Читать книгу - "Трансцендентные - Стивен Бакстер"

Я бы прилетел в Англию, чтобы встретиться с ним лично, если бы мог.

Но даже когда мы обсуждали это, я размышлял о том, что здесь произошло, и в уголке своего сознания задавался вопросом, что произошло бы, если бы все эти залежи ледяного метана по всему периметру полюсов планеты решили отдать свои сокровища в одной мощной глобальной отрыжке. На океанском мире, в укрытии флиттера, Рит продолжил образование Алии.

— Ты еще подумала о том, что я тебе сказал?

— Ты мне ничего не сказал, — кисло сказала она. — Ничего, кроме этого списка названий. Последствия этого и того…

Он рассмеялся. — Неопределенного срока жизни. Непосредственного общения. Зарождающегося сознания.

— Что я должна думать? Это просто названия!

— Разве этого недостаточно? Алия, ты думаешь, у меня есть для тебя набор учебников? Стать Трансцендентной — это процесс познания самого себя.

— Ты имеешь в виду, что я должна во всем разобраться?

— Ты можешь обнаружить в себе больше мудрости, чем представляешь себе. Давай начнем, например, с первого этапа…

— Неопределенное долголетие.

— Как думаешь, что это значит?

Она подумала об этом. — Не умирать.

— Почему это важно?

— Потому что Трансцендентность была создана бессмертными. — Каждый ребенок знал это, хотя это звучало не иначе, как страшная история.

— Как думаешь, возможно ли экстремальное долголетие?

Она пожала плечами. — На "Норде" мы рассчитываем дожить до пятисот лет или около того, если не произойдет несчастных случаев. Во времена Майкла Пула редко кому удавалось прожить больше ста лет. Несомненно, можно было бы придумать лечение, которое полностью остановило бы процесс старения.

— Пилюля бессмертия?

— Да.

— А если бы у меня была такая таблетка и я дал бы ее тебе, ты бы ожидала, что будешь жить вечно?

— Не вечно. Несчастные случаи будут всегда. Эта дурацкая платформа может взлететь и сбросить меня в море в любую секунду.

Он рассмеялся. — Да. Значит, неумирающая, если не бессмертная. Но, по статистике, если повезет, ты могла бы рассчитывать на гораздо большую продолжительность жизни. Фактически, неопределенную продолжительность жизни.

— Неопределенное долголетие.

Он улыбнулся. — Видишь ли, мы не просто берем эти термины из воздуха. И что бы ты от этого почувствовала?

— Это был бы замечательный подарок. Так много дополнительной жизни…

— Не говори банальностей, детка, — сказал он.

Она была застигнута врасплох; он редко огрызался на нее.

— Подумай об этом, — сказал он. — Предположим, это было бы правдой. Что бы ты чувствовала?

Знать, что однажды ты непременно умрешь, — это одно. Знать, что есть, по крайней мере, шанс, что ты можешь жить дальше, и дальше, и дальше, без ограничений, изменило бы все. Как бы она себя чувствовала? — По-другому.

— Как? А как насчет других людей? Ты только что крепко поссорилась со своей семьей. Отнеслась бы ты к этому по-другому, если бы подумала, что тебе, возможно, предстоит прожить еще тысячелетия?

— Я бы вообще не поссорилась, — сразу же сказала она. Если бы ее мать умерла до того, как они смогли помириться, Алия всегда сожалела бы об этом. И если бы она прожила десятки тысячелетий или больше, это неразрешимое сожаление выжгло бы ее душу. — В конце концов, это свело бы меня с ума. Если бы я знала, что не умру, я бы постаралась не делать ничего, о чем мне, возможно, придется сожалеть вечно.

— Ты бы стала осторожнее.

— Я бы не наживала врагов. И не причинила бы вреда своим друзьям. — Но я могла бы даже не заводить друзей, подумала она, если бы знала, что не могу остаться с ними навсегда — или, что еще хуже, пережить их.

Рит наблюдал за ней, словно пытаясь проследить за ходом ее мыслей. — Что еще? Я знаю, что ты скользящая. Я завидую тебе в этом! Но настоящий кайф от скольжения связан с риском, не так ли? Сейчас, при нынешнем положении вещей, если бы с тобой произошел несчастный случай, если бы тебе удалось покончить с собой, ты бы отказалась от нескольких столетий жизни. Но что, если бы ты рисковала тысячелетиями — неопределенным будущим?

Она фыркнула. — Мне было бы гораздо больше что терять. Ты не думаешь об этом сознательно, когда пьешь, но… если бы я приняла твою таблетку, я бы никогда не вышла из своей комнаты!

— Предположим, твоя сестра была бы сейчас здесь, с нами, и упала бы в море. Ты бы попыталась спасти ее?

— Да.

— Ты бы рискнула своей жизнью, чтобы спасти ее?

— Да!

— Даже ценой ста тысяч лет существования?

— Я… — Она покачала головой.

— Как, по-твоему, другие люди отнеслись бы к тебе?

— Они возненавидели бы меня, — немедленно сказала она. — Они бы позавидовали мне — отвернулись от меня.

— Из-за твоей долгой жизни? Даже если бы они знали, что твое долголетие состоялось с определенной целью, для их собственного улучшения?

— Даже так. Никто не смирился бы с тем фактом, что я буду жить, когда они обратятся в прах. Я бы так думала. Мне пришлось бы прятаться… — Она покачала головой. — Это был бы какой-то подарок! Я была бы парализована мыслью обо всем этом будущем. Мне пришлось бы спрятаться.

— Думаю, ты начинаешь понимать, — сказал он. — Получить неограниченное долголетие, освободиться от ограниченной продолжительности жизни — это постепенное изменение, подобное превращению льда в воду, полная трансформация. И тебе пришлось бы найти способ действовать, внести свой вклад в мир людей, изменить ситуацию к лучшему, даже несмотря на то, что над тобой висит огромный груз времени.

— Почему я должна действовать?

— Потому что для величайших проектов из всех необходима долговечность. Человеческая жизнь слишком коротка, чтобы накопить истинную мудрость. К тому времени, как ты поймешь, как все работает, ты уже стареешь, теряешь свои способности, умираешь.

— Но Майкл Пул прожил меньше столетия.

— Верно. Удивительно, что эти бедные архаики достигли всего, чего достигли!

— Рит, если бы я стала Трансцендентной, что было бы с моей семьей?

— Они не смогли бы последовать за тобой, —