

Пришлый открыл дверь повозки и помог девушке