Читать книгу - "Девять хвостов бессмертного мастера. Том 7 - Джин Соул"

Это был слабый отголосок духовных сил его матери, богини небесных зеркал.

[771] Как вырастить семечко души

Ху Вэй принялся суетиться вокруг Ху Фэйциня, пытаясь выведать причину его слёз, но тот не реагировал ни на расспросы, ни на толчки в плечо. Он лишь крепче сцеплял пальцы, а по щекам его продолжали течь слёзы.

– Хватит суматошиться! – велел хэшан, хватая Ху Вэя за воротник и оттаскивая от кровати.

Ху Вэй вывернулся и свирепо на него воззрился лисьим взглядом, но хэшана этим было не пронять. Он за свою жизнь много чего перевидал, потому понял по выражению лица Ху Фэйциня, что того нужно оставить одного ненадолго и тот сам успокоится. Но Ху Вэю об этом говорить было бесполезно.

– А если ему плохо?! – рявкнул Ху Вэй на хэшана. – А если он опять зеркало создаёт?!

Хэшан сощурился на него, и Ху Вэй тут же прикусил язык: выболтал невольно, что Ху Фэйцинь новый бог небесных зеркал, – но было уже поздно. А впрочем, какая польза смертному монаху от того, что он знает тайну бога, которая давным-давно уже тайной не является? Это при жизни папаши Ху Фэйциня об этом стоило помалкивать, а теперь уже один хорь.

– Что создаёт? – переспросил хэшан.

– Не создаю, – подал голос Ху Фэйцинь. – Зеркал полный комплект, нечего создавать.

Оба поглядели на него. Слёзы на его лице ещё не просохли, глаза были красными, а нос распух. Он накрыл глаза ладонью, провёл по лицу вниз, до подбородка, избавляясь от солёных разводов.

– А ревел зачем? – недоверчиво уточнил Ху Вэй.

– Я не ревел, – недовольно сказал Ху Фэйцинь и опять спрятал семечко души в ладонях.

– Что-то не так с этим семечком души? – проницательно спросил хэшан. – Из-за него ты расстроился?

– Растрогался. Не ожидал и… вот, слёзы сами полились. Видите ли, это… семечко души матушки.

– Богини небесных зеркал? Ты уверен? – всполошился Ху Вэй.

Ху Фэйцинь утвердительно кивнул и чуть приподнял ладонь, заглядывая на семечко души. Оно совершенно точно было пропитано аурой его матери, а может, создано из неё, и концентрация духовных сил в семечке была стократно плотнее, чем в развалившейся духовной сфере.

Ху Вэй недоверчиво скрипнул по-лисьи, Ху Фэйцинь кивнул, соглашаясь с ним. В то, что Владыка миров взамен украденного гуциня вернул Ху Фэйциню душу его матери, верилось с трудом. До этого демиург вернул душу самого Ху Фэйциня, но Бай Э расплатился с ним за это способностью открывать порталы, и это был равноценный обмен. Но гуцинь мира смертных, пусть это и волшебный, а скорее – проклятый артефакт, и душа богини – несоизмеримы.

– Если только это не произошло без ведома Владыки миров, – пробормотал Ху Фэйцинь, припоминая выражение морды серебристого лиса, когда тот носом подталкивал к нему сияющую жемчужину.

Ху Вэй вернул его к реальности вполне закономерным вопросом:

– И что нам теперь с ним делать?

Ответ напрашивался сам собой, но Ху Фэйцинь всё-таки обратился к хэшану за советом:

– Хэшан, ты встречал упоминание о семечке души в древних трактатах? Что о нём известно?

– Гм… – неопределённо отозвался хэшан. – Семечко души – необыкновенная редкость. Оно упоминается лишь единожды. Будто бы души могут кристаллизоваться и перерождаться в семечко или луковицу цветка или в яйцо птицы…

– Мы поняли, – нетерпеливо перебил его Ху Вэй, – в чей-нибудь зародыш. Что дальше?

– Вот вечно не даёт договорить человеку, – проворчал хэшан. – Если это семечко или луковицу посадить, яйцо – высидеть…

Ху Вэй тихонько зарычал.

– …то из него вырастет цветок, или вылупится птенец, – невозмутимо продолжал перечислять возможные варианты хэшан. – Когда цветок расцветёт, или когда птенец сменит пух на оперение, то, согласно легенде, душа, из которой было создано это семечко, или луковица, или яйцо, переродится в новую жизнь.

– То есть, – встрепенулся Ху Фэйцинь, который, в отличие от рычащего Ху Вэя, слушал хэшана очень внимательно, – если посадить это семечко, то моя матушка возродится?

– Считается, что так, – уклончиво ответил хэшан.

– И в чём подвох? – сразу же понял, что дело нечисто, Ху Вэй.

– Подвох в том, что не каждый способен вырастить семечко души, а попытка всего одна, – ответил хэшан. – Чтобы успешно вырастить семечко души, нужно обладать невероятной удачей, врождённым талантом, непоколебимой верой, чистотой помыслов и неосквернённым телом.

Ху Вэй скептически посмотрел на Ху Фэйциня, и его взгляд был настолько красноречив, что Ху Фэйцинь смутился и пробормотал, что вряд ли подходит по всем критериям для столь ответственной миссии. Всё остальное побоку, но удачливым он себя не считал: даже родился четвёртым по счёту ребёнком, о каком везении можно говорить? Ху Вэй между тем, пофыркивая, согласно покивал головой, снимая и свою кандидатуру, и вприщур поглядел на хэшана.

– Куда мне, – усмехнулся хэшан и потянул загребущие руки к последнему сосуду вина.

– Да уж… – протянул Ху Вэй, переглянувшись с Ху Фэйцинем.

– Сомневаюсь, что во всех трёх мирах сыщется подходящая по всем параметрам кандидатура, – мрачновато заключил Ху Фэйцинь.

Ху Вэй покачал головой, но вдруг оживился, засверкал глазами по-лисьи и воскликнул:

– Одна-то уж найдётся!

Ху Фэйцинь непонимающе на него посмотрел.

– Сейчас всё будет, – уверил его Ху Вэй и, закатав рукав, сунул руку в только что созданный его лисьими силами портал и вытащил оттуда вопящего в голосину Недопёска.

[772] Идеальный кандидат

Когда невесть кто ухватил Недопёска за шкирку и утащил невесть куда, он страшно перепугался и теперь, когда его извлекли на лисий свет неизвестно где, громко верещал, крепко зажмурившись. Недопёсок рассудил: если не видно, то и не так страшно.

Вопил он недолго. В нос прокрались знакомые запахи и копошились там, подбивая чернобурку на лисий чих. Сяоху сморщился и залихватски чихнул, очень надеясь, что невесть кто от неожиданности его выронит, а когда этого не произошло, то чуточку приоткрыл один глаз, чтобы подглядеть, и…

– Шисюн! – обрадовался Недопёсок, и Ху Вэй его действительно выронил, потому что радостью чернобурки можно было рыбу глушить, настолько громко и пронзительно она была выражена.

Недопёсок до пола не долетел, в свободном падении извернулся и сиганул к Ху Фэйциню на кровать, энергично виляя хвостом. Ху Вэй сунул палец в ухо, вытряхивая из него отголоски лисьего визга, и фыркнул, заметив, что лапы чернобурки выпачканы в земле. Видно, принудительное перемещение прервало Недопёска на самом интересном. Сяоху между тем старательно вынюхал воздух, исподлобья поглядывая то на Ху Вэя с хэшаном, то на духовную сферу, которая лежала у Ху Фэйциня на