Читать книгу - "Бункер. Смена - Хью Хауи"

Комнату заперли быстрее, чем Дональд успел спросить, что он имел в виду. Когда Турман вышел, а дверь закрылась, Дональду показалось, что в маленьком помещении стало легче дышать и прибавилось воздуха. Он несколько раз глубоко вдохнул. Собравшись, он ухватился за раму койки и с трудом встал. Постоял несколько секунд, пошатываясь.

— Найдем ответы, — повторил он.

Кто-то хочет с ним увидеться…

Он покачал головой, из-за чего все вокруг завертелось. Можно подумать, у него есть какие-то ответы. У него есть только вопросы. Он вспомнил, что разбудившие его санитары говорили что-то о проблемах в бункере. Он не мог вспомнить, в каком именно. Но почему его разбудили ради этого?

Он неуверенно подошел к двери, повернул ручку, убедился в том, что уже знал. Шагнул к комоду, на котором стоял сложенный листок.

— Отдохни, — повторил он и посмеялся над таким советом. Как будто он сейчас в состоянии заснуть. Ему и так кажется, что он проспал целую вечность. Он взял листок и развернул его.

Отчет. Дональд его вспомнил. Это была копия отчета. О молодом мужчине, совершившем ужасные поступки. Комната вокруг зашаталась: ему вспомнились растоптанные и умирающие люди и то, как он отдает ужасный приказ. Как в каком-то далеком прошлом на него смотрит множество лиц из коридора.

Дональд заморгал, избавляясь от слез, и уставился на трясущийся в руке отчет. Так это он его написал? Он помнил, что подписывал его. Но внизу стояло не его имя. Почерк был его, но имя чужое.

Трой.

У Дональда онемели ноги. Он потянулся к койке… но рухнул на пол, когда на него нахлынули воспоминания. Трой и Элен. Элен и Трой. Он вспомнил свою жену. Увидел, как она исчезает за холмом, рука поднята к небу, откуда падают бомбы, а сестра и какая-то темная и безымянная тень тянут его назад. Как люди скатываются по склону, исчезая в глубокой яме, наполненной белой дымкой.

Дональд вспомнил. Он вспомнил все, что помог сделать с миром. Да, был там проблемный парень в бункере, полном мертвецов, ученик в серверной. Тот парень погубил двенадцатый бункер, и Дональд написал отчет. Но сам Дональд… что сделал он? Он убил намного больше людей, чем в одном бункере, он составлял планы, которые помогли погубить мир. Когда он вспоминал, отчет в руке дрожал. А капавшие на бумагу слезы были бледно-голубыми.

30

Несколько часов спустя врач принес ему суп, хлеб и высокий стакан с водой. Пока врач занялся его рукой, Дональд жадно набросился на еду. Глотать горячий суп было наслаждением. Он проскальзывал в желудок и согревал все тело изнутри. Дональд откусывал хлеб и запивал его водой. Он ел с отчаянием человека, постившегося столько лет.

— Спасибо, — поблагодарил он, не переставая жевать. — За еду.

Измерявший артериальное давление врач взглянул на него. Он был старше Дональда, крепкого сложения, с пышными кустистыми бровями и пушком редких седых волос, прикрывавших череп наподобие облачка на вершине горы.

— Я Дональд, — представился он.

Врач недоуменно нахмурился. Его серые глаза уставились на планшет с записями, словно решая, кому нельзя верить — пациенту или написанному на листке. Стрелка манометра подергивалась в такт пульсу Дональда.

— А вы кто? — спросил Дональд.

— Я доктор Снид, — ответил врач, чуть помолчав, но без уверенности.

Дональд сделал большой глоток воды, радуясь, что она комнатной температуры. Никогда больше он не захочет, чтобы внутри него оказалось что-то холодное.

— Откуда вы?

Врач, затрещав «липучкой», снял манжету с руки Дональда.

— С десятого этажа. Но работаю в офисе смены на шестьдесят восьмом.

Он уложил прибор в сумку и сделал запись на листке в планшете.

— Нет, я хотел спросить, откуда вы. Ну, понимаете… где вы жили… до того?

Врач похлопал Дональда по колену и встал. Планшет он повесил на крючок на двери.

— В ближайшие несколько дней у вас могут быть легкие головокружения. Дайте нам знать, если начнутся любые судороги, хорошо?

Дональд кивнул. Он вспомнил, как ему уже давали такой же совет. Или это было во время предыдущей смены? Возможно, совет повторяли для тех, у кого случались трудности с воспоминаниями? Но он таким не будет. Не в этот раз.

В дверном проеме появился силуэт. Дональд взглянул туда и увидел Турмана. Он ухватил поднос с едой, чтобы тот не соскальзывал с коленей.

Ледяной Человек кивнул Сниду, но это были не их имена. «Это Турман», — напомнил себе Дональд. Сенатор Турман. Он это знал.

— У вас найдется минутка? — спросил Турман врача.

— Конечно.

Снид взял сумку и вышел в коридор. Щелкнул дверной замок, оставив Дональда наедине с супом.

Он постарался есть тихо, пытаясь что-то разобрать из бормотания за дверью. «Турман», — снова напомнил он себе. И не сенатор. Сенатор чего? Те дни уже в прошлом. Дни, когда Дональд делал чертежи и планы.

Отчет стоял на прежнем месте, сложенный «домиком» на комоде. Дональд откусил хлеба и вспомнил, как чертил планы этажей. Теперь эти этажи стали реальностью. Они существовали. На них жили люди, растили детей, смеялись, ссорились, напевали под душем, хоронили мертвых.

Через несколько минут ручка повернулась, Турман вошел в комнату один. Закрыв дверь, он озабоченно взглянул на Дональда.

— Как ты себя чувствуешь?

Ложка звякнула о дно миски. Дональд положил ее и вцепился в поднос обеими руками, чтобы они не дрожали и не стискивались в кулаки.

— Вы знаете, — прошипел Дональд сквозь стиснутые зубы. — Вы знаете, что мы сделали.

Турман примиряюще поднял руки.

— Мы сделали то, что должны были сделать.

— Нет. Не грузите меня этой чушью. — Дональд покачал головой. Вода в стакане дрожала, словно к ним приближалось нечто опасное. — Мир…

— Мы спасли его.

— Неправда! — Голос Дональда дрогнул. Он пытался вспомнить. — Мира больше нет… — Он вспомнил, что видел на экране в кафетерии. Вспомнил тускло-бурые холмы, небо с мрачными низкими облаками. — Мы убили мир. Убили всех.

— Они уже были мертвы. И мы все — тоже. Умирают все, сынок. Единственное, что имеет значение, это…

— Стоп. — Дональд отмахнулся от слов, словно они были жужжащими насекомыми, способными его укусить. — Такому нет оправдания…

Он ощутил слюну на губах, вытер ее рукавом. Поднос на коленях опасно накренился, и Турман быстрым движением — быстрее, чем можно было ожидать от человека его возраста, — поймал его. Затем поставил остатки еды на прикроватный столик, и Дональд, рассмотрев его вблизи, увидел, что тот постарел. Морщины стали глубже, кожа более обвисшей. Интересно, сколько времени Турман бодрствовал, пока Дональд спал?