Читать книгу - ""Фантастика 2026-214". Компиляция. Книги 1-22 - Игорь Валерьевич Осипов"

— Я вообще её заметила.

— Без рамки это было только похоже.

— Без меня ты сравнивал бы числа до утра.

— Без меня ты держала бы два листа у окна.

— И всё равно результат был бы тот же.

Дверь открылась.

— В таком случае зерно спасли два человека, каждый из которых совершенно не нуждался во втором, сказала Айрин.

— Войдите.

В кабинете находился советник, весь день называвший недостачу простой ошибкой писцов. Теперь он сиял так, словно сам нашёл подделку

— Кровь Спасителя, произнёс он.

— Разумеется, дети Лекса не могли не отличиться.

Айрин хмуро посмотрела на него.

— Не их кровь заметила скол и не она собрала рамку.

Советник перестал улыбаться.

— Они проверили предположение и принесли доказательство. За это их и следует хвалить. Не за отца или титулы.

Когда советник ушёл, Алексей спросил:

— А папа нашёл бы быстрее?

— Возможно.

Мальчик сник.

— А возможно, три часа спорил бы с Грымом, разобрал весь подъёмник и только потом посмотрел на накладные.

— Значит, быстрее, решил Алексей.

Анна не засмеялась. Она смотрела на закрывшуюся за советником дверь.

— Мам, а он всегда знал, что правильно?

Айрин поняла, что дочь спрашивает уже не о расследовании.

— Нет, ответила она.

— Почти никогда. Он всегда сомневался в своём выборе.

* * *

Вечером снег снова накрыл горы.

В детской горел один светильник. Алексей сидел на ковре и переделывал рамку для сравнения печатей, хотя Эрвин уже забрал документы. Анна устроилась возле окна, обхватив колени руками. Айрин принесла тёплое молоко и закрыла дверь. Дети молчали, ожидая, кто первым задаст вопрос.

Первой оказалась Анна.

— А папа знал, что нас будет двое?

— Нет. Лекари видели только одну эфирную сигнатуру. Мы все думали, что родится один мальчик.

— Алексей.

— Да. Отец сам попросил назвать его так, если не вернётся.

Алексей перестал крутить винт.

— Он просил меня так назвать?

— Просил.

Анна ещё сильнее прижала колени.

— А меня он любил, если не знал обо мне?

Айрин села на ковёр между детьми, чтобы не быть сверху над детьми.

— Он думал, что у нас будет один ребёнок. Но любил жизнь, которая должна была продолжиться после него. Он бы любил вас одинаково. Просто он не знал, что вас двое.

— Значит, меня тоже?

— Тебя тоже. И если бы узнал, сначала очень долго проверял бы расчёты лекарей, потом обвинил бы кристаллы, а потом испугался бы, что будет неправильно держать сразу двух младенцев.

Анна улыбнулась.

— Он что боялся детей?

— Он боялся всего, что мог случайно сломать и не суметь починить.

Алексей положил рамку на пол.

— Мам, он правда был героем? Не как на картинах. По-настоящему.

Айрин посмотрела на снежную темноту за окном.

— Да дети. Но не потому, что никогда не боялся и всегда выбирал правильно. Он ошибался, злился, спорил и до последнего искал другой выход. У Печати он больше всего хотел вернуться домой. Увидеть вас. Проснуться рядом со мной и хотя бы один день ничего не делать.

— Тогда почему же он не вернулся?

— Потому что понял: если уйдёт, возвращаться уже будет некуда. Печать разрушилась бы, а вместе с ней погиб бы весь Айрос. Он мог остаться только добровольно. И сказал: «Я, Алексей Воронов, выбираю остаться».

Мальчик опустил глаза. Он знал, что носит настоящее имя отца, но полное имя вслух слышал очень редко.

— Он умер?

Айрин не ответила сразу.

— Его тело исчезло со всем что было на нем. Сознание соединилось с Печатью. Я не могу сказать, жив он или мёртв, этого никто не знает.

— А кристалл?

Анна посмотрела на цепочку под её платьем.

— Молчит.

— Все восемь лет?

— Все восемь.

Алексей сжал пальцы на колене.

— Значит, он спас мир один?

— Последний самый важный выбор сделал он. Но один до Печати не дошёл бы.

— Сегодня Анна заметила скол, а ты доказал, что печати сделаны одним штампом. У них было так же, только гораздо-гораздо страшнее. Грым строил и сражался рядом с отцом. Писк сам выбрал остаться у Печати, хотя Грым пытался забрать его. Серафима сохранила свет, когда почти лишилась сил. Эринния закрыла Лекса щитом из последних сил. Крэш и остальные прикрывали их всю дорогу. А в Шпиле, Механосе, Стальгорне и Пылающих степях тысячи людей не дали миру погибнуть, пока они шли.

— Писк тоже сам выбрал? спросил Алексей.

— Сам. Грым до сих пор очень злится на него за это.

— Но оставил ему место в Зале.

— Потому что можно злиться на выбор друга и всё равно его уважать.

Анна задумалась.

— Значит, герой тоже может выбрать неправильно?

— Может. Иначе это был бы не человек, а очень удобная легенда. Мы называем их героями не потому, что каждое их решение было правильным. А потому, что в самый страшный момент они не переложили выбор на кого-то другого.

Алексей снова взял рамку.

— Папа бы всё-таки сделал её лучше.

— Наверняка, согласилась Айрин.

— А потом Писк наверняка сообщил бы, что исходная конструкция была надёжнее.

Дети засмеялись. Тяжёлый разговор не исчез совсем, но перестал лежать между ними тяжелым грузом.

Корону Анна нашла в соседнем кабинете.

Айрин оставила её на подставке после Совета. Кор-Дум выковал корону, Грым установил кристалл-связку и сделал узоры, а Лекс возложил корону на голову Айрин. Несмотря на вид, она была в руках почти не весомой, но стоило надеть на голову то сразу появлялась тяжесть. Напоминающая о бремени правления.

Анна остановилась перед подставкой.

— Можно?

Айрин кивнула.

Девочка осторожно подняла корону и надела. Корона оказалась слишком широкой и удивительно тяжелой отчего сразу сползла на уши.

Алексей сразу потянулся к центральному кристаллу.

— Даже не вздумай, строго сказала Айрин.

— Я только посмотрю, как он закреплён.

— Смотри, но не трогай.

Мальчик сцепил руки за спиной и наклонился к короне.

— Он сам выбирает короля?

— Нет. Кристалл позволяет узнать, где находиться тот, кто носит корону. И еще защищает носителя, вон та руна внутри. Людей они не выбирают.

Анна придержала корону обеими руками.

— Мам, а когда ты умрёшь, корона достанется Алексею?

— Почему это мне? возмутился брат.

— Ты сын.

— И что?

— Обычно в старых