Читать книгу - "Звезданутый Технарь. Том 2 - Гизум Герко"

километры и всплески энергии, которые не поддавались никакой логике. Я начал осторожно подводить наш потрепанный корвет к одному из уцелевших стыковочных узлов, чувствуя, как магнитные захваты станции начинают тянуть нас к себе. Это было похоже на то, как муха добровольно летит в пасть к пауку, надеясь, что паук сегодня на диете.

— Роджер, стыковочный шлюз активирован, — доложила Мири. — Но учти, система безопасности там явно не в курсе, что мы, хорошие парни.

— Мы, мусорщики, Мири, хорошие, это не про нас, — я заглушил двигатели.

Настало время самого неприятного момента — выхода наружу. Мы начали натягивать скафандры, и этот процесс всегда напоминал мне попытку запихнуть слона в холодильник, особенно когда ты на нервах. Кира облачилась в свой костюм с какой-то пугающей грацией, а я возился с защелками, чувствуя себя неуклюжим медведем на балу. Станция начала издавать странный цифровой шум, который просачивался даже сквозь шлемы, вибрируя прямо в костях и заставляя зубы ныть от статического электричества.

— Все проверили кислород? — спросил я, пытаясь скрыть дрожь в голосе.

— Кислород в норме, уровень нервозности критический, — отозвалась Мири из моего шлема.

— Я готова, — коротко бросила Кира, проверяя свой лазерный резак.

— Тогда пошли за этим вашим Архивным Камнем, пока эта станция не решила, что мы — просто лишние файлы для удаления, — я открыл входной люк.

Мы шагнули во тьму шлюза, и за нашими спинами с тяжелым вздохом закрылась дверь «Странника». Воздух внутри станции был густым и тяжелым, он пах озоном, древней пылью и чем-то, что я определил как «запах очень больших проблем». Фонарики на наших шлемах разрезали мрак, выхватывая из темноты стены, покрытые фрактальными узорами, которые, казалось, шевелились, когда на них не смотришь. Я шел первым, крепко сжимая монтировку, хотя понимал, что против цифрового безумия Древних она поможет так же, как зонтик против сверхновой.

— Слышите этот шепот? — спросил я, останавливаясь у поворота.

— Это не шепот, Роджер, это шум данных, — ответила Кира, ее голос звучал отстраненно.

— Для меня это звучит как «убирайтесь отсюда, пока живы», — проворчала Мири.

— Ну, раз мы уже здесь, давайте хотя бы посмотрим на библиотеку, — я решительно шагнул в главный коридор.

Стык шлюза «Странника» с доком станции «Сектор-7» прошел с таким звуком, будто кто-то гигантский попытался вскрыть консервную банку ржавым гвоздем. Я почувствовал, как вибрация прошла через подошвы моих ботинок, заставляя коленные чашечки весело застучать друг о друга. Стены ангара вокруг нас не просто были старыми, они буквально пульсировали, как экран древнего лампового телевизора, на котором вместо футбольного матча показывают исключительно «белый шум». Это выглядело так, словно реальность здесь имела крайне низкое разрешение и забыла обновить драйверы видеокарты еще в прошлом тысячелетии.

— Роджер, если мы сейчас увидим здесь гигантскую надпись «Торт — это ложь!», я официально подаю в отставку из твоей головы! — взвизгнула Мири, чья голограмма на моем плече начала подозрительно мерцать фиолетовыми пикселями.

Я поправил шлем, проверяя герметичность.

— Не ной, Мири. Это просто атмосферные помехи. Вэнс же говорил, что станция немного… нестабильна.

— Немного нестабильна? — вмешалась Кира, чье лицо за прозрачным визором скафандра казалось бледнее обычного. — Роджер, эта станция кричит. Я слышу это не ушами, а самой структурой своего кода. Это эхо моего отца, и оно очень, очень злое.

Мы вышли из шлюза, и я едва не споткнулся о порог, который на мгновение стал прозрачным, а потом снова обрел плотность. Вокруг нас летали обрывки цифровых призраков — фрагментированные проекции древних сервисных ботов, которые дергались в бесконечном цикле ошибки 404. Они шептали на тысячи голосов, и этот звук напоминал скрежет металла по стеклу, перемешанный со звуком модемного подключения.

— Добро пожаловать в ад для системных администраторов, — пробормотал я.

Датчики на моем запястье внезапно сошли с ума и выдали информацию о том, что за бортом сейчас идет дождь из алмазов, а температура воздуха составляет триста градусов по Цельсию ниже нуля.

Эхо Отца буквально выжигало эфир, забивая наши каналы связи тоннами мусорного кода и какими-то доисторическими командами на языке, который вымер еще до того, как человечество научилось жарить мамонтов. Я чувствовал, как на мой мозг давит невидимый пресс, а перед глазами начали всплывать программные ошибки в воздухе, прямо как в какой-нибудь забагованной игре от Bethesda. Стены коридоров то растягивались, превращаясь в бесконечные туннели, то сжимались до размеров почтового ящика, заставляя мой вестибулярный аппарат молить о пощаде.

— Мири, сделай что-нибудь! У меня сейчас глаза вытекут в шлем от этой графики! — рявкнул я, пытаясь сфокусироваться на двери в конце коридора.

— Я пытаюсь, Роджер! Но этот вирус повсюду! Он как плесень, только состоящая из чистой ненависти и плохой оптимизации! — ее голос теперь звучал так, будто она говорит из-под воды.

Кира внезапно пошатнулась и прижалась рукой к стене, которая тут же отозвалась всполохом зеленых искр.

— Он ищет нас… Он подозревает, что я здесь… Это давление… оно не физическое, Роджер… оно хочет взять меня под контроль.

Глава 17

Первый камень

Я метнулся к нашей принцессе, в попытке поддержать ее.

— Кира, ты как? Веди нас, пока этот цифровой шторм не решил, что мы, отличный материал для спама.

Она глубоко вздохнула, ее пальцы судорожно сжались, но взгляд стал острее, прорезая пелену статики, словно лазерный резак.

— Там… — она указала в сторону массивных ворот, которые то появлялись, то исчезали в облаке пикселей. — Я вижу путь. Но нам нужно торопиться, пока реальность здесь окончательно не превратилась в нули.

Мы двинулись вперед, и Кира шла так, будто видела невидимую тропу среди хаоса, ловко огибая жуткие проекции, которые тянули к нам свои искаженные конечности. Я крепко держал ее за руку, чувствуя, как ее ладонь дрожит от напряжения, но она не останавливалась, преодолевая боль, которая явно сжигала ее изнутри. Каждое наше движение сопровождалось короткими вспышками света, а пол под ногами вибрировал в такт командам, которые выкрикивали невидимые голоса призраков Древних.

— Еще немного, Роджер… Я чувствую его… Архивный Камень совсем рядом.

— Надеюсь, там будет кнопка «Выключить все это дерьмо», — пробормотал я, стараясь не смотреть на стены, которые начали «дышать».

Внезапно мы вошли в центральный зал, где время, казалось, застыло в каком-то причудливом, мертвом равновесии. В самом центре на