Читать книгу - ""Фантастика 2026-213". Компиляция. Книги 1-28 - Леонид Демиров"

привкусом невинности, то и вовсе деликатес. В ответ на его каннибальскую сентенцию Мирелла притворно вздыхала и с грустью говорила, что в таком случае у неё нет ни малейшего шанса попасть к нему на стол.

Шутка была заезженной и повторялась уже не раз и не два, тем не менее Даджи всякий раз смеялся, прикрыв ладонью рот. И что-то такое было в его облике, от чего у неё сладко замирало сердце.

Не будь этот утончённый красавец беспощадным убийцей, Мирелла без памяти влюбилась бы в него. Впрочем, в Даджи влюблялись все женщины без исключения, просто в её случае страх был сильней любви. Именно он, спасительный страх, держал её рот на замке. Она заметила, что, как только девушки признавались демону в любви, он терял к ним всякий интерес и вскоре убивал.

Хотя Даджи забирал львиную часть её времени, Мирелла не забывала о порученном деле.

В учёбе служанок она была не менее беспощадна, чем демон. В отличие от него, она не утруждала себя изобретением причины наказания, поэтому неумех и ленивиц без особых проволочек забивали насмерть. Причём остальные девушки обязательно присутствовали при экзекуции. Если кто-то из них не выдерживал и терял сознание, это было равноценно смертному приговору.

К тому времени Мирелла уже ни к кому не испытывала жалости, а главное, ей было страшно представить, что с ней сделает Даджи, если такая неженка грохнется в обморок и при этом что-нибудь уронит на него.

Помимо работы по дому служанки исполняли роль сексуальных игрушек, поэтому она обучала их и в этой области. Для отработки навыков она использовала мужчин-големов. Если кто из девушек был бесталанен в сексуальной игре, их ждала печальная участь. Перед смертью они проходили через такие изощрённые сексуальные издевательства, что остальные, глядя на них, старались изо всех сил.

Благодаря такой методике вскоре у Даджи был штат великолепно выдрессированных рабынь, которые беспрекословно исполняли любые его желания, вплоть до самых диких.

Довольный её трудами, он похвалил Миреллу и вскользь обронил, что она выполнила свою часть сделки. «Господин, значит, я вольна уйти?» — спросила она с замиранием сердца. «Возможно, — ответил он и добавил: — Давай решим это завтра».

Все дни, что Мирелла провела в его поместье, их связывали чисто деловые отношения. Для сексуальных услуг Даджи брал в спальню новых девушек, чтобы проверить, как она их обучила. Но в ночь перед уходом он потребовал, чтобы она служила ему сама, мол, для сравнения она должна провести мастер-класс. Словосочетание было ей не знакомо, но догадаться, что оно значит, не составляло особого труда.

За свои умения в постели она не волновалась, но это был Даджи. Он не был бы самим собой, будь всё так просто. Опасность крылась в том, что он любил совмещать сексуальные удовольствия с кулинарными, а это значило, что шутка про печень ведьмы могла перестать быть таковой.

Встревоженная перспективой закончить дни в желудке демона, Мирелла превзошла самоё себя. Шестым чувством она предугадывала желания Даджи ещё до того, как они зарождались в его изощрённом уме, чем удивила даже его. Возможно, поэтому он был необычно ласков с ней.

Она таяла от его нежных прикосновений, но при этом не забывала, что при малейшей оплошности он вспорет ей живот и всё же вырвет печень, невзирая на её зрелый возраст и отсутствие невинности. И хорошо, если так. Мгновенная смерть её не пугала, но она знала, прежде чем убить, демон обязательно пропустит её через такую боль и унижения, что она будет мечтать о смерти лишь бы избавиться от них.

Опасения оказались напрасны. Даджи явно понравился её мастер-класс. Когда он скрылся в соседней комнате — по всей видимости, справить нужду — Мирелла не посмела уйти без его разрешения.

Ожидание затянулось, и она, подойдя к туалетному столику, заглянула в открытые шкатулки с драгоценностями. Ожерелья, браслеты, кольца, шпильки для волос и прочие украшения — всё это было настоящим, а не создано колдовством, и потому стоило баснословных денег.

Чтобы избежать соблазна, она спрятала руки за спину и собиралась уже отойти от столика, как вдруг заметила, что справа, на самом краю, стоит ещё одна шкатулка. Обтянутая тёмно-зелёной крокодильей кожей и украшенная изумрудами, она выглядела довольно скромно и, в отличие от других, была закрыта. Не удержавшись, она приоткрыла крышку и зажмурилась от блеска, ударившего в глаза. Шкатулку до самого верха наполняли гранёные алмазы.

Подивившись богатству демона, Мирелла нагнулась за небольшой шестигранной книжечкой, которую уронила, когда открывала шкатулку. Обложка у неё была из той же тёмно-зелёной крокодильей кожи, поэтому она приняла её за часть крышки. При виде пустого гнезда в центре книжечки, где явно был крупный изумруд, у неё засосало под ложечкой. Ища потерянный камень, она нагнулась и тут услышала, что Даджи возвращается. При ходьбе он ступал совершенно бесшумно, но его выдавал шелест шёлковых одеяний.

В панике она сунула книжечку в потайной карман на юбке и смахнула со столика деревянный гребень, посчитав, что при падении ему ничего не грозит.

— Что ты там делаешь? — раздался голос Даджи.

— Господин, я хотела заплести вам волосы, но уронила гребень, — отозвалась Мирелла.

Она встала, и её сердце ухнуло вниз. От гребня отлетел один из зубцов, а Даджи любил именно его, поскольку гребень был вырезан из ветки грушевого дерева, которое повсюду следовало за ним.

— Мать-земля! — до смерти перепуганная, она рухнула на колени. — Господин, я заслуживаю смерти! Накажите меня!

Глаза взбешённого демона сверкнули, и он потянулся за плёткой.

Конечно, Мирелле основательно досталось, но далеко не так сильно, как она ожидала. Всего-то пару раз потеряв сознание, она доползла до своей комнаты и вскарабкалась на лежанку. Первым делом она вызвала самую старшую из служанок и, связав её наговором, вытянула из неё жизненную силу, чтобы пустить её на лечение. Сначала исчезла боль в истерзанной спине, а затем началось то, что Даджи называл ускоренной регенерацией. Поэтому наутро она была уже как огурчик — то есть ещё зеленоватая на лицо, но держалась с прежней грацией и изяществом.

Не успела она порадоваться тому, что осталась при своей печени, как Даджи снова её удивил: он сказал, что она свободна и даже вручил ей подарок — белый нефритовый браслет, который снял со своей руки.

Это была невиданная честь; растроганная Мирелла низко поклонилась и довольно искренне поблагодарила его за оказанную милость, после чего без промедления направилась к воротам. Когда дорогу обступил лес, скрывший