Читать книгу - ""Фантастика 2026-213". Компиляция. Книги 1-28 - Леонид Демиров"

Агата на мгновение запнулась, понимая, что может узнать лишь что-то одно. Но толку воевать за обиженную гордость и израненную землю?

«Войны проходят. Мир и жизнь остаются. Я буду верить в это. Я хочу исцелить землю… А обезопасить ее способ найдется».

Миг — и все исчезло. И голос в голове, и чернота… И темнота вокруг.

Агата поняла, что все еще стоит на четвереньках, только теперь над ее головой висит шар неяркого света, позволявший рассмотреть помещение. Тоже заставленное стеллажами… Только эти — с черепами. Самыми обычными черепами, разложенными в какой-то странном порядке. Нужно его понять — и можно будет найти нужный.

Стоило об этом подумать — и Агата четко осознала, где он. Тряхнула головой, поднялась на ноги и шагнула к стеллажу в углу. Поднялась на цыпочки и протянула руку к белесой кости, зная, что нужно проговорить.

— Соранэ…

«Расскажи».

Миг — и мертвец, чья душа добровольно переплавилась во что-то иное, заговорил. Не словами, иначе, но Агата слушала. О том, что в Рутении есть специалисты, есть ресурсы и знания, есть нужные конденсаторы и зелья. Что магию можно вывести, если пропитать нужными зельями и правильным образом изменить существующие щиты, дав начало цепной реакции и освободив пораженные земли от «застрявшей» в них разноцветной силы. Термины и понятия врезались в разум, и Клинок чувствовала — она без труда повторит их так, словно разбирается в алхимии и всем прочем.

Но сама она ничего не сумеет сделать. Ни она, ни те из некромантов и даже менталистов, кто избрал путь алхимика и артефактора. Нужные рецепты и ингредиенты можно было достать только в Рутении, и без специалистов оттуда ничего не получится.

Агата глубоко вздохнула и с сожалением отпустила череп, прошептав слова благодарности. Она хотела знаний — она их получила. То, что она не может их приметь… Что ж, это не обговаривалось. Клинок глубоко вдохнула, выдохнула — и направилась на выход.

Анна ждала за дверью.

— Нашла, что искала?

— Да, — не стала скрывать Агата, — но нужное могут сделать только рутены.

— Вы с Валентином знакомы с Владимиром Комнином и его семьей, — легко пожала менталистка, — думаю, Елена с Натальей наверняка нашли его. Да, Комнины лишены власти, но династия не прервана. К тому же я слышала, что в Рутении набирает силы восстание, цель которого свергнуть «продавшихся Союзу архонтов» и вернуть трон Комнинам. Так что, думаю, все проблемы удастся решить. Я рада, что ты… справилась. Пойдем, поговорим о грядущем.

Агата усмехнулась про себя и направилась следом за менталисткой.

— Что было бы, если бы я ответила неверно?

— Сложный вопрос. Но, определенно, ты не получила бы искомого. Библиотека не убивают ищущих знаний… Но некоторые узнают не совсем то, что хотели бы. Я была против того, чтобы проверять тебя, но я решаю не все.

Менталистка легко ориентировалась во дворце… или в гигантской библиотеке — по пути Агата увидела еще несколько огромных залов с записями. Но вела Анна ее на небольшую площадку под самой крышей, незаметную и, к удивлению Клинка — открытую. Один взмах руки менталистки — и крыша над головой попросту исчезла.

— Иллюзия. Отсюда видно звезды. И город. Мое любимое место здесь… Место, где все начиналось.

— Что именно?

— Вся эта история, — охотно пояснила Анна. — Протянувшаяся на многие годы и многие жизни. А все началось с одной клятвы… Я, Агата, когда-то была девочкой. Прожившей немало лет, но девочкой, наивно верившей в бесконечную любовь и лучший мир. Тогда мне казалось, что рядом человек, с которым я проведу вечность… И я поклялась Авлану, что всегда буду рядом. Что мы будем идти одним путем на двоих, в этой жизни и в следующих. Тогда мне казалось, что мы вместе будем бороться с опустыниванием и делать мир лучше. Думала, мы станем гордостью нашего учителя, он передаст Авлану наследие Самона, и мы, вместе, создадим лучший мир. Сначала на своей земле, потом и на соседних, ведь со всеми знаниями мира легко давать нужные советы, решать любые тяжбы, создавать растения, чьи плоды способны накормить голодных, принимать справедливые законы… Я много знала, но оставалась наивной. В гордости своей я не задумалась, какой ценой будет создан этот лучший мир, и о том, что у людей вокруг есть своя воля и право ошибаться. Со временем Авлан действовал все резче, недовольство наставника все росло… Нам казалось, что Марифатон — лишь трусливый глупец, желающий сидеть тут, в песках, на великих знаниях, и неспособный пустить их в дело. И всего-то нужно было — подмять под себя Повелителя Песков и его людей, забрать то, чего нам недоставало, и можно будет создать самое прекрасное место на земле…

Несколько вдохов Анна молчала. Молчала и лежавшая у ног Агаты пустыня.

— Нас изгнали. Авлан искал путь домой — но тщетно. Менталисты, знавшие о том, что случилось, отказывались иметь с ним дело. Дошло до насилия, но нужное место ему так и не указали, да и влияние Марифатона тогда было сильно, и Авлану пришлось довольствоваться ролью Визиря, а мне — его наложницы. Пришлось выжидать, искать информацию… Когда Авлан понял, что наш город теперь закрыт мощнейшей защитой, разрушить которую может только сильнейшая магическая вспышка, он взбесился. Решил, что добьется своего хитростью, и… Ушел дальше. В другую жизнь. И потянул меня за собой.

Агата сглотнула.

— Вы умерли вместе?

— Да. Наша клятва для Самона оказалась большим, чем просто слова, да и Авлан кое-что в ней подправил… Я поняла это не сразу. Только на третий раз, когда когда-то стремившийся к знанием возлюбленный на моих глазах утопил в крови оазис. За отказ местных менталистов, предупрежденных наставником, проводить нас к Городу. Я все поняла и принялась сама копить знания. И, в итоге, сумела разобраться и как усилить нашу связь, и как ее ослабить. Освободилась — и покинула Султанат. Многие жизни назад… Думаю, поначалу Авлан думал, что привязка разорвана и я мертва, но во время последней войны пришлось кое-куда вмешаться и раскрыть себя. Йохры не поддержали Союз, но Авлан понял, что я жива и совершенно не в восторге от того, что он сделал со старым обещанием, и потому заставил тогдашнего Повелителя Песков закрыть страну. Боялся, что я наберу себе армию где-нибудь на островах… Но Союз не был рад «оставшимся в стороне безбожникам», в Рутении