Читать книгу - "Американец 2 - Андрей Корнеев"

— Товарищи! Вы что, ослепли⁈ Это же стратегическая победа! Мы не просто получаем ресурсы мы получаем всю Западную Африку! Мы вышибаем янки из их же «заднего двора»! Советский Союз докажет всему миру превосходство социалистической системы! Этот говнюк, как его там? Таннен… Он просто не понимает, что творит! Не умеет думать, обычный жадный до денег африканский диктатор, он продает ресурсы и получает все, он нас не пытается надуть, ему нужен золотой АК-47 и брильянты на шею, а мы получаем все! — Никита Сергеевич встал и стал расхаживать по кабинету подражая Сталину, его лицо раскраснелось от возбуждения. Наконец он обвел взглядом присутствующих, его глаза горели огнем фанатика.

— Предлагаю голосовать. Кто за то, чтобы принять предложение команданте Таннена и немедленно направить геологоразведочные экспедиции?

Руки, после мгновенной паузы, поднялись вверх. Даже Суслов, нехотя, но поднял.

— Ну вот! Единогласно! Готовьте документы к подписанию! — Ликующе воскликнул Хрущев и будто колхозник в предвкушении барышей потер руки.

Торжественная церемония и банкет

В Белом зале Дворца Республики царила атмосфера официального праздника. Если зал для совещаний правительства был красным и отделан красным деревом, то Белый зал приемов дипломатический миссий был отделан слоновой костью, мы демонстрировали богатства нашей Федерации и каждый зал имел свой цвет. Вспышки фотокамер меня практически ослепили, работали телерепортеры из СССР они снимали, как советский чрезвычайно уполномоченный посол обменивался со мной подписью, а затем мы обменялись подписанными документами. Наташа стояла среди гостей в изысканном вечернем платье, как настоящая Снежная Королева, она была великолепна. Естественно мы не могли ее не пригласить, ведь ее вклад в борьбу с эпидемией был неоценим Ее взгляд, полный смешанных чувств, был прикован ко мне я его ощущал даже спиной. Однако мне приходилось вести протокол и быть щедрым хозяином, что принимает крайне уважаемых гостей. Потому все мое поведение было максимально безупречным, наполненным холодным достоинством. Однако когда начался банкет и гости немного перебрали я нашел время и сбежал на балкон, моя Снежная Королева, как и положено агенту КГБ, довольно быстро и бесшумно оказалась со мной на балконе…

— Вас можно поздравить команданте, теперь вы самый ценный союзник Москвы и вас не растерзали ваши министры. — Тихо сказала она.

— У них была такая попытка. — Улыбнулся я девушке обернувшись…

— Хотела бы я это видеть. — Ответила она.

— Поверьте там не на что было смотреть, мерзкая сцена, меня обзывали предателем…

— Могу себе представить. — Сочувственно улыбнулась она…

— Возьмите на память о подписании договора. — Я протянул золотую монету, наш сталь…

— Чтобы жить? — Улыбнулась она…

— Чтобы жить… — Согласился я и наши пальцы встретились в тот момент когда я передавал монету…

Ранее утро спальня команданте

Наташа проснулась от того, что в комнату вошел Бифф с подносом. Аромат свежего какао и свежих африканских лепешек заполнил спальню.

— Как сам легендарный команданте умеет готовить? — Удивилась, но все же с нотками юмора и сарказма задала вопрос девушка.

— А что тебя собственно удивляет? Так-то я из простой рабочей семьи, работал «поди-подай-принеси» в кафе, я же простой парень с улицы. И я не был рожден команданте. — Сказав это улыбнулся Наташе душа ликовала и я был счастлив. Как бывает счастлив любой мужчина понимая, что его любимая девушка принадлежит ему и только ему вся без остатка.

— Да? А как же твой навык стрелять? Создавать государства, теперь все это в прошлом? — Похоже моя Наташа тоже была в великолепном настроении и если она принадлежала мне, то я принадлежал ей, чем нагло пользовалась подкалывая диктатора африканской республики.

— Все на месте и стрелять могу и деньгу чеканить, противостоять мировому империализму и даже вышивать крестиком. — Ответил я любимой.

Ты правда умеешь вышивать? — Очень искренне удивилась она, впрочем не в силах скрыть свою очаровательную улыбку.

— Нет, извини оказывается я не умею шутить, вот именно вышивать крестиком я как раз и не умею. — Честно ответил любимой, ибо обманывать любимых самое большое преступление, причем перед самим собой. Наташа не смотрела мультфильм «Простоквашино» и потому не поняла моей шутки, а жаль подумалось мне. Наверное он еще просто не вышел…

— Как же нам теперь быть Бифф? — Тихо спросила она, став серьезной и заглянула мне в глаза, в ее взгляде не читалось взгляда супер-профессионала на меня смотрела влюбленная девушка, которая не знала ответ на свой вопрос и просила помощи и защиты.

— Ну во-первых после всего, что произошло я как честный человек делаю тебе предложение, но извини колечка не готово, обвенчаемся все дела… — Начал я свою речугу.

— Фи Бифф, какое мракобесие, я атеистка, ты реально веришь в средневековые сказки? — Спросила она.

— Я верю в нашу любовь, не хочешь в церковь пойдем в мечеть, а хочешь в синагогу. — Теперь уже я стал подкалывать возлюбленную.

— А мы можем пойти просто в ЗАГС? — С улыбкой спросила она.

— Можем и просто в ЗАГС, а можем заключить брак в стенах Дворца Республики… — Ответил я…

— Меня скорее всего отзовут. Это провал Бифф, да была установка на соблазнение команданте, но точно не на брак и счастливую семейную жизнь. — С тоской в голосе ответила она.

— Любимая ты же профессионал, ну включи ты мозги, кто у меня тебя может забрать? У меня армия, надо я начну войну с Советским Союзом. — Начал я…

— Не надо. — Улыбнулась она. Посидела подумала и продолжила.

— Вообще-то ты прав, после базы в Дакаре, «Большого договора» по ресурсам, нам позволят пожениться — это будет считаться самой мелкой уступкой, опять же жена команданте агент КГБ, прямо агент в логове врага… — Она улыбнулась.

— Так уж и врага? Мы вроде союзники…

— Да, но политическая ситуация динамична и постоянно меняется, меня могут отозвать или приказать ликвидировать тебя, а я не выполню приказ. — Сообщила Наташа.

— Я тоже тебя люблю. — Признался я в любви девушке.

— Ты не понимаешь я твоя слабость, меня можно выкрасть, шантажировать тебя…

— Ну пусть попробуют… Я тогда спалю нахрен весь мир! — Наташа заглянула мне в глаза…

— Знаешь любимый, а я тебе почему-то верю…

* * *

Далее все развивалось крайне стремительно. Против нашей любви были все: мое правительство, правительство СССР. Причем по разным причинам.