Читать книгу - "Фантастика 2026-44 - Мария Александровна Ермакова"

нами была невидимая грань. Общая. Закрытая для других.

Я прошёл мимо неё и остановился на ступенях.

Солнце коснулось башен. Над академией снова взошёл свет, как будто ничего не было. Но в моей памяти навсегда останется голос Пьера Албана. Его уверенность. Его догадка. Его почти неуловимое:

— Ты сделал это. Я знаю.

И, быть может, он действительно знал.

Но в этой партии он проиграл, увы.

* * *

Прошла неделя после отъезда Албана. Жизнь в Академии шла своим чередом, будто никто никогда не падал замертво в зале Совета, будто не умирали старосты, будто всё это было не более чем ночным кошмаром, из которого можно проснуться.

И даже Я сам начал верить, что так оно и было.

Пока однажды вечером, спускаясь в библиотеку, не застал старика ассасина за странным занятием. Он стоял у запретной полки, тщательно сметая пыль с тома, которого я раньше там не видел. На корешке — алый воск и чёрный знак: руна смерти.

— Поздновато для чтения, старик. Уже спать пора— сказал я.

Он даже не вздрогнул.

— Ты бы удивился, Демид, как часто всё начинается с простой книги. И как часто ей же все и заканчивается.

Я хотел уйти. Но остановился. Что-то в его голосе, в манере держаться…

— Скажи, старик, ты знал, что это я убил старост? Верно? Ведь кроме нас с тобой в этих стенах нет настоящих убийц. — сказал я.

Он закрыл книгу, медленно, с удовольствием.

— Конечно же, знал. Именно поэтому Я и помог тебе.

Время будто сжалось. Сердце ударило — глухо, громко.

— Что… что ты сделал? Как ты мне помог?

Старик подошёл ко мне ближе, чем когда-либо. Его глаза были совершенно иными — не глаза архивного крысиного мудреца, а хищные, выжидающие.

— Вальтер был слабым звеном в этой цепочке. Я пришёл к нему поздней ночью. Он плакал, умолял, стоял на коленях. Но он написал все-таки это письмо. Я подвесил его на балке. Остальное ты и сам прекрасно знаешь.

Я отступил на шаг.

— Зачем? Зачем ты это сделал? Я бы справился и сам, без лишней смерти на твоих руках.

— Потому что ты нужен Ордену… Наш человек, среди людей, обычных людей. Герой в глазах студентов. И тень за спиной Совета. Без тебя, все не будет иметь абсолютно никакого значени.

Он положил руку мне на плечо.

— А ты думал, ты выжил сам? Ну выжил может и да, а вот остался незамеченным при помощи меня. Не благодари.

Я стоял, и молчал. Просто смотрел куда-то в даль, за горизонт. В этот момент, я по настоящему впервые почувствовал, что я не один в этом мире и обо мне есть кому ещё подумать. Потому что я важен. Я важен для старика, для Ивана, для Алины и для каждого из погибших моих братьев из Ордена Ассасинов.

Он ушёл, оставив за собой только запах библиотечной пыли и чернил.

И я понял: убийства хоть пока и закончились. Но главная игра — только началась. За одну неделю, я победил сразу нескольких своих врагов, но это были лишь только несколько маленьких шагов к моей цели номер один.

После того, как я несколько часов просто скитался по свободной от всех запретов территории Академии, я услышал общее объявление, которое по магии передали даже в самые отдаленные ее уголки:

«Срочный сбор всего студенческого состава в главном зале. Через пятнадцать минут. Явка обязательна»

Мне даже стало интересного, для чего это нас всех решили так срочно собрать и я отправился в назначенное место…

Глава 13

Любопытство настолько сильно **жгло** меня изнутри, что я очень быстро добрался до точки сбора студентов.

Я вошёл в главный зал Академии и ощутил, как воздух буквально дрожит от сотен чужих голосов. Здесь были все. Все, кто остался после убийства трёх старост. После… моей расправы над ними. Над теми, кто пытался меня убить и помешать моим грандиозным планам.

Было что-то странное в том, чтобы видеть их лица сейчас. Кто-то явно избегал смотреть в мою сторону. Кто-то, наоборот, изучал меня слишком пристально. Будто знал. Или подозревал в чём-то. Хотя почему «в чём-то»? Было точно понятно, в чём.

В центре зала стояла огромная, заранее подготовленная сцена. На ней — ректор Артемий Кайзер, остальные преподаватели, а за их спинами — магический символ Академии: феникс, вспыхивающий багровым огнём. Это был знак траура по умершим. Символ того, что Академия потеряла своего старшего старосту… и не только.

Вальтера… Даже после смерти всё ещё ощущалось его присутствие в этих стенах…

Он умер. Или, как предпочитали говорить некоторые — «не справился с грузом и решил всё это закончить».

— Тихо всем! — голос Кайзера разом перекрыл все разговоры. — Сегодня собрание касается не только памяти ушедшего от нас Вальтера, — заговорил ректор, его голос звучал тяжело, но твёрдо. — В первую очередь давайте почтим его память минутой молчания.

Зал погрузился в полную тишину. Было настолько тихо, что во всём зале было даже слышно урчание живота бедолаги, который стоял рядом со мной. Потом ректор продолжил:

— Сегодня мы официально объявляем, что на следующей неделе будут проходить выборы нового старшего старосты!

Шёпот прошёл по рядам студентов, как ветер по полю ядовитых цветов. Я не стал садиться. Просто стоял, сцепив руки за спиной, прислонившись к стене, наблюдая.

— По закону Академии, — продолжал ректор, — старший староста выбирается из студентов не ниже третьего ранга. И… с учётом последних событий мы решили, что выбор должен быть открытым. Все, кто соответствует уровню, могут выдвинуть свою кандидатуру прямо сейчас.

Некоторые тут же оживились. Я заметил, как один из старост, Антон Орлов, **надел** на своё лицо белоснежную улыбку. Он явно хотел предложить свою кандидатуру.

— Кандидаты, выйдите вперёд, — бросил в воздух Артемий Кайзер.

Орлов вышел первым, и долгое время он был единственным кандидатом на пост старшего.

— Никто больше не хочет выдвинуть свою кандидатуру? — спросил кто-то из профессоров. — Все? Выборов не будет?

Я видел, как взгляды вдруг обратились ко мне.

Некоторые — с какой-то надеждой. Некоторые — с видимой завистью. Один из прихвостней Вальтера — с ненавистью. Как же это читалось в его взгляде.

И тогда я шагнул вперёд. Медленно. Молча. А потом заговорил.

— Демид Алиазов выдвигает себя в кандидаты, — произнёс я.

Тишина сгустилась. Как перед грозой. А потом её прорезал голос Кайзера:

— Два кандидата. Предвыборная гонкатначинается с завтрашнего дня. А пока… — он сделал паузу, и его взгляд на миг задержался на мне. —