Читать книгу - "Антропогенный фактор - Виталий Забирко"

— С Сильвером? — удивленно переспросил я. — С чего это вы Гримура так называете? Коммодор ведь не седой…[1]

— При чем здесь седина? — покосился на меня Борацци, но тут же понял. — Ах, вы об этимологии имени… Не я один, все его так за глаза зовут. Был в древности одноногий пират с таким именем. У Гримура с ним много общего: ходит, будто на костылях, вечно мрачный, живет в полутьме… Да еще эта клетка с пауком.

«Надо же, — подумал я, — выходит, не у одного меня возникла ассоциация с романом Стивенсона».

— Между прочим, Вольдемар, вы мне должны бутылку ха-арошего коньяку! — неожиданно заявил Борацци.

— За Куги?

— А за что же еще? Такое животное дорогого стоит. По-дружески, почти за бесценок уступаю.

— А подушка с антигравитационной прослойкой вас не устроит?

Борацци глубоко затянулся, шумно выдохнул, и я понял, почему у него сегодня прекрасное настроение. К запаху табачного дыма примешивался запах перегара.

— Скаредный вы, однако, человек… — иронично заметил он.

— Бутылку, так бутылку, — согласился я. — Но качество не обещаю. Я еще в свой бар не заглядывал.

— Как минимум, одна бутылка хорошего коньяку должна быть, — заверил Рустам. — Фирма всем презентовала.

— Договорились, — сказал я, протягивая руку для прощания. — Как только, так сразу.

Борацци словно не заметил моей руки.

— А у меня сейчас как раз это самое «только», — сообщил он. — И я не против «сразу».

— Не-ет! — рассмеялся я. — Сейчас не получится. Мне еще кое-что по работе предстоит сделать. Но за мной не заржавеет.

— Надеюсь… — разочарованно вздохнул медиколог и пожал мою руку. Но не выпустил, а придержал в своей. — Кстати, вы — единственный из персонала, кто еще не прошел медицинское обследование.

— Зачем? Я на Земле прошел все необходимые тесты. Вы получили мою медицинскую карту?

— Получил… Но не заглядывал. Я из тех практикующих медикологов, которые не бумагам верят, а собственным глазам.

— А я из тех пациентов, которые обращаются к мtдикологам только в случае крайней необходимости, — парировал я. Вот уж чего не собирался кому-либо позволить, так это своего медицинского освидетельствования. Разве что в виде трупа.

— Да?

— Да.

Он наконец отпустил мою руку.

— А легочно-мембранный респиратор вам имплантировали?

— Само собой.

— Тогда — воля ваша…

— Всего доброго, — пожелал я на прощание.

— Взаимно… — разочарованно вздохнул Борацци.

Проходя мимо коттеджа Ютты, я непроизвольно бросил взгляд на крыльцо. Лучше бы с ней повстречаться, чем с подвыпившим Борацци. Увы…

Куги встретил меня без ожидаемого проявления собачьей преданности. Сонно зевнул, потерся о ноги и поплелся за мной в спальню. Понятное дело — экономил полученную от солнца за день энергию, да и создавали его, в общем-то, как подушку для сна. Интересно, если кто-нибудь надумает создать имитанта Аранея, то в качестве чего его можно использовать? Пробки из бутылок вытаскивать и консервы вскрывать? Лапы у него когтистые, а когти острые… Я представил его в роли «официанта» у стола в холле коммодора и содрогнулся. Яду гостю в бокал впрыснуть ему будет одно удовольствие.

В спальне я первым делом, чтобы устранить возможность записи моих действий, приказал секретарю коттеджа отключиться, затем вынул из чемодана плоский блок биоэлектронного ассиста и уже собирался включить его, как наткнулся взглядом на забравшегося в кровать Куги. Свернувшись калачиком, он лежал в изголовье на месте подушки и смотрел на меня недоуменным взглядом — мол, чего хозяин медлит, спать пора!

Только его глаз мне и недоставало! Разумное объяснение, почему имитант столь стремительно переметнулся от своего хозяина ко мне, я нашел, но только ли в этом дело? Что-то слишком легко Борацци расстался со своим детищем, «за бесценок» уступив за бутылку. Возможно, я излишне мнителен и ничего подозрительного в действиях медиколога не было, но лучше перестраховаться и убраться от глаз имитанта подальше. Береженого, как говаривали наши предки, и бог бережет.

— Сейчас приду, — буркнул я Куги и, прихватив блок ассиста, вышел из спальни, плотно прикрыв дверь.

Уединившись в лаборатории, я включил ассист и скрупулезно проверил, нет ли в коттедже аппаратуры прослушивания и наблюдения. И только убедившись в полной безопасности, связался с кристаллоидным трансформером и активизировал его. Какую-либо особую форму я ему придавать не стал, собрал в шарик величиной не больше горошины, поднял над полом на два метра и вывел передаваемое изображение на экран ассиста. Как и ожидалось, в холле коттеджа коммодора царил полный мрак, и пришлось включить инфракрасное видение. В инфракрасном диапазоне все представляется несколько иначе, чем в обычном свете, поэтому вначале я провел круговой обзор, чтобы адаптировать восприятие.

Ничего в холле не изменилось, кроме того, что исчезла звукопоглощающая занавесь, закрывавшая клетку с Аранеем. Я медленно провел трансформер в угол, опустил на полметра ниже и приблизил к клетке. По внешнему виду паука невозможно определить, когда он спит, а когда бодрствует из-за отсутствия век и неподвижных зрачков. Возможно, пауки никогда не спят, возможно, впадают в своеобразное коматозное состояние, когда мозг выключается и единственным средством общения с внешним миром остаются глаза, выполняющие охранно-сигнальную функцию, которая включает мозг в момент опасности или появления добычи. Честно сказать, готовясь к миссии, этот вопрос я не прорабатывал, поскольку никак не предполагал, что на Мараукане придется столкнуться с подобной проблемой.

Осматривая паука, я медленно провел трансформер вдоль прутьев. Араней сидел неподвижно, но «нарисованные» глаза, казалось, следили за перемещением трансформера, в упор разглядывая меня с экрана ассиста. Известный эффект плоскостного изображения, когда глаза человека с портрета как бы «оживают» и следят за тобой, в какой бы угол комнаты ты ни направился.

Рассмотрев паука спереди, я увел трансформер влево и направил вниз, под клетку. Но как только трансформер вышел из поля зрения Аранея, он молниеносно, как умеют только пауки, развернулся «лицом» ко мне и присел на лапах, приняв атакующую позу паука-волка.

Надеюсь, я среагировал не менее стремительно, чем Араней, и, дезактивировав трансформер рассыпал его на кристаллы. Хотя, если паук не спал, а бодрствовал и видел трансформер в полной темноте, моя стремительность была бесполезной. Вот уж не предполагал, что пауки могут видеть в инфракрасном диапазоне…

Похоже, я сильно ошибся в своих подозрениях. Когда Гримур мельком показал мне Аранея за ширмой, я был уверен, что вижу не живого паука, а голографическую копию. Но то, что я увидел сейчас, никак не походило на трехмерное изображение. А десятиминутная задержка перед открытием дверей коттеджа объяснялась еще проще — Гримур, вопреки моей иронии, в самом деле оказался заботливым хозяином, и это время ушло не только на то, чтобы набросить халат, но и занавесить клетку.