Читать книгу - ""Фантастика 2026-34". Компиляция. Книги 1-22 - Сергей Чернов"

голос Шрама прозвучал сухо и ровно, разрезав влажную духоту переулка. — У нас две минуты до начала фазы. Батист, ты берешь черный ход. Подавишь их огнем, когда они попрут через кухню. Ландо, мы заходим через крышу. Снимаешь часовых на верхнем ярусе, дальше работаем в паре по спирали вниз.

— А если эти славянские медведи решат пойти на прорыв? — Ландо передернул затвор пистолета-пулемета, проверяя фиксацию глушителя. В его глазах плясали нездоровые, азартные огоньки.

— Значит, убьем их на улице, — спокойно ответил командир. — Но интерфейс дает девяносто процентов вероятности, что они окопаются в VIP-зоне на втором этаже. Там бронированные двери.

— Девяносто процентов, — хмыкнул Батист, тяжело поднимаясь на ноги. Амуниция на его массивном теле зловеще лязгнула. — Ненавижу, когда яйцеголовые лезут со своей математикой в нашу грязную работу. Я предпочитаю старые добрые сто процентов крупного калибра.

— Считай это бонусом к зарплате, — бросил Пьер.

Таймер в углу обзора отсчитывал последние секунды. Наемник опустил тактические очки на глаза, мир вокруг мгновенно окрасился в оттенки зеленого и серого. Температура тела, тепловые следы, структурные слабости стен — все слилось в единую симфонию тактических данных. Шрам поднял винтовку, чувствуя, как привычно тяжелеет оружие в руках.

Корпорация купила их навыки. Система дала им зрение. Но нажимать на спусковой крючок по-прежнему приходилось самому, забирая чужие жизни под аккомпанемент дождя, который наконец-то обрушился на неоновые улицы Сеула.

— Пошли, — коротко скомандовал ветеран, растворяясь в темноте пожарной лестницы. Охота началась.

ТОГДА

Вентилятор под прогнившим соломенным потолком портовой таверны «Слепая макака» не разгонял зной. Искореженные пластиковые лопасти лишь лениво кромсали густой, липкий воздух, перемешивая запахи гниющей на берегу ламинарии, пролитого пальмового самогона и застарелой человеческой грязи. Занзибар медленно плавился в экваториальной печи, выжигая из людей последние остатки воли.

Пьер сидел в самом темном углу заведения. Шершавая поверхность деревянного стола была усеяна мутными липкими кольцами от стаканов. Французский легион остался далеко в прошлом, как и любые иллюзии о чести, братстве и благородных войнах. Сейчас их крошечный отряд представлял собой просто стаю бродячих псов, чудом выживших после отвратительной мясорубки в Мозамбике. Деньги заканчивались, патронов оставалось меньше, чем грязных бинтов, а перспектив не предвиделось вовсе.

Ландо методично, с глухим стуком всаживал метательные ножи в опорную балку, игнорируя недовольные взгляды бармена. Батист дремал, положив пудовые, покрытые ссадинами кулаки на колени. Его дыхание было тяжелым и ровным, как работа дизельного генератора.

Тень перекрыла слепящий прямоугольник дверного проема. В таверну шагнул человек, чье появление здесь выглядело абсурднее снега в Сахаре. Безупречно скроенный кремовый костюм из итальянского льна, тонкий шелковый галстук, дорогие оксфорды, нетерпеливо стряхивающие африканскую пыль. За спиной визитера безмолвными истуканами застыли двое азиатов. Широкие плечи, мертвые глаза, характерные выпуклости под пиджаками.

— Какая живописная дыра, — брезгливо процедил незнакомец на английском с легким миланским акцентом. Визитер извлек из нагрудного кармана платок и прижал к носу. — Господин Дюбуа. Или мне называть вас Шрамом?

Ветеран медленно поднял взгляд. Пальцы правой руки привычно и абсолютно бесшумно скользнули к рукояти спрятанного под курткой «Глока». Ландо перестал метать сталь, застыв в расслабленной, но готовой к смертельному броску позе. Батист даже не открыл глаз, но ритм его грудной клетки неуловимо изменился — пулеметчик проснулся и оценивал сектора обстрела.

— Называй как хочешь, если пришел с деньгами, — хрипло бросил командир. — Если принес проблемы — лучше сразу ищи выход.

— Меня зовут Данте, — итальянец плавно опустился на скрипучий стул напротив. Телохранители остались у входа, перекрывая пути отступления. — Консильери корпорации «Омникроп». Итало-корейский капитал, передовые технологии, амбициозные цели. Нам нужны люди, которые умеют решать вопросы. Грубо, надежно и без моральных терзаний.

— Мы похожи на корпоративных клерков? — оскалился Ландо, поигрывая лезвием. — Ты ошибся континентом, макаронник.

Один из азиатов у двери едва заметно дернулся, но Данте остановил его коротким жестом.

— Вы похожи на кучку оборванцев, допивающих последние гроши после африканской бойни, — холодно парировал консильери. — Ваш послужной список у меня на столе. Мали, Сирия, ЦАР. Выживаемость сто процентов, эффективность максимальная. Но сейчас вы гниете в этой канаве. Я предлагаю выход. Трансфер в Сеул. Полная медицинская очистка, экипировка высшего класса и контракт. Очень щедрый контракт.

— И кого нужно умножить на ноль за такую щедрость? — подал голос Батист, наконец открывая маленькие, посаженные глубоко глаза.

— Всех, — Данте позволил себе тонкую, змеиную улыбку. — Русская мафия, китайские триады, корейские синдикаты. Корпорация зачищает плацдарм для нового бизнеса. Нам нужен хирургический скальпель, но в виде кувалды. Если справитесь с тестовым заданием, получите собственную ЧВК под нашей эгидой. Соглашайтесь. У вас все равно нет будущего, кроме безымянной ямы в саванне.

Внутренний голос командира молчал. Выбирать не приходилось. Жара, вонь и безысходность давили сильнее любых аргументов.

— Вылет когда? — сухо спросил наемник.

Азия ударила по восприятию оглушающим контрастом. Зной и грязь черного континента смыло стерильным, выверенным до градуса холодом корпоративных небоскребов. Частный борт доставил их в закрытый медицинский комплекс на окраине Инчхона. Никаких окон, матово-белые стены, ровное гудение мощных вентиляционных систем.

В просторной душевой пахло озоном и антисептиком. Горячая вода с остервенением била по напряженным мышцам, вымывая из пор ржавую пыль, запекшуюся чужую кровь и въедливый запах пороха. Шрам стоял под тугими струями, равнодушно наблюдая, как вода у его ног окрашивается в серо-бурый цвет. Африка неохотно отпускала своих пленников.

Рядом фыркал Батист, ожесточенно растирая необъятные плечи жесткой синтетической губкой.

— Если эти яйцеголовые предложат мне сделать педикюр, я сверну шею первому же лаборанту, — проворчал здоровяк, выплевывая мыльную пену.

— Расслабься, медведь, — донесся из соседней кабинки насмешливый голос Ландо. — Я уже заказал массаж и местных девочек. Надеюсь, корпоративный соцпакет покрывает лечение от экзотических болезней.

Бриться пришлось у длинного зеркала, освещенного безжалостными люминесцентными лампами. Пьер водил опасной бритвой по впалым щекам, счищая жесткую, как проволока, многонедельную щетину. На него смотрело практически незнакомое лицо. Резкие, заострившиеся черты, тяжелый прищур выцветших глаз, белесая полоса старого шрама, рассекающая левую бровь и уходящая к виску. Идеальный исполнитель.

В раздевалке их ждала новая шкура. Матово-черная тактическая ткань, усиленные кевларовые вставки, разгрузки, ботинки с бесшумной подошвой. Экипировка сидела как влитая, словно портные снимали мерки прямо в полете. Никаких знаков различия, шевронов или именных планок. Только пустота, функциональность и смерть.

Операционная напоминала отсек орбитальной станции. Полированный металл, россыпь мониторов, суетящиеся