Читать книгу - "Фантастика 2026-215 - Александр Изотов"

государь, что самое правильное в данной ситуации — вытащить из западни короля Фердинанда. Конечно, он отыгранный вариант, на престол его возвращать нельзя, да и не удержит он власть, это точно. А терять русских солдат, чтобы те штыками его трон держали — дело пустое и благодарности от него не дождемся. Это факт. Есть у меня на румынском фронте один перспективный человечек. Георгиевский кавалер, Григорий Котовский. Человек отчаянной храбрости и удивительной ловкости. Он родом из Бессарабии, румынским владеет в совершенстве. По молодости пошаливал, даже с революционерами связывался, был кем-то вроде бессарабского Робин Гуда: брал у богатых, раздавал бедным и себя не забывал при этом. Он в разведке у Деникина. Пусть вытащит Фердинанда из плена, найдет его, сумеет, в этом я уверен. Мы возвращаем короля в Бухарест. Он проводит в парламенте утверждение аренды Плоешти и Констанцы на девяносто девять лет, и торжественно уходит в отставку. На троне останется его сын. Ну и нам нужен лояльный регентский совет. Который будет управлять тем огрызком Валахии, что останется от королевства.

— Значит, в румынские внутренние разборки нам вмешиваться не след? — уточнил император.

— Мы ввязались в свое время, помогли австрийцам замирить венгров. И где их благодарность? Всё забыто, мы для них самый страшный враг.

— Да, Алексей Ефимович, тут ты прав. Пусть мамалыжники разбираются между собой, нам сильная Румыния на границах ни к чему. А несколько слабых княжеств — куда как интереснее. И, конечно, порт Констанца — это хорошая гавань, которую нам надо тоже контролировать. И к Босфору ближе. Намного ближе…

Пётр задумался. А ведь чисто стратегически ситуация складывается более чем интересно! Появляются новые возможности!

— Алексей Алексеевич! Ставке необходимо продумать план весенне-летней кампании с учетом политических изменений на карте Европы. Скажите. где сейчас силы первой конной армии?

— Передовые отряды вышли к реке Мотру у одноименного городка. Это неподалеку от границы с Сербией.

— А что с формированием Второй конной армии? — Пётр явно переваривал какую-то мысль, но у него явно не хватало данных для принятия решения.

— В Минске сосредотачивается в составе трех конных корпусов и бронедивизиона. Командарм генерал-майор Константин Константинович Мамонтов. Через три-четыре недели армия будет готова вступить в бой.

— Государь, по моим каналам получено тревожное сообщение. — вступил в разговор Вандам.

— Да, Алексей Ефимович, что еще плохого произошло в нашем бренном мире?

— В Стамбул прибыла делегация союзников: Франции и Британии. По моим данным речь идет о выходе Турции из войны. Может быть, Стамбул даже станет союзником стран Антанты и даже объявит войну Германии.

— Что… союзнички хотят всё-таки лишить нас Проливов? Мол, турки стали нашими союзниками, так и брать с них ничего нельзя. Ну уж нет, выкусите. Господа хорошие!

Пётр нажал кнопку звонка и тут же в кабинет вошел адъютант:

— А пригласи-ка ты ко мне Колчака. Чем скорей, тем лучше… Прошу простить, господа. Мы вынуждены закругляться, ибо через час буду бодаться с союзниками, надо их торжественно встретить…. Этикет!

Глава десятая

Союзники бьют горшки в Петрограде, а звон от этого действа идет по всему миру

Глава десятая

В которой союзники бьют горшки в Петрограде, а звон от этого действа идет по всему миру

Петроград. Набережная Фонтанки. Аничков дворец

21 февраля 1918 года

Конференция союзников по Антанте всё-таки началась! И местом для ее проведения был выбран Аничков дворец — бывшая резиденция вдовствующей императрицы Марии Фёдоровны. Учитывая, что мамаша нонешнего императора с ним крепко рассорилась, а потом всё-таки смогла выехать к своим родственникам в Данию, дворец пустовал. Но находился в весьма приличном состоянии, в него же заселили и делегации прибывших союзных государств, ибо тут было для них и престижно, и комфортно, и центр города. Главное же — его можно надёжно охранять и не самыми большими силами. Почему Петроград, а не Москва? Так тут тоже все ясно, как Божий день. В Первопрестольную пока что посольствам иноземных государств ход был закрыт. Пётр сделал надежную прокладку между собой и истериками союзных посланников: Николаевскую железную дорогу. Ибо основной офис МИДа остался в Петрограде, а Москва стала резиденцией канцлера империи и кабинета министров. Плюс делегации прибывали морем и не пылали желанием после утомительного перехода пылить еще и по русской чугунке.

(Аничков дворец, фото предположительно 1894 года)

Надо сказать, что на сей раз делегации союзников оказались более чем внушительными. Начнем, пожалуй, с Великобритании, король Георг V остался «на хозяйстве» в Лондоне. Впрочем, его никто в Петрограде не ждал, сюда приехали только те, кто реально обладал властью и решал стратегические вопросы государства. Георг же царствовал, но не правил. Но уровень делегации от этого ничего не понизился. Возглавлял ее премьер-министр Дэвид Ллойд-Джордж, одновременно с этим он занимал пост военного министра в предыдущем правительстве, да и сейчас решал практически все важные вопросы, вместе с двумя помощниками, прибывшими в составе делегации: Уинстоном Черчиллем и Эдуардом Стенли. Кроме него в состав делегации вошли: министр иностранных дел Артур Джеймс Бальфур, первый лорд Адмиралтейства Великобритании Эрик Кэмпбелл Геддес и представитель Сити, Лайонел Уолтер Ротшильд, 2-й барон Ротшильд. Появление в составе делегации этого представителя финансового спрута Европы случайным не оказалось: всё-таки в Петрограде речь зайдёт и о его деньгах, точнее, финансах, которыми Ротшильды спонсировали эту войну.

Весьма представительной оказалась делегация Бель Франс. Естественно, что ее возглавлял сам Жорж Клемансо (президент Пуанкаре от поездки дальновидно отказался, предполагал, что саммит ничем не закончился и не хотел портить себе политическую карму). Клемансо, известный сторонник тотальной войны с Германией, привез с собой своего начальника штаба генерала Анри Мордака, который стал в эти месяцы его правой рукой, министра иностранных дел Стефана Пишона, министра вооружения Луи Люше, морского министра Жоржа Лейга, главнокомандующего армией Анри Петена. Финансы Франции представлял еще один из Ротшильдов — барон Эдмон де Ротшильд.

В добавок к этим более чем солидным делегациям прибыли военные командующие союзническими войсками: генерал Джон Першинг (более известный как Блэк Джек Першинг) — человек, ракета и танк в одном лице[1], это от американцев, старенький, но бравый итальяшка, граф и генерал в одном лице Луиджи Кадорна и от греков генерал-лейтенант Панайотис Данглис.

Только по одному составу делегаций можно было сказать, кто тут даму платит и заказывает не только музыку, но и нумера для оной.