Читать книгу - "Политбюро - Вадим Владимирович Чинцов"

Дома союзов установили огромную ёлку высотой 15 метров. Украсили гирляндами, игрушками, звездой на верхушке. Пригласили 1200 детей — отличников, активистов, детей партийных работников.

Был Дед Мороз, были подарки, было представление. Дети пели советские песни, танцевали, играли. Газеты писали восторженные репортажи: «Праздник детства вернулся!». Фотографии счастливых детей публиковали на первых полосах. Это была пропагандистская акция. Но для детей это было настоящее чудо. Многие видели ёлку впервые в жизни — их родители не рисковали ставить её дома в 1920-е. Теперь ёлка была официально разрешена, более того — поощрялась. Можно было праздновать открыто, без страха.

В 1930−1940-е ёлочные игрушки отражали советскую идеологию. Делали стеклянные фигурки парашютистов, красноармейцев, самолётов, дирижаблей. На ёлке висели звёзды, серпы и молоты, портреты Ленина и Сталина. Это была политическая ёлка.

Во время войны игрушки стали военными: танки, пушки, солдаты, собаки-санитары. Производство игрушек почти остановилось, поэтому делали из бумаги, картона, бинтов. Но ёлки ставили даже на фронте — символ надежды, что война закончится и наступит мир.

Появление Сталина на секретном объекте моего министерства стало шоком для всех, и для преподавателей и инструкторов, и для детей, так как его визит был засекречен от всех, кроме его личной охраны. Помимо вождя с ним прибыли Андреев и начальник охраны Власик.

Несмотря на то, что несколько дней шел снег и только вчера вечером он прекратился, всю ночь за стенами монастыря работали пара тракторов с отвалами, расчищая дорожки между бывшими монастырскими строениями, в том числе была очищена от снега дорога к Воскресенскому собору, который удалось реставрировать до конца осени и выделяющегося своей белизной стен.

Кортеж подъехал к входу в собор и Сталин, а за ним и Андреев выбрались наружу. Внешний облик собора напоминает город, расположенный уступами на склоне горы. Каждый фасад имеет своё образное решение. Центральная часть имеет в плане форму открытого креста, увенчанного большой шлемовидной главой на высоком круглом барабане диаметром 13,2 метра. Барабан украшен изразцовым фризом с надписью, отмечающей ключевые этапы строительства.

Я, видя как заинтересовался вождь обновленным обликом собора, указал на него:

— Внутреннее убранство отличается богатым изразцовым оформлением. Изразцы использовались для создания иконостасов, наличников, порталов и декоративных поясов как внутри, так и снаружи храма. Над керамическим убранством в середине семнадцатого века работали такие мастера, как Пётр Заборский, Степан Полубес и Игнатий Максимов. Зодчими собора были московские мастера Аверкий Мокеев, Иван Белозер и другие. Великие мастера из простого народа, которые смогли создать своими руками такое чудо. Убранство и оформление храма уникальны и самобытны. В Иерусалиме, где стоит собор, с которого сделали копию, таких малахитовых изразцов, конечно же, не сыщешь. Прошу внутрь, подивитесь на чудеса, которые могли создавать простые русские люди. Напротив входа в храм установлен камень миропомазания, на котором лежал Иисус, снятый с креста. Тоже копия, конечно.

Сталин ухмыльнулся и, сняв папаху, так как он был при полном параде в маршальском мундире и маршальской шинели (так как сразу после начала войны я предложил членам Политбюро присвоить звание маршала вождю, раз они назначили его Верховным Главнокомандующим), он двинулся внутрь собора. За ним последовали остальные, так же сняв головные уборы, если уж их Хозяин обнажил свою голову.

Осмотрев храм и подивившись его красоте, вождь повернулся к Андрееву: А ты знаешь, Андрей Андреевич! Похоже Сергеев прав и мы не зря прекратили бороться с церковью.

Выйдя наружу, все опять заняли места в авто и добрались на них до бывших палат настоятеля. Внутри, узнав о прибытии важных гостей, преподаватели выстроили своих воспитанников. Оборудованный зал со сценой, на которой в середине стояла наряженная елка, лавки рядами ждали начала театрализованного представления. Здесь не было огромного портрета вождя, не было кумачовых транспарантов с безликими лозунгами. Зато стены были украшены зеленым лапником.

При виде вождя дети невольно открыли рты. Впрочем как и взрослый персонал интерната. Затем один из детей неверяще протянул:

— Да это же сам товарищ Сталин!

Директор интерната, прошедший Первую мировую и Гражданскую, крикнул:

— Ура товарищу Сталину!

От криков «Ура» у всех немного заложило уши, так как акустика здесь была отличная.

Вождь улыбнулся и скинул шинель:

— Ну что, давайте знакомиться?

Глава 9

Поначалу дети, одетые в форму, состоящую из брюк, гимнастерки, пилотки с звездочкой и начищенных до зеркального блеска ботинок, переглядывались, не решаясь нарушить построение, пока я не скомандовал:

— Воспитанники, вольно!

Тогда будто плотину прорвало: вождя обступили, пытаясь незаметно потрогать, дотронуться до гостя. Наконец один что посмелей и нахальнее, задал вождю вопрос:

— Скажите, товарищ Сталин, а правду говорят, что вы в молодости буржуев и банки грабили?

Вождь усмехнулся в усы:

— Это кто же тебе такое рассказал?

— Я когда до детдома на улице жил, то слышал, как один Вор своей марухе сказывал, что вы из Воров сами и грабежами промышляли.

На лицах преподавателей я увидел панику, однако Сталин покачал головой:

— Нет. К Иванам я тогда никакого отношения не имел, хотя на этапах с ними встречаться приходилось. Тебя как зовут?

— Миша Коровин.

— Так вот, Миша, до революции у нашей Партии не хватало денег на издание газет, изготовление прокламаций, на приобретение оружия и одним из важных источников денег для партии стали так называемые «эксы» — экспроприации. Приходилось иногда прибегать к грабежам банков и сберегательных касс. Не только мы, большевики так делали, зачинателями эксов стали защитники угнетаемых крестьян — эсеры. В одна тысяча шестом году эсеры ограбили московских купцов на рекордную сумму — почти девятьсот тысяч рублей! Это когда минимальная зарплата была всего три рубля в месяц.

Пацаны удивленно покачали головами, а вождь продолжил:

Партия РСДРП из большевиков и меньшевиков даже поругалась по этому поводу. Меньшевики считали «эксы» портящей имидж уголовкой, а Владимир Ильич Ленин в кормлении за счет классовых врагов не видел ничего плохого. Вождь пролетариата написал об этом известной притчей: «Прав был старый большевик, объяснивший казаку, в чем заключается большевизм. На вопрос казака: „а правда ли, что вы, большевики, грабите?“, — старик ответил: „Да, мы грабим награбленное“.» Самая знаменитая «экса» была затеяна будущим министром торговли СССР товарищем Красиным, что в те времена сидел на партийной кассе. А совершил грабеж мой друг, большевик Симон Тер-Петросян по кличе Камо со своей боевой группой в одна тысяча седьмом году. Атаковав инкассаторский конвой в Тифлисе, они убили и ранили двадцать пять человек, включая шестнадцать прохожих, забрав тогда то ли двести