Читать книгу - "Вороница. Пойманные души - Татьяна Морец"

пачкала лицо и криво выстригала волосы, так боялась, что меня тоже позовёт хозяин. Но ни у кого не возникло желания уложить замухрышку к себе в постель.

Я весело смеюсь, всё же Рорри не такая простушка, как может показаться поначалу.

Под конец дня, спустя два часа, тепло одевшись, с чистой головой и красиво намотанным платком, я наконец, оказываюсь на свежем воздухе в объятиях Амирана. Мы оба немного успокоены, острая настороженность покинула нас.

– Вижу, слепок с сопок что надо, – отмечаю я с лёгкой улыбкой его умиротворение.

– Вижу, разговор с девчонкой успокоил тебя, – отзывается расслабленно сумеречный маг.

– Да. Её испуг был связан с побоями и неприятными наказаниями. Она девочка, благодаря Старой Вороне! Насчёт твоего лиса её я тоже предупредила. И с ним переговорила. Ланс меня уверил, что будет терпелив с ней, он прекрасно осознает прошлое девчонки и будет ждать сколько нужно, до тех пор, пока Рорри не повзрослеет. Проникся он к ней. Ты ведь тоже присмотришь за этими двумя? – доверчиво спрашиваю я.

Как так вышло, что я открыто прошу мужчину рядом со мной разделить заботы?

– Присмотрю, Эви. Обязательно! – обещает мне Амиран. – Со слепком, к моему удивлению, всё прекрасно. Я не ожидал, что в страхе, воздушник настолько подробно составит карту. Смертельно боялся, а о выгоде не забыл, а может, к созданию слепков обладает куда бо́льшим талантом чем к подводным работам. Для сотворения сфер и насыщения её воздухом магам важнее прямая сила, а не витиеватая точность. Переложу слепок на бумагу, когда будем в каюте, тебе нужно будет выучить карту, как и остальные.

Последующий час мы трапезничаем вдвоём, наверное, раньше так свободно я чувствовала себя только с Оникой. Попрошу отправить ей послание, до того как высадимся на Отверженных островах.

На ужин нам подают не сушёное мясо, а жареную в муке мелкую рыбёшку – океанскую тюльку, она поедается целиком, прямо руками. Я сомневалась, что так можно есть рыбу, в Роунхельме блюда из неё – редкость. Вчера был удачный промысел и команда барка, наткнувшись на огромный косяк, наловила про запас не одну бочку, а сегодня радовала горячим блюдом. Запах, разносящийся по кораблю, когда её подготавливали к длительному хранению, густо присыпая солью и травами, был неприятен, и совсем не вызывал желания её попробовать. На деле же оказалось очень вкусно. Компанию тюльке составлял, белеющий в миске вездесущий рис, за дни на барке я успела к нему привыкнуть, и он теперь не застревал в горле сухим комком, вызывая отторжение. Большое количество травяного чая, как сейчас, или ягодного извара, и вполне можно есть.

– Я не знаю, прилично ли за едой обсуждать мертвяков, – с сомнением смотрю я на сумеречного мага. И на его утвердительный кивок, задаю назревшие вопросы: – Если всё-таки вода схлынет от Стоунхольца, хватит ли сил у Чёрного мастера поднять такое количество мёртвых с оголившегося дна? А почему он не сделает этого сразу? Иногда же умертвия выходят на сушу?

– Силёнок у него хватит, Эвара, – сообщает мне удручающую весть сумеречник. – Не знаю, каким чудом и какой ценой, но Бреанейн Третий и мудрец Герлин смогли увидеть древнюю рукопись в усыпальницах Мерхольна. Про то, как осуществить проклятие трёх Лун, написано очень размыто. Но само оно звучит предельно прозрачно: «Когда три Луны встанут в ряд и окрасятся в голубой цвет, тому, кто запустит проклятие, Тьма станет подспорьем в любых делах, даруется ему сила невиданной прежде мощи», – читает Амиран записку, которую извлекает из пояса.

– Неутешительно звучит как-то, – хмуро отмечаю я, поправляя одеяние после еды.

– Верно, Эви. Есть надежда на то, что за столетие в воде, тела пришли в негодность и не могут быть опасны живым. Разве что они были сохранены магией… мы не знаем, зачем нужен этот отлив. Возможно, мы заблуждаемся и неправильно определили цель всего происходящего. Но знаем точно – артефакт, созданный нами, послужил толчком запустить проклятие. Чёрный мастер или сама Тьма пожертвовали его огромной энергией, дабы заполучить значительно большую. Но, как бы там ни было задумано, мы должны этому помешать. Любой ценой.

Любой ценой. Чего стоит жизнь нескольких живых, если это спасёт Эридар? Точнее что от него осталось…

– Но зачем Тьме беспредельная власть, если живых не станет вовсе? Странный план для превеликой Тьмы, – пожимаю плечами я. Устала от подобных разговоров и многочисленных загадок.

– Нельзя недооценивать противника, не ведая всего. Запросто станется так, что мы никогда не узнаем того… – Не успевает закончить маг, как рядом с нами оказывается Сореш Руш.

– Должен предупредить. Странные дела творятся. Я отправил очередной запрос погодникам, уже замучил их. – Капитан снимает шляпу и, задумчиво почесав лохматую голову, водружает ее обратно. – Они заявляют, что море спокойно. На Изгое бури нет. И никто её не чует.

– А вы чуете непогоду, Сореш, – настораживается Амиран.

– Да, господин Ран. Будьте начеку. Гало над солнцем разорвано, и птицы исчезли, улетели к берегу, – озадаченно поясняет капитан.

– А барометр? – уточняет сумеречный маг.

– Молчит барометр. Не хотел бы показаться психом. Но моё дело предупредить. Я буду держать в курсе. Знаете вы и трое высокопоставленных господ, остальным не сто́ит говорить, поднимать панику. – Капитан «Бурного» покидает нас, оставляя в растерянности.

Мы приглядываемся. Над садящимся Светилом и правда разорван круг, будто он растаял в дымке. И птиц нет. Почему я не обратила на это внимания? Что рядом с кораблём тихо, и не слышен обычный птичий гомон. Только плеск волн, шум самого́ барка и живых на нём. Глубоко вдыхаю океанический воздух, прогоняя тревогу.

– Пойдём, Эви. Будем начеку. Приготовим вещи и ляжем спать. Капитан Руш опытный, что бы не говорили погодники, мы прислушаемся к его предупреждениям, – утягивает меня вниз сумеречник. – До Отверженных островов всё ближе. Надеюсь, дотянем. Завтра с утра я попрошу Сореша увезти Рорри назад и присмотреть за ней. Оплачу ему щедро за услуги и беспокойство. Теперь мы знаем, она не полетит в ближайшее время, и выбора иного у нас нет.

– А лис?

– Ланс едет дальше с нами, – твёрдо обозначает мужчина. – Вернётся он к своей вороне, когда завершим дело.

Мы спускаемся к себе собирать вещи, я помню, что мне ещё нужно выучить новую карту перед сном. Наивно думала в начале пути, что заскучаю на барке.

Я просыпаюсь в холодном поту среди ночи. Мои ноги и руки как ледышки, тело дрожит, нервно колотится сердце. Амиран тихо сопит, размеренно дыша. Мы уснули не сразу, снова дарили друг другу чувственное удовольствие, забывая обо всех заботах. Зачем терять