Читать книгу - ""Фантастика 2026-214". Компиляция. Книги 1-22 - Игорь Валерьевич Осипов"

оставалось места надежде на ошибку. Даже эти шестеро шли не так, как уходили.

— Немедленно открыть ворота, сказала Айрин.

— За ними может быть погоня.

— Тогда встретите её огнём. Ворота открыть.

Внизу заскрежетали цепи. Северные ворота уцелели, но правая створка двигалась рывками по перекошенной направляющей. Дворфы навалились на рычаги, расширяя проход. Айрин уже спускалась.

Лекс увидел Шпиль, когда серебристый свет коснулся разбитой дорожной вехи. Сначала из тумана выступила вершина центральной башни. Потом стены, вернее, то, что от них осталось. Он остановился. Западная башня обрушилась. На её месте торчал обломанный каменный зуб. Часть внешней стены исчезла; пролом забили брёвнами, телегами, металлическими фермами и перевёрнутыми надгробными плитами. Над крышами висел дым. На площади белели ряды полотна. Слишком длинные.

Когда отряд уходил, Шпиль был ранен. Теперь он напоминал зверя, которого пытались растерзать и бросили лишь потому, что тот всё ещё огрызался.

— Стоит, с носилок прохрипел Грым.

— Да всё ещё стоит, повторил Лекс.

Дом удержался. Айрин точно была там. Их ребёнок был там. Но радость сразу смешалась с болью, стоило вновь заметить белые полотнища.

— Нас, кажется, увидели, сказал Сайр.

На стене вспыхнули три сигнальных огня. Ворота медленно разошлись. Крэш попытался выпрямиться.

— Сайр, а ну ка отпусти меня.

— Нет.

— Я не войду в город как куль.

— Тогда войдёшь упрямым кулём.

Сайр ещё крепче подхватил его. Крэш оскалился, но спорить перестал. За воротами уже собирались люди: стража, лекари, ремонтные бригады, раненые из ближайшего лазарета. Кто-то выкрикнул имя Лекса. Потом над двором прокатилось одно слово:

— Они вернулись!

Люди смеялись и плакали. Дворф ударил кулаком по нагруднику. Орк поднял топор и заревел так, что с карниза посыпалась крошка. Лекс почти не слышал их. Он искал одно лицо. Айрин вышла из ворот. Первые шаги она сделала медленно, словно боялась спугнуть видение. Потом заметила кровь на его лице, разорванную броню, почерневший металл на плече и побежала.

Лекс шагнул навстречу. Она врезалась в него всем телом и обхватила так крепко, что отозвались рёбра. Он уткнулся лицом в её волосы. Они пахли дымом, потом и горькими травами из лазарета. Не так, как в вечер перед уходом. Лучше, потому что были настоящими.

— Я вернулся, сказал он.

— Ты обещал.

Айрин отстранилась, провела пальцами по его виску и небритой щеке, будто проверяя, не исчезнет ли он от прикосновения. Затем взяла его ладонь и положила себе на живот.

Ребёнок толкнулся. Как будто здороваясь с отцом. Лекс закрыл глаза. В Городе Призраков ему предлагали мир, где никто не умирал, потому что никто не выбирал. Здесь под ладонью была истинная жизнь, упрямая, непредсказуемая, свободная.

— Я здесь, прошептал он.

— Знаю.

На несколько мгновений остались только они трое. С носилок донёсся голос Грыма:

— Если нежности закончились… снимите меня с этих проклятых палок. Спина уже отваливается. Писк повернул сканер к нему.

— Грым тяжёлый. Писк тоже устал.

— Предатель.

Дроид вдруг поднялся над грудью дворфа.

— Требуется помощь! Немедленно!

Кхар и Рах опустили носилки. Левой ноги Грыма ниже колена не было. Почерневший жгут удерживал кровь, культю прикрывала серебристая пластина Писка, но по краям снова проступала краснота. Окружавшие ворота дворфы замолчали. Молодой кузнец потянулся к ремню молота Кор-Дума. Пальцы Грыма сжали рукоять.

— Не трогай. Он идёт со мной.

Кузнец отступил и коротко ударил кулаком по груди.

— Хельга? — спросил Грым.

— В Стальгорне. Жива. Они с Кователем удержали Великую кузницу.

Дворф выдохнул.

— Значит, ещё не всё сломали.

Лекари подкатили настоящие носилки. Кхар не хотел уступать их, пока Грым не хлопнул его по шее.

— Отпусти. А то люди решат, что я тебе понравился.

— Ты слишком маленький.

— Это не ответ.

Грыма унесли в лазарет. Писк сидел у него на груди, обхватив манипулятором ремень жгута. Крэш держался дольше. Из толпы вышла молодая драконида в лекарской перевязи. На её щеке не хватало нескольких чешуек. Увидев почерневшую руку вожака, она прикрыла пасть ладонью.

— Вождь…

— Врач, поправил Крэш.

— Вождь сейчас занят глупостями.

— Вы же учили нас не ходить с открытой раной.

— Значит, урок запомнила. Сколько наших?

Радость на лицах драконидов погасла.

— Среди драконидов, державших Шпиль, девяносто два погибли, сорок один пропал во время вылазок. Двадцать семь погибших, из Пепельной Чешуи.

— Дети?

— Те, кого успели увести на нижние уровни, все живы.

Крэш выдохнул.

— Тогда не всё ещё потеряно.

Колени подогнулись. Лекари подхватили его, пока Рах коротко перечислял повреждения: заражение после нити Ткача, раны плеча и бока, повторная кровопотеря, возможны множественные переломы костей.

— Не слушайте его, сказал Рах.

— Половину дороги он притворялся врачом, чтобы не быть больным.

— Я врач.

— Сегодня нет.

Крэша унесли следом. Толпа расступалась перед носилками. Несколько минут назад здесь кричали от радости; теперь молчали. Ждали героев с древним оружием, способным закончить войну. Увидели шестерых, которых дорога пережевала и не успела проглотить. Выплюнула как нечто несъедобное.

Лекс видел перед собой такой же израненный город. Почти на каждом встречном была повязка. Молодой человек опирался на костыль. У дворфа вместо кисти торчал свежий деревянный протез. Женщина прижимала ребёнка к груди, а за её спиной на стене углём было выведено имя погибшего. Айрин всё ещё держала Лекса за руку.

— Сколько? спросил он.

Она ответила без уточнений по памяти:

— Тысяча сто сорок погибших с начала осады. До вашего ухода было семьсот восемнадцать. За эти три с половиной дня списки выросли ещё на четыреста двадцать два имени. Пропавших, сто восемьдесят три. Тяжелораненых, больше двух тысяч. Лекс снова посмотрел на белые полотнища.

— Шпиль?

— Западная башня и часть внешней стены потеряны. Жнец прорвался на стену; Ирэн и Эринния отбросили его, но не уничтожили. После этого пришла новая волна. Мы удержались. Едва.

— Механос?

— Стоит. Потерял южные ворота, мост и несколько нижних улиц. Клык, Шило и Грук живы.

— Стальгорн?

— Тоже ещё держится. Главные врата разрушены. Морбус дошёл до Великой кузницы, но Хельга и Кователь удержали её. Хорошего в мире осталось слишком мало. Айрин коснулась футляра на груди Лекса. Серебристый свет просачивался сквозь швы. Вопрос боялись задать все. Первой решилась женщина с ребёнком:

— Получилось?

Двор затих. Удалось ли? Или всё было зря? Лекс расстегнул верхний замок футляра и приоткрыл крышку. Серебристый свет лёг на камни. Пепел