Читать книгу - "Фантастика 2026-219 - Артем Бах"

спокойно: вопреки моим ожиданиям, на западе Элегора совсем не было ни военных патрулей, ни застав. Вместо того, чтобы противостоять дворфам Аргарака, элегорцы оставили эти земли, сделав их неприглядными для своих агрессивных соседей. Солнечные лучи всё также палили со всей своей силы, пытаясь выжать из нас все соки, но в остальном путешествие казалось спокойным и беззаботным.

— Кстати, Тимур, — обратился я к Чумному Доктору. — Как Аня в последние дни? И как дела у вас двоих?

— Ну… — Тимур немного задумался, так как не был готов поддерживать такую тему разговора. — В том, что моя девушка теперь способна принимать практически любые облики, есть свой ряд преимуществ. Однако, Ане очень тяжело от того, что её истинная внешность ей совершенно неприглядна. Да и мне по нескольким причинам становится как-то неловко, когда она пребывает в обличии гоблина. Во-первых, она настолько маленькая, что невольно ассоциируется у меня с ребёнком. Во-вторых, её пасть настолько огромная, что я порой задумываюсь о том, а не откусит ли она мне половину лица. В-третьих, после стычки с хобгоблинами я невольно хватаюсь за рукоять рапиры каждый раз, когда замечаю лицо Ани боковым зрением.

— Тебе ещё повезло, что реинкарнация не поменяла её пол, — заметила Азрия. — Вот тогда бы вам двоим пришлось пройти через настоящее испытание.

— Да, это… звучит… действительно сложно. И как, вообще, быть в подобной ситуации?

— Адаптироваться, — пожала плечами Азрия. — Но в случае моей смерти, пожалуйста, не доверяйте моё воскрешение друидам из леса фей. Пусть это сделает какой-нибудь жрец. Даже жрец Минакада подойдёт.

— Если, конечно, он не воспламенится при попытке воскресить тифлинга, почитающего Первородного Бога, — произнёс Тимур, улыбнувшись уголком рта.

— Вы слишком много рассуждаете о том, что могло бы быть, что не могло бы быть и что было бы, если бы что-то было или не было бы, — скороговоркой оттарабанила Олира. — Какая разница, если сейчас ничего подобного не происходит и, вероятно, в ближайшее время не произойдёт?

— В том, чтобы обговаривать варианты развития событий и то, как лучше действовать в разных ситуациях, нет ничего плохого. Так тебя будет куда сложнее застать врасплох.

— Врасплох застать сложнее, когда ты доверяешь своим инстинктам, а не думаешь слишком много. Промедление куда опаснее поспешных решений.

— Просто ты живучий и очень сильный дракон, и твои поспешные решения обычно приводят к чужим смертям, а не твоей.

— Ну да. Если бы я не принимала решения мгновенно, то, скорее всего, была бы уже давно мертва.

— Или имела бы на один клык больше, — предположил я.

Олира недовольно хмыкнула и продолжила идти молча.

На протяжении всего дня мы так и не встретили ни единой души. Однако, ночью Азрия и Олира несколько раз видели огни в отдалении со стороны гор и скалистых утёсов. Рогатая воительница предположила, что отряды дворфов совершают вылазки на поверхность именно ночью, так как их глаза не адаптированы к солнечному свету. Иными словами, дворфы Аргарака отличаются от привычных нам дворфов физиологически, так как они поколениями жили исключительно в тёмных подземельях. По этой же причине путь, который мы избрали, был особенно опасным: мы собирались ступить на территорию агрессивно настроенного народа, который идеально видит и ориентируется в тёмных тоннелях, а нам же придётся полагаться на факела и магические огни.

К восходу солнца источники света возле гор полностью исчезли, и днём мы вновь не видели ни души, пока в очередной раз не встали на привал.

— Нам хватит еды до Алидамора? — поинтересовался я у Тимура, который пристально изучал содержимое нашей бездонной сумки.

— Нам хватит еды до Алидамора, а затем и до Одинокого Пьяницы, даже если мы проделаем весь путь пешком, заскочив по дороге в башню Далласа за Аней, — ответил Чумной Доктор. — Не переживай, к подготовке к экспедиции мы подошли ответственно.

— Эта птица ведёт себя странно, — тем временем сказала Азрия, задрав голову наверх. — Она кружит вокруг нас так, будто бы видит добычу. Да и траектория полёта у неё какая-то неправильная.

— Может быть, это ещё одна виверна? — предположил я.

— Да нет, вроде бы обыкновенный орёл.

— Это птица рух, — сказала Олира, бросив взгляд на небо.

— А, помнится, у твоего друга из Ордена Хранителей Жизни такая была, — произнёс Тимур, обратившись к Азрии. — Та, кажется, была чуть больше лошади.

— Эта чуть меньше моей драконьей формы.

Мы втроём перевели на Олиру обеспокоенные взгляды. Впрочем, в отличие от меня и Тимура, Азрия не выглядела сильно удивлённой.

— Они могут вырасти настолько огромными? — изумился Тимур. — На какой же высоте она летает?

— Сейчас узнаю, — ответила драконицу и, отойдя чуть поодаль от нас, приняла свой настоящий облик, а затем взлетела.

Завидев это, птица рух тут же помчалась от нас прочь, и мы наблюдали несколько минут за тщетными попытками Олиры её догнать. Я в очередной раз вспомнил, чем так хорошо иметь на своей стороне огромную и очень сильную драконицу, способную наводить ужас на большинство разумных существ. Даже если она слабее в одиночку, чем наш остальной отряд, её вид куда внушительнее нашего, а страх — это отличный инструмент для того, чтобы избегать лишнего кровопролития.

— Насколько я знаю, в горах Алидамора птицы рух часто водятся, — произнесла Азрия. — Днём представляют опасность они, а ночью дворфы из глубин.

— Я не думаю, что кто-нибудь на нас нападёт до того, как мы спустимся в шахты, — высказал своё мнение Тимур.

— Из-за Олиры?

— В том числе. Всё-таки поверхность не является территорией Аргарака, и отряды дворфов не станут лесть на рожон, а если и станут, то быстро одумаются, завидев древнего зелёного дракона. Настоящая опасность ждёт нас впереди.

— Быть может, нам удастся договориться с дворфами? — предположил я. — Мы идём ослаблять военную мощь Алидамора, в чём обитатели Аргарака имеют прямую заинтересованность. Нам нужно всего лишь пройти через их тоннели.

— Принцип «враг моего врага — мой друг» здесь не поможет, Лео. Мы имеем дело с двумя крайне ксенофобными государствами, привыкшими разговаривать с позиции силы или не разговаривать вовсе. До дипломатии дело не дойдёт. А ещё нам придётся знатно замарать руки. Ты готов к этому?

— Разумеется. Я не собираюсь жалеть противников, которые представляют для вас угрозу. Я