Читать книгу - ""Фантастика 2026-214". Компиляция. Книги 1-22 - Игорь Валерьевич Осипов"

за кристаллы-связки, сбивая цены на оружие. Хитрюга приказал разведчикам следить за Стальгорном: «Чувствую, железо подешевеет, надо успеть урвать».

Та же новость долетела и до Пылающих степей. Но там её встретили не криками и спорами, а глухой тишиной. А потом всё стойбище разразилось — смехом.

Крэш сидел у главного костра, окружённый десятком своих воинов. Единственный глаз его горел багровым отсветом пламени, когда разведчик, примчавшийся из Шпиля, выпалил новость.

— Храм Нергал взорван, вождь. Алтарь рухнул. Жрецы мертвы. Говорят, это провернул тот самый человек — Лекс.

Крэш медленно поднялся. Чешуя его зазвенела, как кольчуга из тысячи мелких колец.

— Ss'thiss, — прошипел он, и это было не ругательство — скорее одобрительный шип, который дракониды использовали, когда добыча оказывалась достойной. — Kss-thak… Вот это удар. Вот это я понимаю, не заставил себя ждать.

— Вождь? — не понял молодой воин.

— Человек, которого эльфы называли пешкой, только что сжёг храм их богини, — Крэш оскалился, обнажив клыки. — Он не прячется и не трясётся как крыса. Он бьёт и бъет очень больно. Ss'ssa, так дерутся наши.

Он хлопнул в ладоши, и дракониды замерли в ожидании решения.

— Мясо! Кровь! Вино из кактусов! Сегодня пир!

— Пир? — удивился старейшина с белой чешуей. — Мы же вроде как нейтральны.

— Мы это да нейтральны, — согласился кивком Крэш. — Но хороший удар мы уважаем. Sssith, этот Лекс по праву заслужил здравицу. Пусть даже на расстоянии.

Костёр взметнулся выше, дракониды принесли туши, глиняные кувшины с кислым вином. Кто-то затянул низкий, гортанный гимн — не на общем, на своём, шипящем языке, где каждое слово звучало как угроза и хвала одновременно.

— Kss-thak an, Sssith Lekt'har! — поднял кувшин Крэш. — Пусть его враги горят ярче, чем храм Нергал!

— Ss'ssa! — зашипели остальные, и степи наполнились этим звуком.

Старейшина с белой чешуей, старый шаман, подошёл к Крэшу и тихо спросил, почтительно склонив голову:

— Ты думаешь, он выживет, он сможет?

Крэш посмотрел на восток, туда, где за горами была база Лекса.

— Если он и дальше будет бить так же, — сказал он, — мы, возможно, встретимся с ним лицом к лицу. Не как враги. — Он помолчал, потом добавил: — Ss'thiss. А теперь пей. Сегодня мы пьём за того, кто посмел и сделал.

И они пили. До утра. Под звёздами, под вой ветра, под шипящие тосты. А где-то в горах, на базе, никто не знал, что за тысячи лиг от них дракониды поднимают чаши за их победу.

Степь гудела. К утру о ночном пире Крэша знали уже все: и эльфийские лазутчики, и баронские шпионы, и гоблины в Механосе. Валтар рвал и метал, Крейн требовал объяснений, Селена холодно улыбалась. А в таверне «Пьяный гоблин» Грымза, поймав взгляд Хитрюги, поднял кружку: «Ставлю три золотых, что Лекс выиграет следующий раунд».

А в это время на базе Айрин встречали криками и объятиями. Она ещё не успела спешиться, как из главного тоннеля выбежала Лада — с растрёпанными косичками, прижимающая к груди куклу. Барс, огромный и лохматый, трусил следом, не уставая охранять свою подопечную.

— Тётя Айрин! Ты вернулась! Ты живая!

Айрин спрыгнула с лошади, опустилась на корточки и обняла её, крепко, по-матерински. Лада прижалась к её груди, и плечи её мелко дрожали.

— Живая, — прошептала Айрин. — Я же обещала.

Девочка вдруг прижалась к самому уху и прошептала так тихо, что только она услышала:

— А дядя Лекс ночью не спал. Он смотрел на твой кристалл и говорил с тобой. Я слышала.

У Айрин перехватило горло. Она сильнее обняла девочку, потом поднялась, погладила её по голове.

— Беги к Агафье, милая. Я скоро приду.

Лада кивнула и, схватив Барса за ошейник, потрусила в сторону кухни.

Айрин выпрямилась. И тут она увидела его. Лекс стоял в проходе командного центра. Не бросился к ней, не побежал — просто стоял и смотрел. Его глаза были красными — не от слёз, от бессонницы и сдерживаемого бешенства. Руки висели вдоль тела, но пальцы чуть заметно подрагивали. Вся его фигура говорила о том, что он держит себя из последних сил.

Айрин шагнула к нему. Один шаг. Второй. Она видела, как дёрнулся его кадык, как расширились зрачки.

— Я вернулась, — сказала она.

— Ранена? — голос его был хриплым, чужим.

— Царапина. Уже…

Он не дал ей договорить. Рванул вперёд — но на полпути его руки дрогнули, он вспомнил про её предплечье, про то самое место, где болт распорол кожу и мышцы. Он обхватил её бережно, почти невесомо — левой рукой за талию, правую задержал в воздухе, не решаясь коснуться больного места, и только потом, убедившись, что не сделает больно, прижал к себе — так, что она ахнула. Одной рукой обхватил за поясницу, другой вцепился в затылок, в волосы, прижал её лицо к своему плечу и замер. Держал так, как будто если отпустит — она исчезнет.

— Не смей больше так подставляться, — прошептал он куда-то в её волосы. Голос ломался. — Никогда. Слышишь меня? Никогда!

— Я не…

— Ты чуть не умерла, — он отстранился ровно настолько, чтобы заглянуть ей в глаза, и Айрин увидела в них такую боль и страх, что у неё перехватило дыхание. — Я получил весть о покушении, и всё… всё внутри оборвалось. Я чуть не сжёг этот чёртов кристалл. Я готов был идти в Шпиль один, вырезать всех, кто там был, завалить стены храма на их головы вместе с собой. А ты… ты…

Он не договорил. Вместо этого, всё ещё держа её за затылок, прижался губами к её лбу — сильно, почти больно, будто пытался убедиться, что она живая, тёплая, настоящая.

Айрин чувствовала, как его губы дрожат.

— Я в порядке, — выдохнула она, поднимая руки, обхватывая его лицо ладонями. — Смотри на меня. Я здесь. Я цела. Я с тобой, я рядом.

Она провела большим пальцем по его скуле, стирая дорожку, которой там не было — он не плакал, но глаза блестели.

— Ты сделал это, — тихо сказала она. — Ты взорвал храм. Ты ударил за меня.

— Я ударил за всех нас, — ответил он,