Читать книгу - "Фантастика 2026-181 - Маргарита Блинова"

штурма, устроенного прямо в полете, было решено не лететь в нашу городскую квартиру, в центре столицы, а сделать небольшой крюк и долететь до летней дачи.

Мясник приземлился за домом, рассчитав все так, чтобы не снести крылом плодовые деревья и оказаться на свободном пятачке, заросшем травой.

При покупке папа надеялся разбить в этом месте грядки, а мама обустроить пышный цветник. Они даже разок поссорились на тему, что лучше. Мама победила с перевесом в один-единственный аргумент: «Я к твоим грядкам не подойду, сам ухаживать будешь».

Но пока оба работали и делали карьеры, о грядках и цветниках никто предусмотрительно не вспоминал, и потому здесь вовсю хозяйничали дикий хрен да крапива.

Мясник, изрядно проголодавшийся после долгого полета, из любопытства куснул высокую траву и долго отплевывался, сердито рыча на всю такую бесчувственную к его пищевой трагедии меня за то, что не предупредила о подставе заранее.

— Ну извини! — не слишком-то искренне повинилась я, съезжая по черному боку завра вниз и с головой ныряя в жгучие заросли.

Крапива с энтузиазмом соскучившейся бабушки распахнула для меня свои колючие объятия, как следует приложившись ко всем незащищенным местам. Взвизгнув для храбрости, я рванула вперед, загораживая лицо руками, и выскочила на каменную дорожку, ведущую к задней двери.

— Холодно, — заметил тиграй, входя следом за мной в дом.

Тела некронавтов имели уникальную способность восстанавливать прежнее состояние, поэтому крапива не оказала на Мела никакого существенного эффекта. Чего нельзя было сказать обо мне.

— А ты чего хотел? — старательно расчесывая «укушенные» руки, поинтересовалась я. — Горячей ванны и свежего ужина на столе?

— К слову, про ужин… — многозначительно обронил Мел, глядя куда-то поверх моего плеча.

Заинтригованная до кончиков зудящих пальцев, я круто развернулась и ошарашенно уставилась туда, куда смотрел наставник.

Между двух кресел под полупрозрачным колпаком стазиса стоял круглый столик, сервированный для чьего-то очень-очень позднего ужина. Чайник, мясо в пузатом горшочке, несколько видов салатов, блюдце с кусочком торта…

Сглотнув набежавшую слюну, я сделала неуверенный шаг к столу с яствами и услышала характерное звяканье связки ключей. Кто-то хотел войти в дом с главного входа.

— Прячемся, — шепнула я, рыбкой ныряя за спинку ближайшего кресла.

Тиграй замер посреди комнаты. Целую секунду варианты «поиграем в прятки» и «вырубим гостя» колебались на весах сомнения, а после склонились в пользу первого. Мел крутанул посохом и спрятался за дверью.

Ключ нашел замочную скважину, и дверь поддалась. Звякнула брошенная на подставку связка. Вспыхнул под потолком свет.

Ночной визитер сделал несколько уверенных шагов по коридору, оказался на пороге гостиной и напряженно замер, с подозрением оглядывая пространство комнаты.

— Господа, — тоном «я знаю, что вы здесь» холодно проронил мужчина. — Мой рабочий день заканчивается в семь…

— Папа!

Лекция 12. О семейной истории и встрече разбитых сердец

Теперь я знаю: папа всегда рядом и на моей стороне.

— Папа! — воскликнула я, с радостным визгом бросаясь к нему на шею.

— Рианка!

Мы стиснули друг друга в таких крепких объятиях, что захрустели кости, перестало хватать кислорода в легких (это у меня) и увлажнились глаза (это уже у обоих).

Зажмурившись, я мысленно перенеслась в детство, когда папа возвращался после работы и я с разбегу прыгала на него, а он подхватывал на руки, кружил, щекотал и смеялся на всю прихожую. Уткнулась лицом в отцовскую рубашку и почувствовала себя в абсолютной безопасности. Я почувствовала, что дома.

Ведь дом — это не место, а ощущение, что тебя любят и ждут.

Дом — академия З. А. В. Р. и факультет звездокрылов.

Дом — это Кристен Арктанхау.

Дом — это папа.

— Здравствуйте, господин Нэш, — вышел из своего укрытия тиграй. — А мы вас искали.

Папа цепким взглядом оценил Мела и как противника, и как защитника, и в целом как компанию для своей ненаглядной доченьки. Кажется, счел ее приемлемой.

— Что же… — протянул он и указал взглядом на прикрытый колпаком стазиса ужин. — Тогда предлагаю переместиться на кухню.

Все дружно поддержали это предложение. Я схватила мисочки с салатами. Папа взял чайник и тарелку с десертом. Тиграй посмотрел на оставшееся и взял весь стол разом.

— Рассказывайте, — ультимативно потребовал отец, когда все расселись за столом и разложили еду по тарелкам.

Я мысленно посовещалась со здравым смыслом и решительно доверила роль рассказчика Мелу. Он старше, мудрее и… мне за глаза и за уши хватило матушкиной реакции на мою дружбу с звездокрылом.

Конечно, огромного Мясника в крапиве не спрячешь, но сейчас есть вопросы поважнее. И вообще, лучше не грузить папу лишней информацией.

Потом.

Сюрпризом будет.

Тиграй не подвел. Он четко и обстоятельно пересказал весь свой путь сюда, что заняло от силы пару минут, после чего требовательно уставился на Хейнера:

— А что случилось с вами, господин Нэш? Почему лечебница так внезапно закрылась? И куда делась адептка Знающая?

— Значит, я был прав… В академии предатель… — невпопад пробормотал отец и замер, уставившись в окно отсутствующим взглядом.

Мясник, старательно подслушивающий под этим самым окном, скорчил презрительную морду. Мол, сами жрете, а я? Как лететь сломя крылья, так «Покатай нас, большой звездокрыл», а как настает черед пожевать чего-то вкусненького, так сразу: «Ну ты же не будешь яичницу!»

— Господин Нэш? — позвал некронавт.

Папа вздрогнул от неожиданности, спохватился и отложил вилку.

— В начале осени мне написал ректор Кай-Танаш, — начал он издалека. — Его тревожил твой порез на руке, неожиданная реакция тела и то, как изменился состав крови после всего этого… Дариан попросил найти и прислать ему медицинские карты десяти пациентов и кое-какую другую информацию, которую он сам не смог добыть по своим каналам. Надежные люди дали мне наводку на одну лечебницу, где лежала странная пациентка.

— Это была Таина Знающая?

— Да, — кивнул папа. — Я прибыл в Озерный и обнаружил, что загадочная пациентка уже очень долгое время находится между жизнью и смертью. По словам очевидцев, девушка утонула в одном из водоемов долины Семи Озер, но…

— Но? — нахмурилась я, каким-то шестым чувством понимая, что сейчас речь пойдет о чем-то, что мне сильно не понравится.

И не прогадала.

— На ее правой руке порез, Риана. Почти такой же, как у тебя. Она дышит самостоятельно, но не может прийти в себя. И