Читать книгу - "Первый новой ветви - Юджин Никитин"

— Здравствуйте Алексей Николаевич, и в правду, представление было действительно не лишним. В прошлую нашу встречу вы были Беловым.

— Ну да, действительно. — Алексей улыбнулся короткой улыбкой — Многое изменилось, отныне я действительно отныне Белодревов.

— И что же вас привело в мой дом господин Белодревов?

— Мне кажется у нас с вами как у двух взрослых людей есть настоящая тема для обсуждения. И я был бы действительно благодарен если вы сможете выслушать, то с чем я к вам пришёл.

— Признаюсь вы действительно меня заинтриговали. Так что думаю смогу уделить время вашему вопросу. Прошу присаживайтесь — Иван Георгиевич указал на одно из кресел, расположенных в стороне от рабочего стола, вокруг небольшого журнального столика, а сам занял другое, напротив.

— Я бы назвал скорее этот вопрос нашим, чем только моим. — присаживаясь в предложенное кресло, кивнув в благодарность за этот акт вежливости, проговорил Белодревов.

— Ну если вы готовы объяснить причину почему этот вопрос наш, я вас выслушаю.

— Иван Георгиевич, не буду ходить вокруг да около, скажу прямо что наши взаимоотношения далеки от не то что идеальных, они и от мирных далеки.

— Ну это мне ничего нового не открывает на самом деле. Потери и неприятности что вы умудрились нам доставить достаточно свежи в моей памяти. — Борисов криво ухмыльнулся краешком губ, внимательно отслеживая реакцию Алексея.

В ответ Алексей лишь вздохнул и приподнял руки ладонями вперёд. Произнеся лишь одно слово.

— Туше.

— Что вы хотите этим сказать? — Иван Георгиевич нахмурился, разговор становился совсем не таким как он ожидал, и это начинало вызывать у него глухое раздражение. Раздражение от несоответствия ожиданий и реальности. Их беседа, на которую он согласился от любопытства, не давала ожидаемого ощущения разговора с подростком. И это его пусть и самую малость, но смущало.

— Я хочу сказать, что допускаю, что с вашей стороны всё выглядит совсем по-другому чем с моей. Но я пришёл сюда не для того чтобы искать истину, или тем более оправдываться в своих действиях или поступках.

— Тогда чего же вы хотите от меня? — уставший гадать Борисов откинулся в кресле, не сводя взгляда с сидящего напротив парня. При этом он непроизвольно сравнил его со своим собственным сыном и сравнение ему не понравилось. Вспыльчивый и напористый характер его Алексея, как будто был полной противоположностью такого рассудительного и спокойного ровесника, сидящего сейчас перед ним. И эта промелькнувшая на секунду мысль вызвала очередную волну раздражения.

— В общем и целом я хочу обычного временного перемирия.

— Обычного временного перемирия — осторожно проговорил Борисов — Неожиданно. Почему не мира тогда сразу? — к концу его фразы в голосе уже звучали нотки неприкрытого сарказма.

— Зачем говорить о несбыточном? — искренне удивился Алексей. — Я думаю, что никаких иллюзий в том, что вы так или иначе решите отомстить мне, пусть и, по моему мнению, по надуманному поводу, у меня нет. Так что да, говорю я, именно о временном перемирии.

— И вы так спокойно об этом говорите? — с подозрением проговорил Борисов.

— Я просто не вижу смысла нервничать из-за того, что не могу изменить — ответ Белодревова, удивил Ивана Георгиевича, хотя лицо удержать ему удалось, не показывая этого.

— Допустим это действительно так. — Борисов кивнул собственным словам. — юности свойственно некоторое легкомыслие.

— Надеюсь вы не принимаете меня за малолетнего идиота Иван Георгиевич. — резкая смена тона в очередной раз удивила Борисова.

— За идиота не принимаю. А вот за поверившего в себя юношу очень даже да. — Борисов замолчал, раздумывая над собственными словами, вернее над тем насколько они в действительности отвечают его мыслям.

— Иван Георгиевич, я не ваш вассал, не ваш подчиненный, не партнёр по какому ни будь делу, да я даже не денег у вас просить пришёл. Так что мне незачем что-то придумывать и стараться вам понравиться. И пришёл я к вам обдуманно, а не потому что вдруг резко проснулся и решил, а не сгонять ли мне в дом тех, кто желает мне смерти. Так что забудьте наконец о моём возрасте на десять минут, если это так сложно, можете просто на меня не смотреть. — голос Алексея был спокойными ровным на всём протяжении его речи.

— Не зарывайтесь — проворчал недовольно Борисов.

— Не буду — развел руками Алексей.

— Ладно, говорите, что вы хотели сказать, у меня не так уже и много времени на светские беседы. — вздохнул Борисов потирая лоб.

— Так вот, вопрос о временном перемирии это, наверное, краеугольный камень нашей беседы. Как вы сами знаете я нахожусь под временной защитой жандармского корпуса, а это значит, что попытки отправить меня на тот свет в любом случае возьмут тут-же на карандаш. И что самое прискорбное, начнут расследовать как продолжение попыток моего убийства. Не думаю, что вы этого не понимаете, это было бы вообще странно в такой ситуации. Но я прекрасно понимаю, что и без попыток меня прикончить вы можете очень сильно осложнить мне жизнь. Способов много, а какие именно я, наверное, подсказывать не буду, вдруг вы сами пока до этого не додумались. А тут я с готовым рецептом. В общем и целом, чтобы была более понятна моя позиция по этому вопросу я скажу прямо. Я полностью отдаю себе отчёт что между нашими Родами дружбы точно нет, но и вражду мы можем отсрочить на некоторое время. Если это будет конечно в ваших интересах. И вот про ваш интерес я хочу поговорить сначала. — увидев, что внимательно слушающий его Борисов не прерывает затянувшуюся речь, Алексей продолжил. — Интерес у вас может быть в этом деле простой, ещё немного власти и влияния, что может благодаря этому перемирию ваш Род приобрести.

— Продолжайте — вальяжно повёл рукой Борисов, с нескрываемым любопытством ожидая продолжения.

— Лично я вижу в этом перемирии для вашего Рода два интереса. Интерес первый, избавиться от тех, кто совсем недавно пытался подставить ваш Род.

— Конкретней о чём речь — вскинулся в один момент ставший серьезным Борисов, пытливо высматривая в лице Алексея что-то известное только ему одному.

— О подставе Иван Георгиевич, о прямой подставе вашего Рода. Ну, например, есть Новиков, теперь уже убиенный. Представим, что его последняя задумка удалась, и меня вместе с жандармом убили в той засаде по дороге в Кострому. Как считаете, если бы всё осталось шито-крыто и неизвестен настоящий убийца, что произошло бы дальше и самое главное какие