Читать книгу - "Пробуждение Посейдона - Аластер Рейнольдс"

- А на что же это похоже? - спросил Ру.

- На веру, - ответила Лоринг.

* * *

Через день Гому снова вызвали в каюту Васин. Она отправилась туда, ожидая очередной любезной лекции о необходимости гармоничных отношений между членами экипажа, но когда она прибыла, сразу стало очевидно, что цель этого вызова была совсем иной. Помимо Гандхари Васин, присутствовал Мпоси, а также Айяна Лоринг, доктор Нхамеджо и Маслин Караян. Никто из них не выглядел непринужденно.

- Проходите и присоединяйтесь к нам, - сказала Васин, указывая на свободное место за ее кофейным столиком, на котором были разложены игральные карты - свидетельство прерванной игры. - Это будет обнародовано в течение часа, но, учитывая вашу центральную роль в экспедиции, я подумала, что вы немедленно должны узнать это.

Гома устроилась на сиденье между Мпоси и Маслином Караяном, на единственном свободном месте.

- Это Хранитель, не так ли?

Васин кивнула на схему солнечной системы, все еще висевшую у нее на стене, испещренную символами и цифрами. - Я полагаю, они в своем роде выдали себя. Очевидно, мы наконец-то заинтересовали их. Что заняло достаточно много времени. Как я уже говорила вам в прошлый раз, когда мы разговаривали, я почти осмелилась надеяться, что нам удалось ускользнуть от их внимания.

- Маловероятно, - сказала Гома.

- Оглядываясь назад, не отдаленно. Айяна - не хотите ли вы подытожить полученные результаты в интересах Гомы и Маслина?

- Этот Хранитель изменил свое положение восемь часов назад, - сказала та, прикоснувшись к кнопке на своем браслете, которая заставила катушку схемы вернуться назад во времени, а затем снова начать двигаться вперед, отображая часы движения в секундах реального времени. - В этом нет ничего необычного? Они передвигаются по кругу. Ускорение вначале небольшое, но увеличивающееся? Поначалу трудно экстраполировать траекторию, но цифры растут. Курс пересекается с нашим собственным - нет никаких шансов, что это совпадение.

- Когда? - спросил Караян, лениво почесывая бороду.

- Лучшее предположение, Маслин, пятьдесят часов?

- Я бы предпочел, чтобы их было пять. По крайней мере, пусть приговор будет вынесен.

Гома собралась заговорить, намереваясь поспорить с таким выбором термина, но взгляд Мпоси убедил ее передумать.

- Крусибл пришлет нам более точные цифры, - сказала Васин. - Это может сдвинуть прогноз на несколько часов. Но пока мы действуем, исходя из предположения, что он будет на нашей позиции чуть более чем через два дня.

Гома посмотрела на Мпоси. Ее дядя был бесстрастен, сдерживая свои эмоции. Она задавалась вопросом, как давно ему сообщили эту новость, надеясь, что прошло несколько минут, а не часов. Ей не нравилась мысль о том, что он скрывает это от нее, даже если таково было прямое указание Васин.

- Мы можем изменить курс, обогнать его?

- Это был бы жест, не более того, - сказала Васин. - Мы знаем из записей, что они могут легко опередить нас и перехитрить маневрами, вероятно, даже не затрудняясь. Единственное, что мы можем сделать, - это придерживаться намеченного курса.

Взгляд Гомы снова остановился на пейзажной картине, с ее осколками света, исходящими из яркого центрального фокуса. Это было похоже на удар молотком по хрупкому стеклу, паутинные трещины по радиальным линиям.

Если художник хотел отпраздновать возвращение солнца после наступления ночи, то вместо этого он создал образ жестокого космического уничтожения. Гоме показалось, что это не столько изображение обновления, сколько жестокое очищающее уничтожение - само пространство разрушается или возвращается к более первобытному, базовому состоянию.

- И что произойдет, когда они доберутся сюда? - спросила она.

- Как ваш капитан, я хотела бы предложить вам что-нибудь конкретное. Если бы меня подтолкнули, я бы сказала, что есть две различные возможности. Во-первых, нас тщательно изучают, а затем игнорируют, точно так же, как Хранители, похоже, с удовольствием игнорируют почти все наши повседневные действия. - Васин передвинула две игральные карты, которые все еще лежали на ее кофейном столике.

- А вторая? - нажала Гома.

- Это разрушит нас. Из того, что мы знаем о предыдущих встречах, это, по крайней мере, будет быстро и, вероятно, безболезненно. Скорее всего, мы даже не получим никакого предупреждения.

- Мы проявим милосердие там, где найдем его, - сказал Мпоси.

- Что вы надеетесь получить с Крусибла? - спросила Гома капитана.

- Чай и сочувствие, не более того. На самом деле я жду, когда они скажут мне не пытаться уклоняться, потому что мы все знаем, сколько пользы это принесло бы. - Она передвинула еще одну карту. Гома решила, что это была стратегия преодоления, а не отражение ее безразличия. - Конечно, мы передадим наши намерения Хранителю на всех языках, с которыми они когда-либо сталкивались, - ради всего хорошего, что это принесет: - Пожалуйста, не обращайте на нас внимания, мы не хотим причинить вреда.

- А как насчет других Хранителей? - спросил Караян. - Они что-нибудь делают?

- Только это, - сказала Айяна Лоринг.

- Маслин прав, - сказала Васин. - Лучше пять часов, чем пятьдесят. Но лучше пятьдесят часов, чем это будет висеть над нами до конца нашей экспедиции. Никто из нас не хочет, чтобы этот страх жил в нас всю дорогу до Глизе 163.

- Думаю, мы все согласились бы с этим мнением, - сказал Нхамеджо. - Мне нужно присматривать за пятьюдесятью четырьмя в основном здравомыслящими людьми, включая меня самого. Замкнутое окружение, обычные опасности космических путешествий, знание того, что в какой бы мир мы ни вернулись, он больше не будет нашим домом - все это достаточно серьезные стрессоры для человеческой психики. Я бы предпочел не добавлять годы беспокойства в этот плавильный котел. Что бы этот Хранитель ни собирался с нами сделать, пусть это будет сделано, и пусть это будет быстро.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

К тому времени, когда выставка завершилась, Кану уже не грустил о том, что уезжает из Лиссабона. Он всегда любил этот город - тот много лет служил убежищем его матери, и большая часть ее собственной привязанности к этому месту и его жителям передалась и ему, - но после того, как он поработал в посольстве, у него не было желания надолго привязываться к одному месту. Как выяснилось, у Ниссы был перерыв в ее обязательствах, поэтому он согласился побыть туристом еще три недели. Нисса, со своей стороны, определила несколько