Читать книгу - "Корсаков. Том 4 - Владимир Кощеев"

class="p1">Следующей серьёзной пациенткой стала одиннадцатилетняя девочка с тяжёлой врождённой недостаточностью. С ней было намного проще, кардиология давалась мне значительно легче. Как будто у моего дара имелись внутренние бонусы на работу с сердечно-сосудистой системой. По ощущениям — на четверть меньше расхода сил и на столько же лучше отзывчивость тканей.

Когда я закончил, будить пациентку не стал, просто кивнул её матери, сидящей в палате и ждущей приговора. Она попыталась поблагодарить, но слова не вышли из сдавленного от нервов горла, а я не стал задерживаться.

— Удачи вам с дочерью, — с вежливой улыбкой произнёс я, прежде чем покинуть палату.

Ещё два часа пролетели за исцелением пациентов с куда меньшими проблемами. И несмотря на то что всё же приходилось работать всерьёз, я чувствовал себя практически в отпуске. После всех тех, через кого меня тащил Метёлкин, после восстановления мозгов, обычные болезни и травмы давались настолько легко, что я поймал себя на том, что улыбаюсь.

— Последний пациент, ваше сиятельство, — проговорил заведующий, когда мы приблизились к дальней палате. — Валентин Олегович Трубецкой, сорок три года, системная красная волчанка.

Я кивнул, не став спрашивать, из тех ли самых этот Трубецкой. А просто вошёл в палату, и сразу же стало очевидно — из тех самых. Дорогие вещи в гардеробе, личный слуга. Трость с инкрустацией бриллиантами. Часы с личным вензелем прошлого императора.

— Ваше сиятельство, — первым поприветствовал меня он. — Рад, что успел вас увидеть. Дотянуть было сложно.

Слуга не пошевелился, когда я прошёл к постели.

— Это взаимно, Валентин Олегович. Вы готовы?

— Давно, — подтвердил Трубецкой, после чего добавил: — К любому исходу.

Я приподнял бровь, и тот пояснил:

— При дворе болтают, что вы не самый лучший выбор наследницы престола, — озвучил он. — Я, конечно, так не считаю, иначе бы меня здесь не было. Но слухи не на пустых местах возникают.

— И вы не боитесь говорить это мне до того, как я начну вас исцелять? — усмехнулся я.

— Именно поэтому я говорю это до того, как всё произойдёт, — кивнул он. — Трубецкие не вчера стали благородным родом, Иван Владимирович, честь для нас не пустой звук. Теперь можете приступать.

Я кивнул и занялся делом.

И на этот раз пришлось выложиться на полную. Потому что уничтожать в теле Трубецкого было нечего, только править системы организма. А это требовало куда большего контроля и сил, чем могло бы показаться со стороны.

Я не был медиком, не знал, какие именно сейчас в этом мире существуют лекарства. Я работал напрямую с телом. И видел сложность процесса исцеления. И если обычная медицина вот такое лечит, уважать врачей следовало больше. Потому что-то, что я делал, было магией, а обычные люди, способные повторить это с помощью науки, настоящие чудотворцы.

Наконец, я закончил. Руки отваливались, в голове звенело, перед глазами расплывались круги. Но передо мной лежал здоровый человек, который больше не будет страдать. По крайней мере, в ближайшее время.

Слуга Трубецкого помог мне подняться, вручил кружку со сладким чаем, который я выпил едва ли не залпом. Стало полегче, но не настолько, чтобы я мог бегать и прыгать полным сил. Не падать уже было достижением.

— Спасибо, — кивнул я, возвращая ёмкость.

— С его сиятельством теперь всё будет в порядке? — уточнил он.

— От волчанки я его исцелил, общее здоровье подтянул, — ответил я. — Как будет дальше, ничего гарантировать не могу, все мы смертны. Он проспит ещё около часа, после этого можно выписываться. Можно разбудить и раньше, но организму нужен отдых, а мне что-то подсказывает, что граф Трубецкой не из тех, кто праздно лежит на диване.

Слуга чуть улыбнулся и поклонился уже глубже.

— Спасибо, ваше сиятельство.

Я выбрался на свежий воздух, где меня ждал Марк Миронович. Заведующий заметил мой бледный вид, но изображать испуг и тревогу не стал. Целитель, который выглядит, как восставший труп — явление рядовое, если целитель действительно работает.

— Пройдёмте в мой кабинет, ваше сиятельство? — по-деловому уточнил он.

— В кабинет, — кивнул я. — И распорядитесь подать чай. Есть я сейчас не готов, но попить сладкого смогу.

* * *

На столе заведующего лежали три папки.

— Первый объект, — придвигая ближайшую ко мне, объявил Марк Миронович. — Бывший реабилитационный центр в Одинцово. Самый быстрый вариант, через четыре месяца можно принимать первых пациентов. Но это именно восстановительный комплекс, а не полноценный госпиталь. А потому под ваши требования потребуется полноценное перепрофилирование. Стоимость самого комплекса — миллиард восемьсот тысяч рублей. Если исходить из цен сейчас, то перестройка обойдётся ещё в девятьсот миллионов рублей.

Я кивнул и открыл обложку.

Окончательное решение будет за главой рода, но это не мешало мне ознакомиться с объектом самому. В конце концов, у главы корпуса целителей не так много свободного времени, да и мне тоже нужно понимать, где мы, возможно, станем работать, когда Ясенево станет чисто родовой лечебницей.

— Дальше, — проговорил заведующий, и ко мне направилась вторая папка. — Недостроенный частный медицинский центр на Новой Риге. Цена покупки — три миллиарда и четыреста миллионов рублей. Стройка не была завершена, у владельца кончились средства, на доведение центра до ума потребуются десять месяцев подготовки и ещё два и шесть миллиардов рублей. Но этот центр планировался как элитное заведение, есть места для хирургии, реанимации, полноценной диагностики. Идеальный вариант, если вы хотите превратить нашу лечебницу в действительно хороший госпиталь.

Я просмотрел и эти документы.

Что можно было сказать? Инвестиции, которые не успели окупиться. Но не потому, что деньги кончились. Их просто стало некому платить — бывший владелец скоропостижно скончался в застенках жандармерии. Потому что его фамилию я видел среди списка казнокрадов, связанных с «Сибирскими кедрами».

Но проект и фотографии с места действительно выглядели многообещающе.

— Третий вариант.

Я поднял голову на последнюю папку. Марк Миронович открыл её сразу, демонстрируя мне план и фотографии места.

— Санаторный комплекс у Истринского водохранилища, — озвучил заведующий. — Стоимость покупки и перепрофилирования — три и шесть миллиарда рублей. Много корпусов, идеален для длительного пребывания пациентов, закрытая территория и возможность быстро разгрузить нашу лечебницу в Ясенево. Но туда сложнее будет возить срочных пациентов, комплекс располагается за пределами Москвы, и быстро туда не попадёшь. К тому же там потребуется не просто несколько машин, привязанных к госпиталю, а полноценный