Читать книгу - "Фантастика 2026-215 - Александр Изотов"

Единственно смущала слишком небольшое представительство молодого заокеанского хищника, но делегация из САСШ должна была прибыть на крейсере в Архангельск, изменила курс из-за появления германских субмарин, правда, атака немецкой подлодки оказалась неудачной. А посему госсекретарь и его свора серьезно опаздывали, и если и прибудут на конференцию, то, что называется, к шапочному разбору. Сербов, бразильцев, черногорцев и прочую «мелочь» на конференцию вообще не пригласили.

(Так называемый «Концертный» зал Аничкова дворца)

Местом общего саммита избрали (по зрелому размышлению) так называемый «концертный» зал: тяга к искусству у государей присутствовала, если владетели будущего обзаводились личными кинотеатрами, то личная концертная зала в это время никого не удивляла. Вынесли роскошные кресла, установили большой овальный стол (это чтобы никто не мог сесть в его торце), обставили его стульями, оставив только одно роскошное кресло по центру — для русского императора. В общем, создали рабочую обстановку. Технические сотрудники делегаций получили небольшие табуреты, которые сосредотачивались по углам залы. Делегации заняли места согласно расставленным заранее табличкам, после чего в зал вошел император Михаил Александрович в сопровождении главкома Брусилова. Открытие конференции оказалось простым и каким-то будничным.

— Добрый день, господа! «Начнем!» —произнёс Пётр. И понеслось!

Поначалу слово предоставили военным из союзных Греции и Италии, те кратко рассказали, что происходит на этих фронтах. Итальянский граф был сдержан: на его участке ничего не происходило. Грек посетовал на то, что у него забрали две русские пехотные бригады, но с радостью сообщал, что болгары начали отвод своих армий с фронта.

Потом генерал Першинг стал представлять планы союзного командования на предстоящие сражения весной-летом восемнадцатого года.

— Целью нашей летней кампании восемнадцатого года станет разгром и окончательное поражение блока Центральных держав. Для этого есть уже все предпосылки, например, выход из войны Болгарского царства. Это позволит освободить существенные резервы и использовать их для всеобщего летнего наступления.

Генерал Першинг, крепкого телосложения, с вырубленным из грубого камня лицом покорителя Дикого Запада держался у большой карты совершенно свободно. Сказывалась и привычка командовать, и опыт преподавания, и природная харизма, присущая этому профессиональному военному.

— По нашим данным основные события начнутся на Западном фронте с весеннего наступления германской армии во Франции. Наша стратегия заключается в том, чтобы сперва сдержать удар противника и летом перейти в контрнаступление. По нашим планам наступление должно идти по всем фронтам практически одновременно. По нашему сигналу начинает армия Российской империи с продвижения в Восточную Пруссию. Второй отвлекающий удар совместными силами идет в направлении на Вену, основной удар — во Франции с целью ее освобождения и выхода на границу Бельгии.

— Простите, генерал, а сколько сейчас американских дивизий прибыло на Западный фронт? — задал неприятный вопрос генерал Брусилов.

— Сейчас в Британии находятся две пехотные дивизии и развернуты тылы еще шести. Переброска отстала от графика из-за того, что океанские лайнеры, на которые мы планировали возложить основную нагрузку по перевозке наших войск, нуждаются в срочном ремонте и переоборудовании. Поэтому пока мы перебрасывали грузы и занимались подготовкой обеспечения наших частей и соединений. К лету мы планируем закончить первый этап — то есть на континенте будут высажены восемь пехотных дивизий и одна кавалерийская. Вторая волна — это еще двенадцать пехотных дивизий. Возможно, еще одна или две кавалерийские.

Чётко и без тени сомнения доложил американский генерал.

— Ваше величество! — подал реплику Анри Петен. — Ваша армия должна быть готова к тому, что наступление в Восточной Пруссии придется начать и ранее, чем летом. Например, если ситуация на фронте будет складываться не в нашу пользу и ваш удар оттянет на себя дивизии германцев с Западного фронта.

— С чего бы это? — спросил в ответ император. — Почему это командование союзников не учитывает НАШИ планы, а ставит нас только в известность о своих? Это вы считаете равноправным партнерством?

— Да, но мы и прибыли сюда для того. чтобы согласовать наши планы на будущую кампанию. — примирительным тоном заметил Першинг.

— Это называется согласованием? — опять с иронией в голосе заметил царь. — Вы, господа, совершенно забываете, что обстановка меняется, причем весьма стремительным образом. особенно в зоне ответственности русской армии. Кроме того, вы, по какой-то странной причине забыли о действиях против османов. Нам предстоит практически в одиночку, без Румынии, которая из-за внутренних распрей скатится в гражданскую войну вести сражения на трёх фронтах! С чего бы это! У нас с Германией временное перемирие. И в НАШИХ стратегических планах кроме вывода из войны Болгарии сосредоточить все силы на разгроме австро-венгерской империи. Воевать на три фронта? У нас для этого нет сил и ресурсов.

— Если бы вы не потратили почти все свои снаряды, особенно химические, на зимнее наступление, у вас было бы чем сражаться с германцами! — не скрывая своего раздражения, произнёс Клемансо. Как для политика он был несколько более эмоционален, чем было принято.

— Мы потратили СВОИ снаряды! Заметьте, СВОИ, сделанные нашими рабочими на наших заводах. И при чем тут всеобщее наступление? Если Вам надо, чтобы мы куда-то там наступали, то сначала удовлетворите наши потребности. А без необходимых ресурсов никто с места даже не сдвинется! — Пётр держал покерфейс, хотя и не знал, что это так теперь называется. Он выглядел абсолютно беспристрастным и спокойным, как удав.

— А разве вы вооружались и готовились к войне не на НАШИ деньги? –поинтересовался Эдмон де Ротшильд.

— Это теперь так называется? Вы дали нам кредит на грабительских условиях. И мы уже полностью оплатили его кровью наших воинов. Не принято о мертвых плохо, но мой царственный брат был откровенно паршивым царем, хотя и последним рыцарем в Европе. И его рыцарское достоинство мешало почему-то обсуждать денежные вопросы! Более такого не будет. И без пересмотра условий кредита вообще никаких движений на фронте с германцами не будет! Справляйтесь сами! Нам достаточно будет вывести из войны Австрию и решить исключительно с нею наши разногласия.

— Мы не позволим вам пересмотреть условия кредита! — процедил уже лондонский барон Лайонел Ротшильд.

— А мы не позволим вам грабить Россию! Обойдетесь, господа банкиры! Или вы утрясаете между собой этот вопрос, и мы приходим к какому-то нормальному соглашению, или немцы проверят содержание ваших парижских сейфов. Для начала.

— И что вы хотите, чтобы мы подарили вам эти деньги? — сцепив зубы поинтересовался Эдмон.

— Зачем? Прежде всего кредит должен стать беспроцентным и