Читать книгу - "Фантастика 2026-190 - Роман Лукич Антропов"

Его беспощадная уверенность болью отозвалась в груди. Я тяжело сглотнула и невольно отступила, наткнувшись поясницей на стол. Это было похоже на пощёчину, и Кай прекрасно знал, на что давить. Я не боялась смерти, но страшилась поражения, после которого мне придётся жить с мыслью, что я подвела Майрона и весь Дом.

– Если отдам тебе право, то проиграю, даже не попытавшись. Я и мой Дом будем опозорены моей трусостью, – сдержанно напомнила я.

– Гипнос и я вступимся за тебя. Остальные захлопнут свои треклятые рты и будут помалкивать! – не в силах обуздать вырвавшийся гнев, снова повысил голос Кай.

Его выражение лица стало напряжённым, как и он сам. Он то злился, то, казалось, впадал в отчаяние. На миг мне почудилось, что в комнате стало темнее, но я моргнула – и всё вернулось к тому, как было.

– Хватит за меня заступаться! Если не можешь поддержать мой выбор, то хотя бы не мешай!

– Твой выбор уже поставил целый Дом под удар! Умей ты держать себя в руках и расскажи мне всё, я ещё несколько недель назад насадил бы голову Иолая на копьё и без цирка в виде круга со свидетелями!

Я стиснула зубы, напомнив себе, что он это специально. Кай будто собрал всё худшее, лишь бы вывести меня из себя. Только он не знал, что гнев не способен перекрыть окативший меня ужас, тот который поселился внутри, когда я поняла, что Сирши и Ливии не стало просто из-за того, что я родилась. Когда дошло, что жизнь каждого, кто ко мне добр, под угрозой.

Я попыталась сбежать, развернулась и ушла в спальню, но Кай не отставал ни на шаг. Я замерла между двумя окнами, стоило хлёстким словам нагнать меня:

– Ты проиграешь! А с последствиями всё равно разбираться мне и Гипносу!

Он не старался понижать тон, а его голосу вторили чьи-то крики. Я дёрнулась от галлюцинаций. На мгновение комната пропала, и мы с Каем оказались на пустоши. Серые скалы, чёрный песок, красное небо с чудовищного вида чёрной дырой.

– Исчезни с глаз моих!

Я моргнула, возвращаясь в свои покои. Кай словно ничего не видел, но я знала, что услышанная мной фраза тоже принадлежала ему.

– Проблемы, Кассия! Их всё равно будет много, так дай мне не допустить новых! – продолжил настоящий Кай, пока второй из моих воспоминаний приказывал исчезнуть.

Меня затрясло.

– Хочу, чтобы ты исчезла!

Это было откровенно. Он кричал, искренне желая, чтобы я ушла. Я плакала.

Нет.

Я рыдала, захлёбываясь слезами. Не могла дышать или говорить. И чем громче всхлипывала, пытаясь вдохнуть, тем больше Кай злился.

– Кассия, почему ты плачешь?

Я моргнула.

Настоящий Кай выглядел обескураженным, застигнутым врасплох. Я торопливо утёрла слёзы, не понимая, когда глаза стали мокрыми. Настоящее и прошлое слились, как две наложенные друг на друга полупрозрачные картины.

– Ты сказал мне исчезнуть, – едва слышно пробормотала я, растерянная увиденными галлюцинациями. – Ты действительно ненавидел меня за смерть друзей так сильно, что мечтал, чтобы я исчезла.

Лицо Кая вытянулось, он стремительно побледнел, а меня утянуло обратно. Серые скалы, чёрный песок, красное небо с чудовищного вида чёрной дырой, засасывающей свет. В ушах снова и снова звучало искреннее пожелание Кая, а потом я рухнула куда-то вниз. Я помню, что под ногами была твёрдая почва, я была в безопасности, а затем её не стало, и я упала в расщелину. Вопль ужаса звучал только у меня в голове, в то время как голосовые связки парализовало. Я столкнулась с водой… Я покачнулась от резкой боли в ногах, не совсем реальной, но знакомой.

– Нет! Кассия, всё было не так, – голос настоящего Кая прозвучал тихо, почти слившись с мощным грохотом от удара с водой.

Вслед за треском разбившегося стекла что-то толкнуло меня в спину. Я очнулась, когда Кай подхватил меня, прежде чем я оказалась лицом на полу. Часто заморгала, захлёбываясь в слезах. Оцепенела, не понимая происходящего, продолжая тонуть в старых эмоциях, как в воде.

Вода.

Кай прижимал меня одной рукой к себе за талию, пока нас едва не сносили мощные потоки. Они полностью выбили оба окна и стремительно заполняли помещение, словно весь дом очутился на дне океана.

Мы же на третьем этаже. Почти на вершине акрополя.

Здесь не может быть воды.

– Кассия, остановись! – взмолился Кай, пытаясь перекричать грохот воды, толща которой оторвала нас от пола с той же лёгкостью, что и кресла, столы и подушки с кровати.

Кай схватился за балдахин, чтобы нас не унесло. Мы оба были мокрые с головы до ног, а я хватала ртом воздух, хрипела, шокированная появившейся в моей комнате водой.

– Кассия, это иллюзии! Твои иллюзии! Приди в себя, всё было совсем не так! – кричал Кай, а в его голосе звучала искренняя тревога.

Его рука на моей талии вибрировала от напряжения, пока он защищал меня от рвущихся через окна потоков. Когда комната заполнилась больше чем наполовину, я ощутила холод, ноги онемели. Меня колотил озноб. Вода продолжала заполнять помещение, но тише.

– Твои страхи – моя вина, – прижимая к себе, прошептал мне на ухо Кай. – И твои кошмары – моя вина. Пожалуйста, Кассия, остановись. Мы оба погибнем в этих иллюзиях.

Держаться за балдахин стало бессмысленным. Вода подняла выше, и мы ударились об потолок. Страха не было, я даже не до конца понимала, что реально, а что нет. И всё же попыталась найти, каким образом творю иллюзии, как их прекратить или исправить, но вода попала в рот, и я захлебнулась. Кай резко дёрнул меня вверх, помогая держать голову над слабыми волнами.

Я вновь невольно заплакала, он обхватил ладонями моё лицо и ласково погладил щёки. Кай рассматривал меня со смесью сожаления, любви и тоски. Ничего из этого я ранее не видела у него. Никогда ещё его прикосновения не были столь трепетными.

– Пожалуйста, остановись, Кассия, – успокаивающе повторил он. – Я уже терял тебя дважды и не хочу терять тебя снова. Я…

Он не договорил, заметив приближающуюся волну, готовую лишить нас остатков кислорода. Кай накрыл мои губы своими, и мы ушли под воду с головой. Я думала, он хочет поцелуем доказать свою любовь, но Кай просто держал моё лицо, не давая отстраниться. Он передавал свой воздух, не позволяя мне захлебнуться собственной иллюзией. Я упёрлась руками ему в грудь, ужасаясь, что он губит себя ради краткосрочного продления моей жизни. Этим он выиграет не более чем секунды. Кай отстранился, только отдав мне весь имеющийся