Читать книгу - "Вороница. Пойманные души - Татьяна Морец"

с мужскую ладонь. Клеймо изображает замученную израненную птицу, заключённую в овал из шипов бобовой трехколючки.

Содрогаюсь. Попала я как-то в детстве в подобный куст. Настоящая западня. Куда ни двинься, только глубже насадишь себя на острые колючки с маленькими крючками на концах. Те лишь цепляются и рвут нежную плоть. Я обернулась вороницей и спаслась. Мне следовало так поступить сразу, но паника опутала разум, и я успела навредить себе, пытаясь выбраться из коварных силков. Старая нянька долго меня лечила, бинтовала и делала примочки с настоями трав, они хоть немного унимали саднящую боль по всему телу.

Сумеречный маг зло ругается:

– Какая тварь поставила такое на десятилетнюю девчонку?! Гореть ему в вечном огне Трезубца! Не бойся, Рорри! Если не снимем сейчас, я это так не оставлю! С отцом и магами Государя мы исправим то, что с тобой сделали! Ложись на живот!

Мужчина уверенно кладёт кисти на клеймо, потом хмурится, задумчиво обводит птицу. Затем шипастый круг. Хмурится сильнее. Он осторожно выпускает силу, лёгкий сизый туман окутывает некоторые иголки, и те блёкнут.

– Эви, придержи её за плечи. Рорри, если будет слишком больно, скажи! Разрушение клейма неприятно, но должно быть терпимо, без сильных мучений, – Амиран сухо раздаёт команды.

Я редко вижу его настолько серьёзным. Обычно он наполнен какой-то задорной энергией, вселяет уверенность и положительный настрой в окружающих его живых. Но не сейчас. Знакомым движением маг набрасывает вуаль тишины.

Последующие лучины наполняются кошмаром. Сначала снятие идёт как надо. Клубы мерцающего сумрака просачиваются через плотно прижатые ладони мага к спине Рорри. Но в какой-то миг всё меняется. Лоб сумеречника покрывается потом, а глаза наполняются грозовыми тучами, пряча за собой ясные аквамариновые радужки. Он замирает, но частое дыхание с хрипами выдаёт его напряжение. Сумрак клубится вихрями, становится таким густым, что руки Амирана утопают в нём. А под моими ладонями часто сотрясаются плечи Рорри, и очень скоро она начинает оглушительно выть, так, что мне хочется зажать уши.

Амиран убирает руки, клубы сумрака растворяются в воздухе. Мужчина тяжело оседает на пол возле ложа, боком приваливаясь к нему и сокрушённо качает головой. Не вышло. Вялым жестом он снимает вуаль. Без неё давно бы весь корабль сбежался, так сильно кричала девчонка.

– Рорри, Рорри, – глажу я трясущуюся от боли вороницу по голове, не зная, как ей помочь.

Ворона постепенно успокаивается. Скрючивается на узкой кровати, но продолжает крупно дрожать, забыв о том, что раздета по пояс. Набрасываю на неё покрывало, стараясь отойти от пережитого.

– Не получилось? Не получилось?! – с таким отчаянием всхлипывает Рорри, что и моё сердце сжимается от боли. – Значит, я никогда не смогу летать?!

Глава 20. Затишье перед…

Утром вялая, как скошенная трава под жаром Светила, я поднимаюсь на палубу следом за Амираном. Он ушёл из каюты лучин за пять до меня. Чёрные тени под глазами выдают его состояние. Вчера он выложился, опустошив себя в попытке разрушить рабское клеймо и не навредить Рорри. Немного подпитался от стяжателя в виде прозрачного шарика с живым туманом внутри. Но сумеречнику требовалось время. И еда. Не все потраченные магические силы можно восполнить при помощи накопителя.

У магов одного толка получается делиться энергией друг с другом. Огневик Фарн никак не мог посодействовать с восстановлением Амирана.

Остаток вчерашнего дня и ночь выдались тяжёлыми. Как только Амиран снял вуаль тишины, на крики и плач Рорри в каюту вломился Ланс, а за ним Фарн.

– Что с Рорри?! Что вы сделали с ней? – кричал лис, ринувшись к кровати. Его глаза яростно сверкали.

Прежде всегда улыбчивый и спокойный, он мало походил на себя. Фарн успел перехватить, потерявшего голову Ланса.

– Ланс! Успокойся! – Более крупный и сильный огневик надёжно зафиксировал рыжего двуликого, и лис лишь беспомощно дёргался в крепких руках.

– Пусти! – Следующие слова Ланс уже произносил тише, обуздывая эмоции. – Пусти к Рорри!

– Тихо! – коротко скомандовал Амиран. Все немедленно замолчали и замерли, не смея ослушаться, даже Рорри перестала всхлипывать на кровати. – Отпусти его. – Также тихо проговорил сумеречный маг и медленно поднялся с пола, освобождая место лису.

– Подожди! Ей нужно одеться! – Теперь я встала на пути Ланса, помня о том, как Рорри вздрагивала поначалу от его прикосновений.

Я помогла девчонке натянуть тунику на дрожащее тело и не возражала, когда лис расположился рядом с ней на кровати, заключая её в объятия. В общий трюм отправлять Рорри было жалко, так мы и утешали вороницу по очереди, говоря, что в Леранхолле с неё снимут клеймо. Обязательно разберутся в том уродстве, что на неё нанесли.

После бессонной ночи мои глаза слезятся от солнца и ветра. Тяжело оседаю на лавку рядом с Амираном.

– Эви, без сил Тьмы не обошлось в клейме. Девчонке из-за нитей кровной магии стало так плохо. Нити стали тянуть за собой её душу. Ей ничего не говори, очень много боли и страха в этом маленьком теле, – мрачно поясняет Амиран, обнимая меня. Я послушно кладу голову на его плечо, поддаваясь рукам. На палубе есть и другие путешественники, но сквозь шум волн не слышат нас. – Нам придётся просить Сореша забрать Рорри в Эйзур-Соль. Мы вернёмся и обязательно ей поможем. Хватит, настрадалась. А если не сможем возвратиться, или задержимся – ей займётся Миро. Я дам необходимые указания. Не следовало брать её с собой. О чём я думал?

– Или мне не нужно было выкупать её, – признаю́сь и я в своих сомнениях, что гложут меня в последние дни. – Но я так хотела ей помочь!

– Я знаю, Эви, я знаю…

– Но кому понадобилось на ребёнка ставить такое ужасное клеймо? Зачем? Чтоб леший утащил его в Зыбучие трясины! – Мне горько и так жаль молодую ворону. И её родителей, сначала они лишились одной дочери. А следом и второй.

Перед нами на соседнюю скамью присаживается Фарн.

– Я кое-что выведал за прошедшую ночь у других пассажиров, следующих с нами на Изгой, – деловито заявляет огневик. – С нами на барке маг с Нижнего города ремесленников Девятого острова. Он владеет стихией воздуха и слаб как маг, но нам будет полезен другим.

Мы с сумеречником подаёмся вперёд, навострив уши.

– Буквально три луны назад он ходил на промысел с пиратами в Стоунхольц. Его группа сцепилась за добычу с другой шайкой. Возникла серьёзная потасовка, обе шлюпы стали тонуть. А воздушник, спасаясь, оказался в Зловещих сопках. Может, он и слаб, но развернуть воздушный пузырь смог, иначе кто бы его взял в