Читать книгу - ""Фантастика 2026-212". Компиляция. Книги 1-25 - Владимир Матвеев"

Поднявшись к себе в номер, она взяла телефон и обнаружила несколько пропущенных. Три были от Боба, и Катарину кольнуло раскаяние. Но при этом пришла мысль, что, ответь она на звонок, пришлось бы бросать все и возвращаться в отель. Тогда не было бы дивных мгновений, которые ей довелось пережить.

«Неужели я не имею права побыть беззаботной, счастливой? Почему я убеждена, что всем должна: матери, отцу, мачехе, работодателям, теперь вот Давиду и Бобу?»

Кроме Боба, ей звонили еще дважды, причем совсем недавно. Номер был незнакомый. Катарина задумалась, кто бы это мог быть. По работе?

Не успела она сказать себе, что нужно будет — перезвонят, как телефон в ее руке разразился призывной трелью.

— Слушаю, — проговорила Катарина.

— Это Анастасия, — тихо отозвалась трубка. — Простите, вы заняты. Думаете, что за назойливый кретин трезвонит и трезвонит, никак не уймется.

— Я уезжала на прогулку и забыла взять телефон. Только что возвратилась. Как вы, Анастасия? Собиралась зайти к вам, проведать.

«Врушка! Врушка!»

— В самом деле? — обрадовалась женщина. — Не могли бы вы тогда прийти прямо сейчас?

Катарина пообещала.

Дверь номера оказалась не заперта. Внутри было сумрачно и холодно: хозяйка задернула плотные шторы и включила кондиционер на полную мощность. Катарине показалось, что она шагнула в погреб. Кожа покрылась мурашками.

— Заприте дверь, будьте любезны. Я ждала вас, поэтому заранее открыла, — произнесла Анастасия.

Катарина не сразу ее заметила: женщина сидела в кресле в дальнем, темном углу. Посреди номера стояли три больших чемодана.

— Уезжаете? — спросила Катарина, защелкивая замок.

— У меня оплачена еще одна неделя, но да. Уезжаю. Утром. Потому и попросила вас прийти сейчас. Присаживайтесь.

Анастасия кивком указала на диванчик слева от себя. Перед ним стоял стеклянный столик, на столике — бутылка минеральной воды, сухие крекеры и зеленые яблоки.

— Угощайтесь. Простите, у меня нет сил поухаживать за вами.

— Я не голодна, спасибо, — отказалась Катарина. — Вам хуже? Что сказал врач?

Рассмотреть лицо Анастасии в полумраке не удавалось. И неудобно пялиться, если человек явно этого не желает.

— Хуже? — Анастасия хрипло рассмеялась. — Не знаю, что сказать. За день я превратилась из молодой женщины в старую развалину. Местный врач лепечет дурь про витамины, питательные маски, аллергию и диету. Мой косметолог отказывается со мной говорить после того, как я наорала на нее и выслала фотографии. Она считает, я издеваюсь над ней: таких радикальных, как она выразилась, изменений быть не может. Человек не способен стариться с такой скоростью. Шут с ней, с этой бабой. Только и умеет, что выкачивать из людей деньги. Никакого толку от нее. Теперь я знаю, в чем дело, поэтому и позвонила, позвала.

Катарина почувствовала, что ее начинает бить дрожь (вовсе не из-за студеного кондиционированного воздуха). Захотелось уйти, стало страшно, словно женщина в кресле была не живым, нормальным человеком, а чудовищем из сновидения.

— Но почему вы…

Анастасия протянула руку и включила торшер, который стоял возле нее.

На мгновение в комнате вспыхнул свет, и Катарина увидела лицо Анастасии. Сдержать крик не получилось, и, прежде чем свет вновь погас, она увидела, что Анастасия улыбается полубезумной улыбкой, словно радуясь, что ей удалось хорошенько разыграть гостью.

«Это маска?»

Катарина была не в состоянии поверить увиденному.

Лампа вновь погасла, и из темноты раздалось:

— Если у вас есть грехи, дорогая, будьте готовы к тому, что это место вытащит их из вашей души. И пропечатает крупными буквами прямо на лице!

Глава двенадцатая

Катарина порывалась вскочить и убежать: казалось, комната сжимается вокруг нее, стены съезжаются и давят с боков, потолок опускается, как пресс, грозя раздавить. Слишком мало воздуха, слишком много боли. Женщина в кресле откачивала воздух из пространства, взамен насыщая все кругом ядовитыми парами.

Но Катарина не могла уйти, прервать ее, заставить замолчать, а потому сидела и слушала монотонный, лишенный интонаций голос.

— Я убила свою сестру, — произнесла Анастасия. — Не буквально, конечно. Не брала в руки нож, не стреляла из пистолета, не толкала с высоты, не подсыпала отраву в еду. Но все равно убила. А ведь я любила Данку, ее смерть убила и меня тоже, только я не сразу поняла это.

… Они были погодками: Данка — старшая. Внешне и по характеру сестры были совершенно разными, их примешь скорее за соседок, чем за сестер. У Данки — светлая голова, она всегда хорошо училась, учителя восторгались ее умом, памятью и трудолюбием. Данка была погружена в мир книг, ее не интересовали наряды и мальчики, свидания и развлечения — то, что составляло центр мира для Анастасии.

Младшая сестра слыла признанной красавицей: черноокая, большеглазая, с пухлым ртом и аккуратным носиком, копной кудрей и манящей фигурой. На нее оглядывались на улицах, мужчины всех возрастов смотрели с вожделением.

Данка просиживала дни напролет за учебниками, Анастасия крутила романы и перебирала ухажеров. Позади остались школьные годы, Данка продолжала учиться дальше, а Анастасия вышла замуж и уехала в Италию.

Брак, который обещал оказаться удачным, вылился в катастрофу. Муж ревновал, устраивал сцены, но главное — был патологически скуп, держал юную жену в черном теле.

Итогом стал развод. Разочарованная Анастасия вернулась в Боснию и Герцеговину, приехала к родителям. Возвратилась на неопределенный срок, планируя зализать раны и ринуться в новую битву за счастливую семейную жизнь. Но дома ее ждал удар.

Тихоня-сестрица, которая жила, уткнувшись носом в очередную книгу, оказывается, нашла парня — да какого! Ее избранник был красив, умен, богат, перспективен, из хорошей семьи и души не чаял в Данке.

Сестра была на седьмом небе от счастья.

Данка влюбилась впервые в жизни, окружающие (и она сама) не сомневались: эта любовь окажется единственной. У цельных, глубоких натур, у серьезных, погруженных в себя людей, напрочь лишенных хитрости, легковесности, чаще всего так и бывает. Данка сделала выбор и не изменила бы ему до конца дней.

Но на арену вышла младшая сестра. Не сказать, что жених Данки был ей нужен или чересчур понравился, ее попросту злила несправедливость! Анастасия сделала ставку на свою красоту — и провалилась. Данка методично шла к вершинам профессионального успеха — и попутно отхватила то, что Анастасия считала принадлежащим ей. Она не могла допустить этого, не могла простить сестру, хоть и не было за Данкой никакой вины.

Поэтому Анастасия пошла напролом, проехалась по жизни сестры и ее будущего мужа, как большегруз на большой скорости. Если красивая, эффектная, соблазнительная женщина ставит целью завладеть вниманием мужчины, ей это, чаще всего, удается. Ибо слаб человек.

Она умело подчеркивала, выставляла