Читать книгу - "Фантастика 2025-185 - Дмитрий Львович Казаков"

гном. – Вера, человек, не из долга родится. Ты веришь Сержу, потому что знал его долгие годы. Ты веришь мне, потому что знаешь: колдуны Подземелья не могут лгать. Ты веришь Мариане, потому что любишь ее.

– Я?!

– Э-э-э, рыцарь, погоди и сам убедишься. Но сейчас не это важно. Лучше скажи, почему ты веришь вашей Церкви?

– Но… как же, ведь…

Барти потянулся почесать затылок, отдернул руку: вдруг стыдным показалось вести себя перед гномом так по-детски. Но в самом деле, как можно объяснить то, что привык считать не понятным даже, а безусловным?!

– Ты веришь Церкви, – сказал колдун, – потому что веришь Господу. Но разве Господь и Церковь – одно и то же?

Барти не нашелся с ответом. По чести говоря, слишком уж дико звучал вопрос.

– Не надо ничего говорить, – голос гнома стал вдруг мягким, шелестящим, как осенняя листва под ногами путника. – Не мне, а тебе самому нужен ответ. И когда-нибудь ты найдешь его. А пока – я желаю тебе удачи в пути твоем, рыцарь Барти.

– В пути, – пробормотал себастиец, – да… Вот только в каком? Мы с Марианой плывем за море, а тут… Да еще вопрос, что в том письме. Но Мариана ведь клялась доставить его, а я клялся защитить ее в дороге! А теперь – хоть разорвись. То, что рассказал Серж, – не мне он должен был это рассказать! Это король узнать должен!

Колдун успокаивающе коснулся руки рыцаря:

– Король будет в Южной Миссии через несколько дней. Там и ищи встречи с ним. И знай: Подземелье даст тебе укрытие, буде понадобится.

– Благодарю, почтенный. Хотя, по чести, не могу представить, с чего бы мне могло понадобиться укрытие.

– Э-э-э, всякое бывает у вас наверху. Однако не бери в голову, рыцарь. Это я так, на случай.

– Разве что на случай еще одного такого смерча, – нервно рассмеялся Барти.

– А хоть бы и так. – Тоненький смешок гнома заставил человека икнуть и умолкнуть. – Сегодня вы уйдете, – уже серьезно продолжил колдун. – Мы откроем вам короткий путь в Южную Миссию. Если ты хочешь спросить еще что-то…

– Пожалуй, нет, – Барти потер лоб. – А ведь завтра наверняка жалеть буду. Но сейчас и без того голова пухнет.

– Тогда, рыцарь, последнее. Я хочу сделать тебе подарок, в память о сегодняшней встрече и этом разговоре. Что бы ты хотел получить?

Ничего, ответил бы Барти, достаточно того, что вы спасли наши жизни… но, видно, от ошаления, сам собой прыгнул на язык совсем другой ответ:

– Я хотел бы огненное зерно, почтенный. То, что называют «последний довод».

И откуда в голову взбрело?!

– О, да. – Колдун прикрыл глаза и улыбнулся. – Ты умеешь просить. А не боишься, рыцарь, что зерно тебе пригодится?

Барти все-таки почесал в затылке. Ответил честно:

– Боюсь.

– А ведь может, – покачал головой гном. – Ты посиди, подумай еще. Я принесу.

И исчез.

Теперь Барти мог разглядеть, где же принимал его колдун. Вернее, мог бы – кабы не стояла здесь непроглядная темень. Ох, гномьи штучки, хмыкнул рыцарь.

Ну что ж, зато ничего не отвлекает.

«Подумай еще». С чего вообще он вздумал что-то просить?! Да если разобраться, и не думал – само пришло. И надо ж, чтоб именно «последний довод»!

«Не боишься, рыцарь?» – «Боюсь».

Еще как боюсь. Но – пусть будет. Гномьи ли чары, знак Господень или просто судьба – но слово сказано.

Колдун появился в облачке тусклого света. Он больше не цеплял взгляд собеседника, и Барти наконец разглядел его: сивая бороденка, курчавый волос, яркие глаза на темном лице… сжатые перед грудью кулаки…

– Я на выбор принес, – голос колдуна словно сел за то малое время, что его не было, стал тусклым и усталым. – Или… – Левый кулак разжимается, на темной загрубевшей коже – огромный огненный топаз, из тех, за какие можно назвать почти любую цену. – Или… – В правой ладони мерцает алым футляр. В точности, как…

Барти сглотнул: вместо ладони гномьего колдуна встала перед глазами другая…

– Вздумай я вот так же выставить их на ярмарке, – усмехнулся гном, – как думаешь, рыцарь, что стоило бы дороже?

– Мы не на ярмарке, – непочтительно оборвал себастиец. – И я уже выбрал.

Кончики пальцев легко коснулись футляра – и лишь сам Барти знал, как ворочается в животе ледяной ком дурного предчувствия. А если знал и гном… что ж, пусть. На то он и колдун.

– Честный выбор, – кивнул гном. – Эх, рыцарь, и на ярмарке тебе не пришлось бы спорить за право такой покупки. Люди охотно купят чужую смерть – потому, между прочим, мы и не продаем обычные зерна, – но кто в здравом уме польстится на собственную гибель?

Мерцающий футляр лег в руку, ладони гнома сжали ее в кулак. Барти с трудом подавил дрожь.

– Теперь Слово.

– А…

– Сэр Бартоломью, – укоризненно произнес гном, – раз уж ты решил, доверься. Мало футляра с зерном в руке и Слова на уме – нужна еще решимость. Понимание, что иначе – никак. Уверенность, что прав и погибнешь не зря. Это сложно, рыцарь. И уж сейчас…

– Да, – Барти засмеялся, – сейчас-то я точно не намерен погибать.

– Вот то-то. Закрой глаза, рыцарь, и слушай.

Барти послушно закрыл глаза. И охнул от неожиданности: штормовой волной обрушились на него голоса. Неразличимые, вроде бы знакомые, но позабытые; и каждый кричит что-то свое, и каждый тянет к себе, на себя… Рыцарь закусил губу. Вкус крови во рту отрезвил, многоголосье отступило, как море в отлив, – оставив на берегу слово. Его Слово…

Барти открыл глаза.

– О-о-ох…

– Да, неприятно, – согласился гном. – Но ты слышал? Ты знаешь?

– Да… да, знаю. Так… странно…

– Молчи, не надо говорить, – остановил его гном. – Ты должен знать еще одно: это Слово – не зерна, а твое. То же самое зерно в чужих руках не откликнется на это слово. А в твоих – откликнется любое. И еще знай, «в руках» – лишь оборот. С тем же успехом ты можешь положить его в карман или повесить на шею. Оно просто должно быть у тебя.

– Понимаю, – Барти покатал футляр по ладони, свыкаясь с его присутствием. Страх ушел. – Я благодарю тебя, почтенный. По чести, я не должен был ничего просить, я и так вам должен. Но… Свет Господень, я не знаю, что на меня нашло и почему, но я чувствую, что это правильно! Странно все-таки.

Гном согласно покачал головой:

– Я тоже чувствую, рыцарь: все, что свершается сейчас, свершается не просто так. Я снова желаю тебе удачи, рыцарь, умеющий выбирать. Ступай, собирайся. И