Читать книгу - "Фантастика 2026-44 - Мария Александровна Ермакова"

на шестом этаже, куда обычные лифты не ходили. Мне пришлось пройти через сканер сетчатки глаза и отпечатков больших пальцев. Двери открылись в абсолютно другое пространство. Не такое, как было в моем прошлом отделе.

Тишина. Но не о отдыха, а от напряжённого сосредоточения. Были слышно только удары пальцами по клавиатуре. Воздух был прохладным и стерильным, пахло озоном и спреем для очистки воздуха. Никакого гула голосов, смеха. Только приглушённый шелест и мерцание экранов. Десятки сотрудников сидели в полумраке за своими «магбуками» — магическими гибридами ноутбуков и сканеров, с экранами, на которых плыли не данные, а настоящие магические символы и схемы. Их лица были бледны и абсолютно бесстрастны, будто они не люди, а големы, собранные для одной глобальной цели. Они не общались между собой, не перешёптывались. Только изредка чьи-то пальцы взлетали над сенсорной панелью, отдавая бесшумную команду.

Меня встретила ассистентка с лицом, как у восковой куклы, и беззвучно проводила в кабинет руководителя, будто без слов понимала кто я такой и зачем сюда у ним пожаловал.

— Подождите здесь. Геннадьевич скоро будет. Она вышла, оставив меня одного. Хотелось как-то с кем-то пошутить, чтобы разрядить обстановку, но быстро осознал, что это точно будет тут лишним.

Кабинет был таким же стерильным и безликим, как и всё вокруг. Ни намёка на какой-то характер. Я к тому, что по кабинету совершенно ничего нельзя было сказать о его владельце. Я сел на стул перед массивным стеклянным столом и стал ждать, когда же он придет. Минуты тянулись, как смола. Я изучал комнату, пытаясь найти хоть что-то, что выдавало бы личность хозяина. Ничего. Не особо комфортно чувствовал себя в таких условиях, но делать было нечего и я решил просто ждать не пытаясь более анализировать окружающую меня действительность.

И вот наконец-то дверь открылась, бесшумно. Вошел он. Начально этого отдела.

Мужчина, на вид лет около пятидесяти, высокий, поджарый, в идеально сидящем тёмно-сером костюме. Лицо удлинённое, аристократичное, с высокими скулами и тонкими, почти бескровными губами. Волосы — тёмные, с проседью, уложенные с безупречной точностью. Но главное — глаза. Холодные, светло-серые, как ледяная крошка. Они ничего не выражали. Ни ума, ни глупости, ни добра, ни зла. Абсолютно ничего. Просто два сканера, быстро и безэмоционально считавшие информацию с меня, как некоторым временем ранее я пытался считать с кабинета. В нем чувствовался внутренний стержень и сила. Впервые за долгое время я почувствовал в нем равного себе.

Он прошёл за стол, не глядя на меня, положил перед собой папку.

— Алмазов Демид. Переведён из общего отдела за выдающиеся результаты, — его голос был ровным, тихим, металлическим. Без тембра, без эмоций. Как голос синтезатора.

И в этот момент меня ударило, как обухом по голове. Этот голос. Этот абсолютно уникальный, безжизненный тембр. Я слышал его тогда, в подземелье, когда Кайзеру отдавали приказы. Он был одним из тех троих в капюшонах. Не главным. Тем, кто стоял чуть поодаль и молча наблюдал, только иногда выражая свое мнение. Но он был там. Он видел всё. Он один из тех ублюдков, что устроили заговор против Ордена Ассасинов.

Кровь ударила в виски. Всё внутри застыло и натянулось, как струна. Я сидел, не двигаясь, выдавливая из себя маску почтительного внимания. Хотелось в этот же момент встать и выбить из него все дерьмо, а после воткнуть мой нож глубоко ему в горло. Но не сейчас. Сейчас мне нужно узнат, как можно больше информации.

Он поднял на меня свои ледяные глаза.

— Я — Козин Михаил Геннадьевич. Руковожу этим отделом. Здесь нет места инициативе. Нет места амбициям. Есть только задача и её выполнение. Вы не будете знать общую картину. Вы будете получать фрагменты заданий и выполнять их. Без вопросов. Без обсуждений. Это надеюсь Понятно?

— Так точно, Михаил Геннадьевич, — я кивнул, точно зная, что мой голос не дрогнет.

— Ваша прошлая эффективность здесь не имеет никакого значения. Здесь ценятся точность и отсутствие ошибок. Один провал — и вас не станет. Не в моём отделе и даже не в министерстве внутренних дел магии. Вообще. — Он сделал паузу, давая словам висеть в воздухе. — Вам выделено рабочее место и терминал. Ваша задача на сегодня — изучить интерфейс системы и пройти тест на безопасность. Вы не будете иметь доступа к данным до тех пор, пока не покажете идеальный результат.

Он отодвинул папку с моим личным делом в сторону:

— Вопросы есть? Все понятно?

Вопросов миллион. Ты кто? Ты был там? Где остальные? Кто главный? За что вы убили их?

— Никак нет вопрсов — сказал я.

— Отлично. Ассистент проводит вас. — Он снова уткнулся в экран своего магбука, вычеркнув меня из своего пространства.

Меня отвели на моё место — такой же безликий кубикл в ряду таких же. Поставили передо мной магбук. Я включил его. На экране загорелся сложнейший интерфейс с кучей иконок, о назначении которых я мог только догадываться. И начался тест. Бесконечные вопросы на логику, на знание магических законов, на проверку лояльности. Я кликал на ответы, чувствуя, как на меня давит вся эта тихая, безэмоциональная машина под названием «специальный отдел».

Я сидел и тупо смотрел в монитор. Мысли бушевали. Он здесь. Один из них. Я в самом сердце зверя. Они даже не подозревают, кто к ним пришёл. Но на поверхности — абсолютное спокойствие. Лицо — маска послушного новичка, который кликает на клавиши делая вид, что ему безумна интересна эта хрень на экране.

Так и прошёл мой первый день. Без выстрелов, без погонь. Просто я и монитор. И тихая, ледяная ярость внутри, по тому что тот кого я искал был буквально за стенкой, но я пока не мог действовать! Мне нужно было изучить все получше изнутри и только после этого нанести свой стремительный удар в самое сердце противника!

* * *

Вечером, по уже сложившейся традиции, я зашёл в наш бар. Грохот музыки, смех, живая жизнь — после того склепа, в котором я был весь день, это было как глоток свежего воздуха. Лия, сияющая, что-то кричала барменам, увидев меня, махнула рукой и улыбнулась. Я отгородился ото всех в дальнем углу, заказал себе медовухи. Два бокала. Пил медленно, ощущая, как сладковатый хмель размораживает оцепенение дня. По факту это был лучший момент за сегодня. Понимал, что завтра мне представит возможно такой же день, где я буду тупо сидеть за