Читать книгу - "Трансцендентные - Стивен Бакстер"

в канализационных трубах и вокруг краев крышек канализационных люков. Я смутно помнил, что где-то недалеко отсюда сливались две реки, протекавшие через город, Уз и Фосс, и это место печально славилось наводнениями. Вода выглядела несвежей и грязной, покрытой слоем пыльной пены, и в ней плавали кусочки мусора. Я не мог разглядеть, насколько глубоко она была ближе к центру. К таким вещам привыкаешь; когда-то такие города, как этот, затопляло, вероятно, раз в десятилетие, но теперь редкий год обходился без наводнений, и люди устали от попыток что-то исправить и просто приняли перемены.

Но запруда была у меня на пути. Я беспомощно ходил налево и направо. Очевидного пути обойти ее не было. Боковые улочки уводили меня в сторону от направления к центру города, от того пути, которым я хотел идти, к Мораг. Все смешалось, превратилось в хаос из-за воды, вторгшейся в сушу; я оказался в незнакомом ландшафте, в месте, где больше ничего не работало.

Я не мог видеть Мораг. Возможно, уже потерял ее. Меня охватила паника.

По одну сторону улицы тянулись сады с газонами. Я решил пойти в ту сторону. Я направился к старой, осыпающейся стене справа от дороги. Она была слишком высока, чтобы на нее было легко взобраться. Я подпрыгнул, и мне пришлось использовать руки, чтобы подтянуться, так что мой живот уперся в стену. Затем, сильно раскачавшись, я поставил правую ногу на край стены, а затем левую. Более или менее перевалился на другую сторону.

Я тяжело приземлился на бок на мягкую, влажную траву, достаточно сильно, чтобы из меня выбило дух. Лежал так несколько секунд. Чувствовал, как роса или паводковая вода пропитывает мое лицо, куртку, брюки. На стене были отметки паводка, и кто-то выбил даты на кирпиче рядом с самой высокой из них: 2000. 2026. 2032. И я увидел червя, длинного дождевого червя, ползающего по траве. Возможно, поднявшаяся вода вытолкнула его из земли. Он выглядел таким же сбитым с толку, как и я.

Я поднялся на ноги. Та сторона моего тела, на которую я приземлился, ощущалась как один длинный синяк, мне было мокро и холодно. Я чувствовал себя очень глупо, пятидесятидвухлетний мужчина, стоящий на чужой лужайке в лучах рассвета. Я должен был идти дальше, убираться оттуда.

Я шагнул вперед и наткнулся прямо на дерево. Отшатнулся и врезался в листву. Дерево было папоротником, не выше меня, а листва вокруг меня была от бамбука. Английские сады уже не те, что были. Я оттолкнулся, не уверенный, в какую сторону смотрю. При падении меня развернуло. Я снова двинулся вперед, но споткнулся о тощий холмик влажной земли, торчащий из газона. Возможно, это был термитник. Чувствовал себя глупым, одурманенным, окруженным цепляющимися препятствиями, и каждый мой шаг, все, что я пытался сделать, чтобы добиться прогресса, только порождали новые проблемы.

Верно. Стена была на правой стороне улицы, так что я должен был держаться дома справа от себя. Я повернулся и двинулся в ту сторону. Трава была высокой и прилипала к моим ботинкам, и теперь мои ноги промокли насквозь. Но я продолжал идти и подошел к воротам, которые вывели меня обратно на дорогу.

Я прошел достаточно далеко, чтобы миновать большую часть запруды на дороге, но вода все еще плескалась у моих ног.

Дорога впереди поднималась, чтобы пересечь реку по мосту. Я мог видеть кого-то на мосту, мне показалось, бледное лицо, смотрящее на меня. Она была слишком далеко; ее лицо было просто размытым пятном, как монета на дне пруда. Хотя я был уверен, что это она. Мне хотелось закричать, но я осознавал, что вокруг меня спящий город, и почему-то не мог. В любом случае, это не принесло бы пользы. Я должен был добраться до нее, вот в чем дело.

Черт с ним. Я шагнул в воду. Вскоре я уже шел вброд. Вода не доходила мне до голеней, но на дне скопилось много грязи и мусора — возможно, дорожное покрытие здесь провалилось — и она засасывала мои ноги. Вскоре я уже тяжело дышал, а сердце бешено колотилось. Наконец выбрался из воды. Мои ступни промокли и были в грязи. Я был измотан.

Я не мог отойти больше чем на полкилометра от своего отеля.

Я мог видеть мост и замковый холм за ним с башней на вершине, реликт старого нормандского замка, мрачный силуэт на фоне голубого неба. Но она ушла с моста. В какую сторону она пошла? Взобралась ли она на холм? Если бы я смог дойти до него, возможно, мог бы попытаться взобраться вслед за ней.

Мост по какой-то причине был закрыт на дальнем конце. Реки вились по обе стороны насыпи, и вода была высокой, пенистой, сине-серой. Берег был размыт и обложен мешками с песком. Под самим мостом вода доходила почти до верха арок.

Может быть, мне следует перейти мост. Или, может быть, мне следует найти какой-нибудь способ обойти насыпь с другой стороны. Я не мог придумать, как пройти через это.

Я больше не мог ее видеть. Просто стоял там, весь в синяках, с промокшими ногами, тяжело дыша.

— Вы в порядке?

Голос показался громким. Я обернулся. Передо мной стоял молодой человек, лет двадцати пяти. Он вел свой велосипед. Под шерстяной курткой на нем было что-то вроде синей униформы; возможно, он был сменным работником больницы.

Он был спокоен, когда оглядел меня с ног до головы. — Вы выглядите так, как будто у вас были какие-то неприятности. — У него был сильный йоркширский акцент. Я заметил подозрение в его глазах. Неудивительно; должно быть, я выглядел странно.

Я услышал крик вороны. Поднял голову. Мог видеть птицу, кружащую над башней на холме. Внезапно небо показалось светлее; высокие облака окрасились розовым.

— Привет…

— Я в порядке, — сказал я.

— Вы американец?

— Да. — Я посмотрел на себя, на грязную воду, стекающую с моих ботинок. Я попытался придумать, что сказать, что-нибудь, что могло бы нормализовать ситуацию. — Смена часовых поясов играет злую шутку с режимом сна, не так ли?

— Да, — ответил он с сомнением. Он отвернулся, продолжая вести свой велосипед.

Я посмотрел вверх, на холм. Теперь он выглядел