Читать книгу - ""Фантастика 2026-213". Компиляция. Книги 1-28 - Леонид Демиров"

— Поздравляю, князь! Звёзды говорят, что это удачный брак. Мой подарок скромен, но данная астрологическая карта подтверждает, что вы с женой благословлены самим Небом и его владыкой Господином Солнце.

Юный жрец вложил в ладонь первосвященника белоснежный свиток, со свисающей на золотом шнуре алой печатью, и на его лице появилось торжественное выражение.

— На колени! — приказал Клермон своим людям и дёрнул за рукав замешкавшуюся Татьяну. — Благодарю вас, господин Священный Посланник. Ваш приход для нас великая честь. Это знаменательное событие войдёт в исторические хроники нашего рода и даст моим потомкам законный повод для гордости. Пожалуйста, не уходите, освятите наш скромный пир своим присутствием. Слуги! Отдельный стол и всё самое лучшее для дорогих гостей!

— Не вижу причин для отказа, — снизошёл до просьбы хозяина Сын Неба и по его знаку присутствующие поднялись с колен. — Господа, давайте пить и веселиться. Ведь отдавая должное еде и напиткам, мы славим всемилостивого Господина Солнце. Да будет свет, да сгинет тьма!

— Да будет свет, да сгинет тьма! — поддержал его хор слаженных голосов.

Гости снова уселись за столы и начали оживлённо переговариваться. Благословение самого Сына Неба действительно было невиданной честью. Даже по великим праздникам он не часто появлялся перед паствой, к тому же на нём всегда была маска, оттого самой узнаваемой деталью его облика служила золотая многолучевая корона. Увидеть первосвященника так близко, вдобавок без маски — уже само по себе являлось знаменательным событием. Оттого присутствующие на княжеском пиру пребывали в сильнейшем волнении.

Когда они сели на свои места за столом, Татьяна склонилась к Клермону.

— Это мой наставник, если ты его не узнал. Тсс! Пожалуйста, не называй его по имени, — шепнула она ему на ухо.

Клермон сжал её пальцы, показывая, что понял, и пристально посмотрел на жреца, без подсказки он не узнал бы Даджи.

«Если это маскарад, то плохи мои дела. Свадьба, освящённая самозванцем, вызовет не просто насмешки, это основательно подорвёт мой авторитет», — он встретился глазами с Ладмоном, и тот отрицательно качнул головой. «Не беспокойся, он не самозванец. Кар-до-Рис предложил его кандидатуру на роль Сына Неба, и я её одобрил. Так что проблем не будет», — раздался в его голове мысленный голос.

«Слава Матери-земле!» — успокоился Клермон и, видя, что первосвященник, глядя на него, держит кубок, протянул свой слуге, чтобы тот налил ему вина.

— За ваше здоровье, князь, — сказал Даджи вслух, а затем мысленно добавил: «Счастья и любви, Маленький принц! Я желаю вам с Татьяной всего самого лучшего. И впредь не опасайся меня. Вижу, ты ещё не понял, что ты мне друг. Но теперь, когда ты это знаешь, веди себя по-дружески, хорошо?»

Клермон смерил его долгим взглядом.

— Благодарю, Священный Посланник. В свою очередь я хочу выпить за крепость дружеских уз.

— Да будет так! — с улыбкой откликнулся первосвященник, и оба, прежде чем выпить, подняли руки в клятвенном жесте.

Это породило множество кривотолков. Сплетники сошлись на том, что североводский князь пользуется особым расположением первосвященника, и в этом они были правы. Тем более что впоследствии больше никто не удостоился чести его личного посещения.

Отбыл Сын Неба гораздо зрелищнее, чем прибыл. Стоя на открытой террасе, предназначенной для знати, он вместе со всеми некоторое время любовался праздничным салютом, а затем начал медленно подниматься в небесную высь. Причём его окружало такое яркое золотое сияние, что оно затмило собой огненные краски фейерверка, расцветившие тьму.

Хотя трисцы были привычны к чудесам, тем не менее это зрелище очень впечатлило присутствующих. Все как один опустились на колени и до тех пор благоговейно смотрели на возносящегося Сына Неба, пока он не превратился в яркую звезду на чёрном осеннем небе, которую впоследствии нарекли его именем.

После чудесного появления новой звезды,[54] гостей развели по покоям, где они могли бы отдохнуть и привести себя в порядок. Большинство женщин и некоторые из мужчин преклонного возраста решили, что с них достаточно вина, еды и потрясений, и отправились спать, чтобы утром со свежими силами пуститься в путь, поскольку несколько часов езды в карете по ухабистой дороге были нешуточным испытанием даже для молодых. Остальные гости продолжили пировать, тем более что с уходом жрецов началось самое веселье. На театральные подмостки поочерёдно выходили певцы, танцоры, циркачи и актёры, разыгрывающие забавные репризы. Но основное действо происходило за пиршественными столами, где в неспешных беседах складывались новые и укреплялись старые деловые связи.

Во второй части празднества молодожёны участвовали недолго. Первой увели невесту, чтобы подготовить её к брачной ночи, затем настала очередь жениха, и он, напутствуемый скабрёзными советами, отправился исполнять супружеский долг.

Спустя некоторое время свидетельница чести невесты и шафер жениха вышли к гостям. Под сыгранные музыкантами фанфары они развернули простынь со следами крови, что вызвало усмешку у тех, кто был посвящён в семейные дела князя, тем не менее никто не опротестовал чистоту новобрачной. Разве что молодой слуга, обслуживающий гостей, злобно оскалился, но тут же опомнился и поспешно опустил голову. Дождавшись распоряжения старшего о смене блюд на столах, он вышел из пиршественного зала, но отправился не к кухне, а насторожённо оглянулся и скользнул в коридор, ведущий к княжеской опочивальне.

Княгиня Савика сразу же узнала внука, скрывающегося под личиной слуги, но промолчала. Когда Цейм ушёл из пиршественного зала, она встала и, попрощавшись со знакомыми, тоже вышла. Некоторое время она колебалась, но родная кровь всё же была ей дороже, и она в сопровождении служанок отправилась к себе, где сразу же улеглась в кровать. Хотя время было уже позднее и сказывалась усталость, вызванная праздничной суетой, тем не менее сон бежал от её глаз. Она напряжённо прислушивалась, но так и не дождалась ни звона оружия, ни встревоженных криков. Временами, заставляя её вздрагивать, доносились лишь пьяные мужские голоса и женский смех.

Не вынеся неизвестности, старая княгиня отправила служанку, чтобы она разузнала, что творится в поместье. Вернувшись, девушка доложила, что гости разошлись по отведённым им комнатам, слуги занимаются уборкой, а к спальне князя её не пустила стража, но в том крыле тоже всё тихо.

«Нужно идти. Чует моё сердце, что Цейм в беде», — вздохнула старая княгиня. Служанка помогла ей одеться, и она, взяв трость, отправилась выручать внука. На подходах к крылу князя её действительно встретила стража.

Выступивший вперёд старший караула насторожённо посмотрел на