Читать книгу - "Фантастика 2026-44 - Мария Александровна Ермакова"

прошёлся по мне с ног до головы, на мгновение задержался на моём сжатом, окровавленном кулаке, но не подал виду. Он взял конверт, его толстые, сильные пальцы с лёгкостью разорвали его.

Он пробежался глазами по тексту. И… улыбнулся. Это была не добрая улыбка. Это был оскал волка, почуявшего кровь. Его лицо, бывшее до этого момента каменное, стало довольным, почти благостным.

— Молодец, гвардеец, — произнёс он, откладывая листок. Его голос прозвучал чуть теплее, но от этого стало только неприятнее находится рядом с ним. — Передайте своему начальнику, что меня очень радует информация, которую вы доставили. Очень радует. Работа проделана исключительная.

Я стоял, не двигаясь, стараясь дышать ровно. И в этот момент, пока его голубые, но пустые глаза смотрели на меня с мнимой благосклонностью, в моей голове всё сложилось в единую, ужасающую картину.

Этот голос.

Низкий, властный, с лёгкой, едва уловимой хрипотцой, как у человека, который много курит дорогие сигары и привык, что его слушают. Я слышал его тогда, в том проклятом подземелье Академии. Он говорил не много. Всего несколько фраз. Но их было достаточно.

Это был он. Самый главный. Тот, кто отдавал приказы. Тот, из-за кого погиб мой орден. Тот, кто стоял за спиной Кайзера и использовал его, как одну из своих марионеток.

Геннадий Викторович Волков. Министр. Герой империи. И… главный палач.

Внутри меня всё закипело. Кровь, которую я пролил, чтобы прочитать его грязный секрет, горела огнём мести вместе с меткой в моей груди. Мышцы напряглись до предела, тело рванулось вперёд, чтобы вцепиться ему в глотку, вырвать предательскую душу…

Но я стоял. Не шелохнувшись. Лицо — каменная маска солдата. Только взгляд, надеюсь, не выдавал того ада, что творился у меня внутри.

— Так точно, товарищ министр! — чётко отчеканил я. — Передам! Могу идти?

— Можете быть свободны, — он снова уткнулся в бумаги, мгновенно вычеркнув меня из своего поля зрения, как отработанный инструмент.

Я развернулся и вышел. Каждый шаг по мягкому ковру давался с неимоверным усилием. Спину прожигал его взгляд. Я чувствовал себя взведённой пружиной, готовой разорваться.

Только за дверью кабинета, в стерильной тишине приёмной, я позволил себе сделать глубокий, дрожащий вдох. Рука дико болела.

Я шёл по коридору, не видя ничего перед собой. В ушах стоял гул.

Волков. Козин. Операция «ЗОМБИ». Чипирование.

Теперь я знал врагов в лицо. Я знал их имена. Я знал их голоса. Я знал, что они готовят что-то чудовищное.

И теперь моя цель изменилась. Мало было отомстить. Мало было их уничтожить. Нужно было узнать, что такое «ЗОМБИ», и раздавить их планы в зародыше. Пусть их амбиции станут их могилой.

Я вышел на улицу. Свет показался слишком ярким, звуки — слишком громкими. Я остановился, прислонившись к холодной гранитной стене министерства, и закрыл глаза.

Внутри бушевала буря. Ярость. Боль. И… холодная, стальная решимость.

Охота только что перешла на совершенно новый уровень. И я был готов к ней. Я — Демид Алмазов. Последний из ордена. И я пришёл за своим долгом.

Ничего, суки, ничего, — прошептал я про себя, глядя на мрачное здание министерства. — Ваш «ЗОМБИ» никогда не проснётся. Я сам приду за вами. И это будет не операция. Это будет кара.

Я оттолкнулся от стены и зашагал прочь. Пора было готовиться к битве.

* * *

Возвращение в отдел после визита к министру было похоже на попадание в другой мир. Тот самый, жутковатый и полупустой, теперь снова был заполнен до отказа. Все сотрудники сидели на своих местах. Их спины были прямы, пальцы порхали над сенсорными панелями магбуков. Но что-то изменилось. Какой-то едва уловимый, зловещий оттенок в атмосфере.

Я медленно прошел к своему кубиклу, сканируя лица. Они были те же — бледные, сосредоточенные, бесстрастные. Но теперь, зная правду, я видел то, чего не замечал раньше. Легкую заторможенность в движениях у некоторых. Слишком идеальную, почти механическую синхронность. Пустоту в глазах, которую я раньше принимал за профессиональную выдержку. Это были не люди. Это были уже почти что зомби. Идиоты, они даже не догадывались, что с ними сделали. Что их воля, их «я», было подавлено, запрограммировано на служение чужим, чудовищным целям.

И самое ужасное — я понимал, что вскоре эта участь ждет и вторую половину отдела. А значит, и меня. Мысль о том, что в мой мозг могут влезть какие-то чипы, превратив меня в послушного биоробота, заставляла кровь стыть в жилах. Этого допустить было нельзя. Ни за что.

Я сел за свой терминал, сделав вид, что погружен в работу. Но вместо шифров и отчетов я лихорадочно прокручивал в голове один вопрос: ЗАЧЕМ? Зачем Волкову и Козину армия зомбированных элитных магов? Для подавления восстаний? Но восстаний не было. Для войны с соседними государствами? Слишком топорно.

И тут меня осенило. Как молния. От этого открытия перехватило дыхание.

Они готовили революцию. Не народную. Дворцовый переворот. Захват абсолютной власти в Империи.

Все пазлы сложились с пугающей ясностью. Сначала они убрали нас, Орден Ассасинов. Потому что мы были верны не министерствам, а Империи и её законам. Мы были последней независимой силой, неподкупной гвардией, которая встала бы на пути узурпаторов. Они вырезали нас под корень.

А потом… потом они тридцать лет готовили себе армию. Академия Магии! Она же была их главным фильтром. Они отбирали самых талантливых, самых перспективных, самых амбициозных. Вербовали тех, кого могли купить или запугать. А тех, кто был слишком принципиален, слишком свободолюбив… их помечали для «чипирования». Как какой-то скот.

И теперь, когда их армия была почти готова, они собирались нанести удар. Операция «ЗОМБИ» была не про создание охраны. Она была про создание идеальных, беспрекословных солдат для захвата власти. Кто сможет противостоять отряду лучших магов Империи, лишённых страха, сомнений и жалости? Абсолютно Никто.

Я так сильно сжал кулаки, что несколько капель моей крови упали прямо на клавиатуру магбука. Весь оставшийся день я провел в своих мыслях. Я сидел, уставившись в мерцающий экран, внутри меня бушевала буря из ярости, ужаса и бессилия. Я был один. Один против всей государственной машины, против армии будущих зомби.

К концу дня я едва сдерживал дрожь от гнева. Мне нужно было выйти. Нужно было думать. Действовать.

В