Читать книгу - "Бастард рода Неллеров. Книга 11 - Серг Усов"

герцогство, Готлинское графство, и, кто такой его преподобие аббат Степ, все прекрасно знают, а сны хозяина этого придорожного заведения я и вовсе в начале года исцелил от травмы, по вине которой он мог остаться калекой на всю жизнь. Постояльцы тоже не возмущались, освобождая уже оплаченные номера и общие комнаты. Да тут вообще, если разобраться, моё царство, могу делать в этих краях, что захочу. Даже в столовом зале на столах вместо бросания костей посетители теперь играют в домино, шашки и нарды. Кто придумал эти игры, ни для кого не секрет. А уж сколько дополнительных доходов за счёт продажи получала обитель, только мы с казначеем знаем. Увы, увы, этот денежный поток постепенно сходит на минималку. Сволочи-плагиаторы развелись повсюду, и копируют мои задумки, пользуясь полным отсутствием какого-либо понятия об авторском праве.

Мне, понятно, нашёлся отдельный номер, который я разделил с Карлом, остальным пришлось тесниться гораздо сильнее. Но это по всякому лучше, чем ночевать под открытым небом.

С утра можно было не торопиться, до монастыря отсюда всего половину дня пути, но нетерпение гнало меня в дорогу. И встал рано, и толком сам не позавтракал, и своим людям не дал засиживаться. Выехали на тракт, едва предрассветный сумрак рассеялся. Дождь прекратился, правда, чувствую, ненадолго. Но всё равно оставшееся до родного дома расстояние собираюсь проделать верхом. Не сахарный, не растаю.

— Алиса, что решила? — спросил у лейтенанта-мага, когда показалась развилка, где наша колонна съедет в сторону от тракта.

Её решение мне и так понятно. Если бы захотела расстаться со мной, приобрела бы себе вьючных лошадей и перегрузила на них всё своё добро, которое сейчас везут в четвёртом фургоне. Однако, хочу получить официальный ответ.

— Остаюсь, если не прогоняешь, — улыбнулась миледи Паттер.

— Вот и замечательно, — киваю одобрительно. — Кир, осторожней! — предупреждаю своего наставника по рукопашному бою, когда тот неловко повернулся в седле.

— Я держусь, господин. — уверил он меня.

В дороге позволяю себе немного лениться. Вместо ежедневных утренних тренировок провожу их теперь только тогда, когда мы ночуем на постоялых дворах, и при том, не и-и, а или-или, то есть, либо с Карлом на мечах, либо с Бирюком на кулаках.

Наставника я прихватил с собой из Рансбура, он с радостью согласился, и оплата ему обещана приличная, и служба очень престижная, самому прославленному аббату Степу Неллерскому, и поле деятельности у него будет широкое. Киру предстоит теперь заниматься не только со мной, но и обучать набранный мною перед отъездом в столицу отряд юных спецназовцев.

Сейчас с ними занимается бывший войсковой разведчик сержант Арчи Добнес, тоже, как и мой Эрик, когда-то служивший под руководством легендарного капитана Ронова — вот, кого бы мне заполучить к себе, да только, где ж его найти? — и исцелённый мною от увечий бывший акробат Лео Тимас, молодой двадцатилетний парень, у которого, иногда мне кажется, вообще костей нет. Один учит моих юношей ножевому бою, скрытности, владению удавкой, схваткам на клинках, чтению следов в лесах и полях, другой быть вёрткими как ужи и ловкими как обезьяны. Теперь вот пусть Бирюк научит драться. Хочу ещё в отряд и девушек привлечь. А что? Я ж мужским шовинизмом не страдаю, и вообще за равноправие полов, тем более, что в Паргее с этим вопросом намного справедливей, чем было когда-то на Земле в аналогичную эпоху.

— Вон и Стремянка, — сообщил с улыбкой милорд Монский, когда показался недавно отремонтированный мост через речку, служившую восточной границей моих земель.

— Слава Создателю, наконец-то вернулись, — я пришпориваю коня.

Глава 2

Специально ведь послал вперёд сержанта Торела, чтобы тот предупредил: никаких торжественных встреч — шеф, то есть, его преподобие милорд Степ Неллерский приедет сильно уставшим и ему лишь бы побыстрее привести себя в порядок и хорошенько отдохнуть. Да куда там, мои ближайшие помощники решили посвоевольничать и устроили настоящее шоу. Реально прям цирк с конями.

В принципе я их понимаю, доходы монастыря под моим чутким руководством увеличились почти втрое и это не предел, а вместе с доходами растёт и благополучие братьев. Это лишь на первый и очень наивный взгляд может показаться, что священнослужителям ничего не нужно окромя славы Создателю, в реальности все любят хорошо поесть, жить в тепле и относительном комфорте, носить украшения, а, главное, пожалуй, у каждого из братьев есть о ком заботиться. Все ж они не с неба свалились, у каждого имеются родственники, а у иных и внебрачные, понятно, дети. Вот и славят меня мои подчинённые искренне, даже преднастоятель нашей обители, младший баронет Михаил и тот постепенно признал моё превосходство, перестал держать камень за пазухой.

Перед рогатками на въезде в поселение — а у меня здесь теперь, если разобраться, целый городок тысячи на две с половиной населения, и это если считать без паломников, приезжих торговцев с их обслугой и охраной и путешественников — во главе отряда конников из двух десятков братьев в сверкающих бронзовых латных доспехах, выстроившихся по обе стороны дороги, нас встречает мой наставник лейтенант Макс, чей нагрудник украшен золотой насечкой в виде жезла Создателя и отходящих от него в стороны лучей. Я у него такого ещё не видел, новинка. Не зря я, получается, переманил к себе из Готлина мастера-гравировщика по металлам с его подмастерьями.

За почётным караулом, перегораживая дорогу, располагается пешая делегация из моих заместителя и ближайших помощников, вырядившихся в чёрные парадные сутаны — преднастоятель Михаил по центру, брат Георг, управляющий монастырским хозяйством, и наш главный лекарь брат Симон слева, а справа от преднастоятеля братья Алекс и старичок Валерий, наши казначей и главный библиотекарь, и лейтенант сыска Николас, а дальше напирают на плотное оцепление из созданной мною сводной роты наёмных копейщиков и арбалетчиков толпы из свободных от службы монахов, жителей поселения и паломников.

Где-то мелькают дети и даже рабы, впрочем, первые в основном оккупировали крыши домов. В обычные дни ребятню бы прогнали и наказали, нечего черепицу или дранку ломать, но сегодня гонять их просто некому, всё поселение не смогло удержаться, чтобы не выйти мне навстречу.

Но дольше всего мой взгляд задержался на стоявшей у поворота к воротам обители в окружении десятка верховых дружинников в цветах Дитонского графства карете. Юлиана! Прав был её отец, а мой дядя епископ Рональд, она примчалась сюда раньше меня. Я тоже тебя люблю, кузина!

А вот моих будущих