Читать книгу - "Добрым словом и пистолетом - Ольга Олеговна Погожева"

Присли, – пожал плечами Хосе. – Уж этот-то не отвертится! Обвинения против него серьёзные, а сыворотку ему создавать, чай, не впервой.

– Профессор Присли – не маг, – напомнила Джен. – Если не ошибаюсь, доктор Вольф в своем рецепте подчёркивал «самую капельку» магии.

– Вот этого не знаю, – развёл руками Хосе. – Но пока всё указывает на то, что Ламорте, отрабатывая денежки Равена, спелся с Присли. Тот ему и сыворотку сбацал, и с лабораториями связи у него имелись, мог забрать кровь Эвелин, и профессора Яна Зборовского под шумок похитил – тоже он. Чтобы прочие изобретения из конкурента выбить! Так что всякий в этом деле преследовал свои цели. Равен – подмочить репутацию Ллойду, Ламорте – деньжат сколотить, Присли – изобретения отхватить… Сходится же?

– Профессор Присли признаёт вину? – на всякий случай уточнила Джен.

Суарас только отмахнулся.

– Нет! Упёрся, старый осёл. На лёгкое признание от него, впрочем, никто и не рассчитывал. По мне, так дело решённое. Если бы только ещё Кёстер левыми делами не отвлекал, я бы его вмиг расколол!

– Какими делами? – из вежливости спросила Джен, убирая со стола пустую посуду. Сержант подчистил все запасы на кухне, больше угощать позднего гостя оказалось нечем.

– Люди в Лондоне пропадают, – вздохнул Хосе, понимая, что больше кормить не будут и скоро попросят на выход. – В основном маргиналы всякие… А тут пропала пожилая леди, одинокая старая дева. Хватилась подруга, с которой они кормили голубей в парке. И может, махнули бы рукой, да старушка оказалась из менталистов, старой крови… А с убийствами и исчезновениями менталистов у нас строго. Можно сказать, исчезающий вид!

– И всё же жалко старушку, – ввернула Джен. – Занялись бы.

– Занятий у меня не убавляется, – помрачнел Хосе. – Ещё и Джон вцепился в то, что Дэниел сболтнул: «занимались поставками психов». Проверь, говорит. Опроси весь персонал… Кстати! – вспомнил наконец сержант. – Я за этим к вам и ехал. Уточнить, когда мы сможем прогуляться в психушку… эээ, лечебницу, в смысле. Вы там всех знаете, быстро развяжете язык…

– Завтра я – к брату, – предупредила Джен. – В лечебницу можем наведаться после. Сама переживаю: как же теперь пациенты профессора в его отсутствие?

– Пациентов опрашивать не будем, – быстро открестился Суарас и поднялся. – До завтра, Джен. Только обещайте! – вдруг резко повернулся к ней сержант. Джен, уже поднявшаяся, чтобы проводить, от неожиданности села обратно. – Что больше не пойдёте с этим лысым уголовником по сомнительным подпольным заведениям!

– Загородный паб Винченцо мне понравился, – возразила Джен.

– А уголовник? – сверкая глазами, уточнил Хосе.

Джен покосилась на дверь в гостиную, из-под которой всё ещё тянуло дымком, и кротко отозвалась:

– Обещаю, что больше не пойду по сомнительным заведениям с уголовниками.

Хосе расслабился и тут же насторожился, когда она тихонько добавила:

– Пока не поговорю с братом.

Суарас обиженно засопел, но нежная улыбка смягчила вспыльчивого сержанта. Это – и трогательная забота, с которой Джен коснулась разбитых костяшек Хосе.

– Где это вы?

– Саданул машину, пока наблюдал сцену прощания, – мрачно признался Суарас.

– Давайте обработаю, – предложила Джен, но сержант только отмахнулся.

– У меня этих царапин, мисс Джен – уйма! Порой сам не замечаю, где наставляю себе очередной синяк. Вот только недавно – новая ссадина у локтя. Это ничего: я к боли привычный. Только разбитое сердце назад не клеится, а царапины…

Джен проигнорировала очередной намёк, прикрывшись усталой улыбкой.

– Увидимся завтра в госпитале, Хосе?

– Да, – с сожалением отозвался Суарас. – Старший инспектор собирается обманом покинуть гостеприимные больничные стены, и ваша задача – ему в этом помешать. Джон же угробит себя! Впрочем, не в первый раз…

Прощального поцелуя, на который втайне надеялся Хосе, сержанту не досталось. Джен стойко выдержала поток чужих эмоций, тепло распрощалась с подобревшим Суарасом и закрыла дверь за поздним посетителем.

Вечер и ночь прошли тревожно, так что в госпиталь Джен выбралась лишь поздним утром.

На нужном этаже оказалось людно: помимо приставов, в коридоре стоял также Адам Кёстер, что-то втолковывавший подчинённым. На появление Джен инспектор среагировал не слишком радостно.

– Вы к брату, мисс Эвергрин?

Джен быстро кивнула.

– С чего такой переполох? – поинтересовалась она.

– Готовят палату для доктора Вольфа, – пояснил Кёстер. – Его должны привезти к вечеру. А также Дэниела Ричардса – на выселение. А то уголовный розыск уже целое крыло у госпиталя занял…

– Но ведь Дэниел ещё не поправился, – удивилась Джен. – Сержант Суарас говорил, три пулевых ранения?

– Два, в левое и правое бедро, – без эмоций поправил Адам. – Угрозы для жизни нет, а заживать ещё месяц будет. За решёткой мистер Ричардс будет выздоравливать с той же скоростью, что и в больнице, не вижу смысла держать его здесь и выделять на это охрану.

– Когда собираетесь его переводить? – спросила Джен.

– Завтра утром, – ответил инспектор Кёстер и нахмурился. – Зачем интересуетесь, мисс Эвергрин?

– Сержант Суарас предлагал, чтобы я на него взглянула, – ответила Джен. – Могу это сделать сейчас, чтобы не ездить потом на допросы к подсудимому в следственный изолятор. Скажите, что хотите у него узнать, а я смогу… немного надавить. Или, по крайней мере, точно сказать, когда он лжёт.

Адам колебался недолго.

– Хорошо, – разрешил инспектор. – Идёмте.

У палаты Дэниела стоял всего один пристав. Адам вошёл первым, цепко оглядел палату и коротко кивнул Джен.

Дэниел Ричардс полулежал на койке, хмурый и настороженный. При появлении инспектора и Джен подручный Ламорте буквально подскочил, но тут же осел обратно с болезненной гримасой.

– Мистер Ричардс, завтра вас переведут в следственный изолятор, – сообщил Кёстер буднично и без приветствий. – Прежде, чем я передам вас прокурору, хотел бы задать пару вопросов.

– Вы спрашивали много раз, инспектор, – огрызнулся Дэниел, не отрывая взгляда от Джен. – Думаете, в этот раз я скажу что-то новое?

– Возможно, – не стал отпираться Адам. – Вспомнили, где сейчас Рафаэль Ламорте?

– Нет!

Джен коротко кивнула, шагая ближе.

– Но ведь он никогда не бросает своих, мистер Ричардс? – мягко спросила она.

– Рафаэль так говорил, – настороженно отозвался Дэниел.

– И наверняка обещал, что вытащит вас, что бы ни случилось? – вкрадчиво продолжила Джен, присаживаясь на стул для посетителей.

– Ну, – буркнул подручный Ламорте.

– Рафаэль объяснил, как именно это сделает?

Напряжённое молчание… а затем Дэниел Ричардс схватил её за руку, рывком притягивая к себе.

– Говорил! Вот только не сказал, сколько мне ждать в проклятой больничке!

Глухой удар, и хватка Ричардса тотчас ослабла, а Джен поспешно высвободила ладонь, потирая ушибленные пальцы.

– Руки не распускай, Ричардс, – предупредил инспектор Кёстер.

– Сегодня, – поморщилась Джен, – ваш последний день в комфортных условиях, мистер Ричардс. Постарайтесь вспомнить, что именно говорил вам мистер Ламорте.

– А также кто был исполнителем