Читать книгу - "Бункер. Смена - Хью Хауи"

— Сто лет, — ответил кто-то.

Значит, после ориентации прошло сто шестьдесят лет. Неудивительно, что кресло такое дряхлое — оно старше него. Все детали в нем разболтались за те долгие десятилетия, пока Дональд спал.

Ему помогли встать. Ноги были все еще онемелыми после гибернации, холод медленно сменялся болезненным покалыванием. Задернули ширму. Его попросили помочиться в чашку, что он и проделал с восхитительным облегчением. Моча получилась черной как уголь: из организма вышли мертвые наномашины. Бумажный халат оказался недостаточно теплым, чтобы его согреть, хотя он и понимал, что холод был в его плоти, а не в помещении. Ему дали новую порцию горького питья.

— Долго еще ждать, пока у него прояснится в голове? — спросил кто-то.

— День, — ответил врач. — Не раньше, чем завтра.

Его усадили, чтобы взять пробу крови. В дверях, хмурясь, стоял пожилой мужчина в белом халате и с такими же волосами.

— Береги силы, — сказал человек в белом.

Он кивнул врачу, чтобы тот продолжал, и вышел прежде, чем Дональд отыскал ему место во все еще неуверенных воспоминаниях. Потом у него слегка закружилась голова, когда он смотрел, как из вены вытекает его кровь, синяя от холода.

Они ехали в знакомом лифте. Люди вокруг разговаривали, но их голоса доносились словно издалека. У Дональда было ощущение, будто его напичкали лекарствами, но он вспомнил, что перестал глотать их таблетки. Коснувшись пальцем нижней губы, он поискал язвочку — кармашек плоти, где он прятал непроглоченные пилюли.

Но язвочки не было. Она могла затянуться десятилетия назад, пока он спал. Двери лифта разошлись, а у Дональда растаял еще кусочек воспоминаний о том времени, пока он спал.

Его повезли по другому коридору. На стенах были отметины на высоте колес: черные дуги в тех местах, где резина когда-то терлась о краску. Глаза обшаривали стены, потолок, пол, всюду находя признаки столетнего износа. По его воспоминаниям, еще вчера они были почти новыми. Но за прошедшее время многое состарилось и теперь крошилось и осыпалось. Дональд вспомнил, как проектировал точно такие коридоры. И как думал, что они создают нечто, что простоит века. А правда всегда была перед глазами. Правда заключалась в самой идее и смотрела прямо на него, слишком безумная, чтобы воспринимать ее всерьез.

Кресло покатилось медленнее.

— В следующую, — произнес за спиной хрипловатый знакомый голос.

Дональда провезли мимо закрытой двери к соседней. Один из тех, кто его вез, обошел кресло, доставая из кармана связку ключей. Выбрав ключ, он сунул его в замок и повернул. Негромко щелкнув, замок открылся. Дверь толкнули, заскрипели петли. Внутри включили свет.

Это оказалась комнатка, похожая на тюремную камеру. Судя по мускусному запаху, ею долго не пользовались. Лампа на потолке замерцала, прежде чем загореться. Дональд увидел узкую двухъярусную койку в углу, столик возле нее, комод с зеркалом, ванную комнату.

— Почему я здесь? — хрипло спросил Дональд.

— Это будет ваша комната, — пояснил санитар, убирая в карман ключи. Взгляд его молодых глаз скользнул по человеку, катившему кресло, словно ища подтверждения ответу. Другой молодой мужчина в бледно-голубом комбинезоне торопливо обошел кресло, снял ноги Дональда с опор и поставил их на потертый ковер.

Последнее, что помнилось Дональду: он карабкается по горе из костей, преследуемый рычащими псами с кожистыми крыльями. Но это был сон. Каково же его последнее настоящее воспоминание? Он вспомнил иглу. Вспомнил, как умирал. Пожалуй, такое случилось на самом деле.

— Я имел в виду… — Дональд болезненно сглотнул. — Почему я… не сплю?

Он едва не сказал «живой». Санитары переглянулись, помогая перебраться из кресла на нижнюю койку. Кресло разок скрипнуло, когда его выкатили в коридор. Человек, везший его, задержался в дверях. Из-за его широких плеч проем казался узким.

Санитар взял руку Дональда, прижал два пальца к льдисто-голубым венам и беззвучно зашевелил губами, считая. Другой бросил две таблетки в пластиковую чашку и стал свинчивать колпачок с бутылки с водой.

— Это не потребуется, — произнес силуэт в дверях.

Санитар с таблетками оглянулся, когда седой вошел в комнатку, заместив в ней часть воздуха. Комната съежилась. Дональду стало труднее дышать.

— Вы Айсман… — прошептал Дональд.

Седой махнул санитарам.

— Оставьте нас на минуту, — велел он.

Тот, что считал пульс, закончил и кивнул второму. Из чашки достали неиспользованные таблетки. Лицо старика что-то пробудило в Дональде, пробившись сквозь мешанину видений и снов.

— Я вас помню. Вы Айсман. Ледяной Человек.

Блеснула улыбка, такая же белая, как и волосы. Возле глаз и губ появились морщинки. В коридоре скрипнуло увозимое кресло. Дверь со щелчком закрылась. Дональду показалось, что он услышал, как запирается замок, но у него время от времени стучали зубы, а слух еще не восстановился полностью.

— Турман, — поправил его седой.

— Помню.

Он вспомнил его офис — тот, что наверху. И какой-то другой офис, вдали от первого, там, где все еще шли дожди, росла трава и раз в году цвели вишни. Этот человек когда-то был сенатором.

— То, что ты помнишь, — это загадка, которую нам необходимо разгадать. — Старик наклонил голову. — Но пока даже хорошо, что ты помнишь. Нам нужно, чтобы ты помнил.

Турман прислонился к металлическому комоду. Старик выглядел так, словно несколько дней не спал. Волосы взъерошены — Дональд помнил, что прежде у него была другая прическа. Под грустными глазами появились темные круги. Турман смотрелся намного… старше.

Дональд уставился на свои ладони. Из-за пружин в койке создавалось впечатление, будто комната раскачивается. Он снова быстро взглянул на скверно выглядящего человека, помнящего свое имя и желающего быть свободным.

— Меня зовут Дональд Кини.

— Значит, ты помнишь. И ты знаешь, кто я?

Седой достал сложенный листок бумаги и подождал ответа.

Дональд кивнул.

— Хорошо. — Турман повернулся и поставил листок «домиком» на комод. — Нам надо, чтобы ты вспомнил все. Прочитай этот отчет, когда туман в голове рассеется, и проверь, не пропущено ли там что-нибудь. Когда желудок у тебя успокоится, я велю доставить тебе нормальный обед.

Дональд помассировал виски.

— Тебя не было с нами какое-то время, — сказал Турман и постучал в дверь.

Дональд пошевелил голыми пальцами по ковру. К ногам возвращалась чувствительность. Дверь щелкнула, прежде чем открыться, и сенатор вновь заслонил свет из коридора, на мгновение превратившись в силуэт.

— Отдохни, а потом мы вместе найдем ответы. Тут кое-кто хочет с тобой увидеться.